Власть книжного червя. Том 4 (ЛП)

Через два дня прибыли швеи, и мы приступили к формированию заказа. Оказалось, что мой подбор нарядов будет проходить под контролем Флоренсии, Эльвиры и даже Шарлотты. То, что я умудрилась устроить такой переполох, когда оставшись без присмотра, сунула нос в красильную промышленность, научило их никогда не позволять мне делать что-то полностью самостоятельно. Как мне было сказано: «Ты должна уведомлять всех причастных о том, что хочешь внести еще какие-то инновации».
Простите… Я не хотела ничего плохого, просто сразу приступила к действию, как только мне в голову пришла новая идея.
В назначенный день, вместе со своими работниками прибыла Коринна. Тули с ними не было, казалось что, не смотря на то, что она старательно изучала этикет, ее уровень еще не был признан достаточным для посещения замка. Было грустно, но я все равно указала на дизайн платья, которое она сделала для меня и спросила разрешения у Флоренсии и остальных, чтобы его использовать.
Я аргументировала свой выбор, рассказав как хорошо юбка подобного фасона зарекомендовала себя зимой. Это привлекло внимание дам, и они вместе начали изучать проект дизайна, внося в него незначительные изменения.
— Я считаю, что здесь нужно больше украшений, — предложила Флоренсия. — Оно и так кажется несколько простоватым. Кроме того, думаю, стоит сделать вышивку в виде цветов на груди и по подолу юбки тоже.
— Какой цвет лучше? — спросила Эльвира. — Это летняя одежда, так что очевидно, что это должен быть оттенок синего.
— Я бы предложила светло-голубой. Он лучше всего будет гармонировать с волосами старшей сестры, — ответила Шарлотта. — Кроме того, давайте используем больше белого кружева. Оно сделает наряд более летящим и освежающим.
Платье было изменено, добавляя больше кружева и различных украшений, чтобы оно стало более уместным для дворянки, но его основная идея все-таки прошла проверку. Это было действительно большим облегчением, потому что я волновалась, что его сразу забракуют.
После того, как голубое платье было заказано, наши служители начали обсуждать другие дизайны. Брунгильда работала особо усердно, объединившись с Рихардой, чтобы тщательно рассмотреть каждый предложенный вариант, прежде чем принять решение о согласии или отказе. А вот Лизелета в это время просто подливала нам чай.
— Я заметила, что ты не высказывала никаких мнений, Лизелета. Тебя не интересует мода? — поинтересовалась я у девушки.
— Я позабочусь о ваших зимних нарядах, миледи. Я хочу, чтобы они визуально сочетались с нарядами Шварц и Вайс. Это та работа, которую я не доверю никому, — с полной предвкушения улыбкой ответила Лизелета. Носить туже одежду, что и шмили, было бы для меня невозможным, но она явно горела желанием сделать так, чтобы при взгляде на наши наряды прослеживался общий стиль.
Ну, кажется она веселится, так что… пускай.
— К слову, мы назначили соревнование красильщиков на начало осени. Но где именно оно будет проводиться? — спросила я, глядя на Флоренсию и Эльвиру и делая еще один глоток чая. Если бы я была единственным человеком, проводящим оценку представляемой ткани, то мы могли бы просто вызвать мастеров в храм, но Флоренсия и Эльвира тоже хотели войти в состав жюри. Самым безопасным вариантом было бы провести соревнование в замке, но здесь были сложности с тем, чтобы пригласить сюда мастеров.
— Учитывая количество приглашенных дворян, это должен быть замок, — сказала Флоренсия.
— Мы собираемся привести ремесленников-простолюдинов в замок? — мне пришлось переспросить, потому что было сложно поверить в такой вариант.
Эльвира посмотрела на меня, распахнув от удивления глаза. Кажется мои слова для нее звучали, как нечто немыслимое.
— Конечно же нет. Что ты такое говоришь? Мы никогда не допустим ремесленников в замок. У простолюдинов совершенно нет манер, нам не нужно, чтобы они присутствовали, пока мы будем выбирать какая из представленных тканей станет популярной.
Что ж, полагаю это имеет смысл… Даже Тули еще не разрешено посещать замок. Что говорить о совершенно неподготовленных к этому мастерах? Для них это может закончиться казнью за неуважение к дворянам. Я конечно надеялась, что, возможно, это даст мне шанс увидиться с мамой, но похоже реальность снова разбила мои мечты.
 
После небольшого мозгового штурма, было решено, что красильщики предоставят свои работы через компанию Гильберта, а мы после выставим их в замке. Рядом с каждой тканью будет металлическая табличка с наименованием мастерской и именами мастеров, изготовивших ее. А мы проведем своеобразное чаепитие, на котором будем голосовать за предпочитаемую мастерскую или мастера.
Закончив свои дела в замке, я снова вернулась в храм. На этот раз меня сопровождали только Дамуэль и Ангелика, так как у моих рыцарей-учеников были занятия. Филина выглядела довольно бледной, через три дня моих служителей ждет новая тренировка с Бонифацием.
Похоже одного его крика было достаточно, чтобы запугать ее, заставляя примерзнуть к земле, не в силах сделать и шага.
— В случае нападения, громкие крики будут наименьшей из угроз, — заметила я. — Если вы будете застывать от испуга на месте, то ваши жизни окажутся под угрозой. Пожалуйста, хорошо занимайтесь, чтобы научиться убегать от опасности.
Пока мы беседовали, я начала писать письмо с подробным описанием тех решений, которые были приняты касательно будущего соревнования. Хартмут прочитал его и с любопытством посмотрел на меня.
— Вы даете простолюдинам куда больше информации, чем я ожидал, леди Розмайн.
— Естественно. Объясняя пожелания знати, мы облегчаем простолюдинам понимание того, что они должны сделать. Чем больше информации они будут иметь, тем быстрее и точнее выполнят наши запросы.
Я отдала Хартмуту готовое письмо и попросила сделать две копии. Нам было нужно в общей сумме три письма: одно для главы торговой гильдии, одно для компании Гильберта и еще одно для гильдии красителей. Когда он приступил к переписыванию, а Филина вернулась к изучению книги из Дункельфельгера, я начала читать письмо от Фриды. Ее письмо было очень хорошо составлено, было заметно, что она знакома с правилами составления корреспонденции для дворян. А элегантность ее подчерка говорила о долгих занятиях каллиграфией.
Это было довольно объемное письмо с перечислением всех приглашенных и подробной информацией на них. Тут были названия магазинов, которыми они владели, тип продаваемых товаров, также была информация о недавней прибыли этих людей и частоты, с которой они посещали ресторан. В ресторан нас приглашали через пять дней, а в заключение Фрида спрашивала о том, есть ли у меня или Фердинанда любимые или нелюбимые продукты.
Видимо, она хотела составить меню с учетом наших предпочтений.
— Фран, Зам, знаете ли вы о еде, которую Главный жрец не ест? Кроме того, если у него есть какие то особо любимые блюда, тоже скажите об этом.
— Я не думаю, что есть какие-то блюда, которые он не любит настолько, чтобы отказаться их есть. Он будет есть все, что подадут, — ответил Фран.
— Я считаю, что больше всего ему понравился суп, который подавали в итальянском ресторане,
— подключился и Зам. — Он сказал однажды, что его повара пока неспособны обеспечить тот же вкус, который придает этому блюдо Хьюго.
Я переписала всю информацию, которую получила и задумалась, размышляя над тем, стоит ли включать новый рецепт в мой ответ для Фриды. Я уже ответила на все ее вопросы, а после все таки указала как правильно готовить паннакотту, добавив что необходимо капнуть туда немного желатина.
Если рецепт ее заинтересует, то я продам ей способ производства желатина, и с этого момента именно компания Отмар начнет его изготавливать на продажу.
— Зам, передай Гилу, что это письмо нужно доставить в компанию Отмар. Когда это будет сделано, сообщи Фердинанду о дате нашего визита.
— Выполняю.
После того, как Зам удалился, выполняя приказ, я обернулась к Франу, чтобы обсудить детали подготовки к выходу в нижний город.