Власть книжного червя. Том 4 (ЛП)

— Попытка вырастить ауба, на которого не будут оказывать возможное влияние родственники со стороны матери крайне рискованна, — пояснил я свои предыдущие слова. — Тем не менее, будь ее здоровье чуть более крепким, и я бы поддержал Лейзеганга в его мнении о том, что именно Розмайн должна быть следующим аубом, а Вилфрид должен быть при ней в качестве жениха.
Сейчас леди Розмайн была столь слаба и болезненна, что нельзя было даже точно сказать, сможет ли она иметь детей. Обычно в таких ситуациях, по правилам наследования, правитель сменялся братом или сестрой рожденными от той же матери, или их детьми, из-за одинакового уровня способностей к мане. И именно это было проблемой, Розмайн не приходилась кровной родственницей остальным кандидатам в эрцгерцоги. Дворяне из фракции Лейзеганга считали Розмайн дочерью Эльвиры. Поэтому дети Бонифация могли оказать свою поддержку в случае возникновения спорных ситуаций. Но это было не так. Если она действительно была дочерью третьей жены Карстедта, то ее кровными родственниками были Джойсонтаки, то есть род, который был уничтожен за нападение на семью ауба.
— В этом смысле она очень похожа на лорда Фердинанда. У него тоже нет родственников со стороны матери, — дав Карстедту немного времени осознать сказанное, я продолжил свои размышления. — Старик Лейзеганг поддерживает его кандидатуру исключительно для того, чтобы избавить Эренфест от крови Аренсбаха, но при этом возможный брак лорда Фердинанда и леди Розмайн это слишком большой риск. Ведь в конечном итоге им будет необходим наследник, и если леди не сможет родить, то неизбежна смута и возможно даже война внутри герцогства.
— Именно поэтому назначение Вилфрида наследником не было ошибкой. А леди Розмайн стала бы его первой женой, оказывая поддержку при правлении, предоставив заботу о наследниках второй или третьей жене.
— В таком случае, лорд Клаудий. Что думаете лично вы?
— Я думаю, что здесь важно мнение самой леди Розмайн. Для меня, как человека, важно что она сама думает об этой помолвке, и не принуждает ли ее к ней эрцгерцог.
Как складываются ее отношения с лордом Вилфридом и леди Шарлоттой? Хотела ли бы она сама занять место выше лорда Вилфрида? Не была ли она против помолвки? Это были вопросы, которые бродили в моей голове. Пока я провожал ее к месту, я бросил пару едких замечаний, проверяя ее. Но она дала понять, что намерена всецело поддерживать своего будущего мужа. Так же ранее я думал, что ауб навязал работу, связанную с храмовыми разъездами только своей приемной дочери, но как оказалось, и его кровные дети тоже принимали участие в Весеннем молебне. И я видел как лорд Вилфрид и леди Шарлотта выказывали явное уважение к своей сестре.
— Но на недавней встрече я не увидел никаких признаков того, что она не одобряет лорда Вилфрида или испытывает к нему какие-либо негативные чувства. Лорд Вилфрид тоже не показался мне глупым или необразованным. Он явно понимал, что все эти храмовые церемонии имеют влияние на будущий урожай. До тех пор, пока он с уважением относится к особенностям леди Розмайн, а также продолжает поддерживать ее, помогая в ее начинаниях, я думаю, что он будет не самым плохим кандидатом на роль ее мужа и следующего эрцгерцога.
Конечно, из-за пятна на его репутации, с его стороны потребуется немало усилий для того, чтобы его приняли как следующего эрцгерцога. Это была, несомненно, сложная задача, но она не казалась мне невыполнимой.
— Особенности Розмайн, да? По моим наблюдениям другие обычно игнорируют это. Вместо этого они сосредотачиваются только на том, насколько она удивительно талантлива в объеме маны и академических науках, — лорд Карстедт был явно удивлен тем, что обратил внимание на эту деталь.
— Я считаю, что это все из-за того, что она выросла в храме. Я чувствовал, что ее отношение к Богам и отношение к проводимым ритуалам довольно странные. Словно бы она придерживается точки зрения, которая в корне отличается от той, что свойственна дворянам.
Когда она увидела, что весь снег исчез на одну ночь, она только отметила, что Богини действительно хорошо поработали, так как будто это было совершенно нормально и не произошло ничего необычного. Я не мог сказать, было ли это равнодушие следствием ее стальной воли или ее веры в Богов. Но в любом случае нельзя было отрицать того, что она была крайне необычна.
 
— Если мы собираемся и дальше использовать этот ритуал каждый год, ускоряя приход весны в северные регионы, то особенность воспитания леди Розмайн будет иметь большое значение. Наша культура будет вынуждена измениться, сосредотачивая большее внимание на храме и его церемониях и традициях. И это несмотря на то, что ранее на все это смотрели с презрением и свысока. Лорду Вилфриду придется проявить не малую твердость, чтобы привить дворянам уважение к будущим изменениям, которые принесет им леди Розмайн.
— Значит вы все таки не против помолвки… Узнать это было важно для меня.
— В действительности это мне не до конца по душе. Но если ауб принял решение оставить леди в Эренфесте, то он нашел правильный путь для этого. Ее знания и мудрость не соответствуют юному возрасту. Мы бы не успели моргнуть и глазом, как какое-нибудь более высокопоставленное герцогство забрало бы ее к себе.
Лорд Карстедт кивнул мне и встал.
— Я прослежу за тем, чтобы ауб услышал твою точку зрения. Уверен, она порадует его.
— Я ценю это, но должен предупредить, что внутренняя напряженность между фракциями в Эренфесте будет держаться еще некоторое время. Старик Лейзеганг и его фракция никогда не согласятся с волей и действиями ауба. У тебя самого мать из Лейзегангов. Как думаешь, сможешь ли ты, используя вашу родственную связь, оказать на них влияние и сдержать их порывы, — я задал этот вопрос, внимательно наблюдая за реакцией Карстедта. Заняв руки механической работой в виде очищения своей миски, он размышлял какое-то время, а после отрицательно покачал головой.
— Я — лорд командующий. Мой долг защищать эрцгерцога, а не участвовать в политических дрязгах фракций. И как отец Розмайн, я не могу быть столь глуп, чтобы лично выходить на связь с фракцией Лейзеганга в такое смутное время.
— Понимаю. Видимо эта та проблема, с которой Эльвире придется разбираться самостоятельно.
— Защита герцогства и ауба это мои главные задачи. Семья всегда останется на втором месте. И Эльвира это понимает. Как женщина из Хальдензелля, она достаточно сильна, чтобы вынести все это в одиночку, когда возникает такая необходимость. Она женщина, которая действительно подходит для того, чтобы быть женой главы Ордена рыцарей, больше, чем любая другая. Хотя, к своему стыду, я понял это только после того, как Розмайн прямо указала мне на это.
— Ох…? Что ж, полагаю именно после этого внезапного прозрения вы начали хвастаться своей женой перед леди Розмайн.
Лорд Карстедт бросил на меня недовольный взгляд, прежде чем вернуть магический инструмент, блокирующий звуки. Кажется, наш отдых закончился. Я не смог удержаться от тихого смеха, пока убирал их на место, в небольшой кожаный мешочек.
Размышления о том, что эта поездка оказалась более продуктивной, чем я ожидал поднимала настроение. Приятно было видеть, что в прошлом не очень удачный брак моей младшей сестры, постепенно наполнялся все большей искренностью и теплом.
— Я собираюсь заняться сбором плодов бленруса, — обратился я к окружающим меня рыцарям. — Они столь ценны, что только жители Халдензелля имеют право собирать их. И по этой причине любой из вас, кто попытается взять их, будет казнен на месте. Вы, рыцари, пока можете продолжить отдыхать здесь, дожидаясь пока мы закончим сбор.
Убедившись, что моя угроза принята к сведению, я призвал своего верхового зверя. Мой план состоял в том, чтобы собрать плоды, а после отдать их леди Розмайн выражая всю признательность Хальдензелля перед ней, а также лорду Вилфриду и леди Шарлотте, высказывая наше уважение к нынешней семье эрцгерцога.
— Ну что ж, лорд Карстедт. Пойдем?