Власть книжного червя. Том 4 (ЛП)

— Боги… Я не могу понять упрям ли ты в силу своего возраста или просто недальновиден из-за своей неопытности. Долг учителя — воспитывать выдающиеся таланты, которые он найдет среди своих учеников. Наше время так быстротечно, и чтобы двигаться вперед, мы не можем позволить себе отказываться от шанса, ради более простого пути. Это равноценно уничтожению собственного потенциала.
Хиршур осмотрела моих вассалов, которые замерли, ожидая нападения, и преувеличенно драматично вздохнула.
— Вы так уверенно говорите о политической ситуации между герцогствами, но политика изменчива и ненадежна. Ее течения меняют свои русла каждые пару лет. Важнее сосредоточиться на тех, у кого есть талант, чтобы взрастить человека, который станет тебе опорой в будущем, — она переплела пальцы, положив руки на стол, и уставилась прямо на меня. — Самый яркий пример — Фердинанд. Когда я взяла его в качестве своего личного ученика, другие студенты Эренфеста постоянно стонали о том, какая это ужасная ошибка. Леди Вероника слала ядовитые ответы на каждый мой еженедельный отчет. И вот десять лет спустя, что осталось от этой политики?
Хиршур воспитала Фердинанда как своего ученика, защищая его от ненависти Вероники. Он должен был стать ученым, равные которому рождаются раз в поколение, но вместо этого после окончания Академии, почти совпавшего со смертью его отца, он ушел в храм. Хиршур волновалась о том, что там его таланты зачахнут, но Фердинанд в конце концов вернулся в дворянское общество и даже начал воспитывать собственного ученика.
— Никто не может уверенно предсказать, как развернется политическая ситуация в течении нашей жизни. Леди Розмайн, если бы тогда я прогнулась под давлением общества и отказалась обучать Фердинанда, то вполне вероятно, что вас бы даже не существовало в том виде, в котором вы есть сейчас, — категорическим тоном продолжила Хиршур. Она отбирала талантливых людей основываясь на их личных достижениях и собственном чутье, не обращая внимания на политическую обстановку. И она собиралась следовать этому порядку всю жизнь. — Я повторю вам те же слова, что сказала и леди Веронике: я дворянка Суверении и профессор Королевской Академии. Эренфест не имеет права решать, кого я выбираю в качестве своих учеников, и как я их воспитываю.
Тронутая тем, что когда то Хиршур также защищала Фердинанда, я протянула руку и дернула Корнелиуса за рукав.
— Профессор Хиршур права, Корнелиус. Профессора могут выбирать кого угодно в качестве своих учеников, и в то же время, мы имеем право продолжать остерегаться студентов Аренсбаха. У нас у всех есть свои причины для действий.
Корнелиус коротко кивнул и отступил мне за спину, хотя бдительности не убавил.
— О боги, кажется, мой чай начал остывать…
Надеясь немного разрядить гнетущую атмосферу, я отхлебнула чай и съела одну из принесенных нами сладостей, а после жестом пригласила Хиршур присоединиться. Она положила в рот одно из печеньев, а потом передала еще одно Раймонду, прежде чем самой потянуться к тарелке с блинами.
Раймонд не теряя времени съел свое печенье. Затем он съел еще одно, и еще, и еще, и во время этого процесса его голубые глаза ярко блестели от восторга. Его движения были полны дворянского изящества, но их скорость и жадность, с которой он набросился на еду, делали его похожим на голодного попрошайку.
— Леди Розмайн, я совсем не ожидала, что вы решитесь нанести мне визит, — в качестве завязки для нашего разговора сказала Хиршур, продолжая есть блинчик с ветчиной и овощами. Я же неспешно потягивала чай, наблюдая за тем, как они насыщаются. Эта лаборатория определенно вредна для здоровья. Теперь я могла увидеть, как Фердинанд стал таким, какой он есть сейчас.
— Я бы хотела, чтобы вы научили меня всему необходимому для создания магических инструментов, — сказала я. — Сейчас я занимаюсь изготовлением тех, которые можно будет использовать в библиотеках.
— Возможно, ты говоришь о магическом инструменте для воспроизведения голосов, о котором меня просила Соланж? — спросила Хиршур. Похоже библиотекарь уже разослала ордоннансы различным исследователям Академии в надежде получить нужный ей магический инструмент.
 
— Мои цели более грандиозные, чем простой записывающий звуки магический инструмент. — Также я заинтересована в улучшении уже существующих магических инструментов, чтобы сделать их более удобными в использовании. Кроме того, я создала новый магический круг, после изучения книг лорда Фердинанда. Не могли бы вы для меня проверить его работоспособность?
Раймонд оторвался от переданного ему блина и широко распахнув глаза воскликнул:
— Книги от лорда Фердинанда?! — после он торопливо зажал рот руками. Он и так заставлял моих слуг быть настороже, а после того как он так резко повысил голос, то лишь снова оказался в центре их внимания.
Хиршур покачала головой и слегка улыбнулась.
— Раймонд посвятил себя совершенствованию магических кругов и предметов, которые оставил здесь лорд Фердинанд, — пояснила она нам. — Это он модифицировал магический инструмент для записи голоса, который просила Соланж так, чтобы даже средний дворянин мог им пользоваться.
Раймонд молчал, потому что все относились к нему с явной настороженностью, но его умоляющий взгляд был прикован к книге в руках Хартмута. Его глаза так и кричали: ”Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!” И как я могла проигнорировать крик души такого же книжного червя?
— Хартмут…
— Нет, — ответ был быстрый и решительный, но при этом Хартмут продолжал улыбаться. — Это результаты исследований лорда Фердинанда. Мы не можем показывать их представителю другого герцогства без его разрешения.
Я опустила плечи, как будто мне разбили сердце, а затем протянула лист с моим магическим кругом Хиршур. Она ненадолго оторвалась от еды, что было очень заметно, ведь до этого даже во время разговоров, ее руки постоянно двигались, притягивая к себе то или другое блюдо, и просмотрела результат моих трудов. После секундного изучения, она потерла виски кончиками пальцев.
— Леди Розмайн… Что это такое?
— Волшебный круг, который должен автоматически возвращать книги в библиотеку после истечения срока аренды.
— Это непригодно для использования, — с раздражением сказала она. Я думала, что получу нормальную критику, но похоже здесь я заработаю только головную боль.
— Что с ним не так? — спросила я.
— Ничего. Это просто… непригодно. Ты действительно ученица Фердинанда. Никто не сможет использовать магические круги, разработанные с учетом уровня маны кандидата в эрцгерцоги. Это непрактично и нереалистично, — заключила Хиршур, давая понять, что моя конструкция слишком утяжелена ненужными элементами. — Зачем ты впихнула все функции в один круг? Если ты добавляешь Жизнь, то неизбежно будет нужно добавлять и Землю, которая только все усложнит.
— Задание, которое дал мне Фердинанд заключалась в том, чтобы собрать все в одном круге.
— Я полагаю, что в качестве учебной практики это может быть довольно полезным, но… — Хиршур замолчала и начала постукивать пальцем по виску, в итоге передавая круг своему ученику. — Раймонд, измени круг леди Розмайн так, чтобы ты мог им пользоваться. Воспользуйтесь этой возможностью, чтобы показать ей основы модификации кругов.
Раймонд какое то время смотрел на рисунок, а затем пробормотал.
— Я впечатлен тем, что вы так много в него впихнули… — после этих слов он приступил к модификации. Я внимательно следила за его руками, пока он работал. — Основной принцип улучшения магических кругов — упрощение. Таким образом мы разделим этот конкретный круг на два — один для возврата книги в библиотеку, когда срок аренды истечет, и другой чтобы переместить ее на полку.
— Почему два?
— Потому что в противном случае мана тратится впустую, — объяснил он. — Когда книга возвращена в библиотеку, профессор Соланж может справиться со всем остальным. Если у нее есть лишняя мана, она может использовать круг, чтобы переместить книгу на полку, если нет, она может этого просто не делать. Думайте об этом как об отделении основных функций от дополнительных, повышающих комфорт пользователя. Поскольку сейчас этот круг сделан под ваши исключительно большие запасы маны, леди Розмайн, он бесполезен для кого-то вроде профессора Соланж.