Власть книжного червя. Том 4 (ЛП)

— Да. Мы сделали себе поле.
Само поле было размером с домашний огород, но они, по-видимому, начали самостоятельно выращивать овощи. Тор и Рик были во главе работ в поле, и, поскольку территория, окружающая монастырь, была богата маной, оно давало отличные урожаи.
— Хорошо, что вы нашли для себя больше дел, — сказала я. — Однако будьте осторожны, не сосредотачивайтесь так сильно на сельском хозяйстве, чтобы отдалиться от печати и производства бумаги.
— Конечно.
После подачи маны в фей камень в часовне я направилась в свою комнату, переоделась, а затем отправилась ужинать. Дворяне, серые жрецы и стражники ели здесь все вместе, хотя и за отдельными столами.
— Ты можешь счесть манеры стражников неприятными, Ангелика, но, пожалуйста, не обращай на них внимания сегодня вечером.
— Понимаю.
Съев еду, которую мне подали Фран и Моника, я подошла к столу, за которым находились стражники закончившие свою трапезу. Мне нужно было кое о чем с ними поговорить. Папа заметил меня первым и быстро выпрямил спину, в то время как Фран тут же приготовил для меня кресло, чтобы я могла немедля сесть.
— Леди Розмайн, — сказали стражники, поспешно опускаясь на колени. Я велела им подняться на ноги обратно, прежде чем сесть в кресло, которое теперь предоставлено мне.
— У меня есть важные новости, а также просьба к вам и всем остальным стражникам, — сказала я.
— Что вы хотите нам рассказать? — Спросили они, наклоняясь вперед. Я, сначала сказала, что уверена, что рыцари уже рассказывали им об этом, а затем объяснила, почему будет выполнен Энтвикельн.
— Короче говоря, во время Конференции эрцгерцога в конце весны будут подписаны торговые контракты. Купцы из других герцогств собираются приехать в Эренфест, и к тому времени нижний город будет перестроен, что бы он был более чистым.
— Я чувствовал, что это было довольно неожиданное решение, но теперь я понимаю, почему это происходит, — сказал Папа, кивая на мое объяснение и говоря вежливо, как учили стражников. Стражникам, по-видимому, сообщили о предстоящем энтвикельне и проинструктировали оказать помощь в ознакомлении населения с новыми правилами, но им не сказали, почему это происходит или какие изменения должны произойти.
— Если эта реконструкция не сделает нижний город Эренфеста не уступающим по красоте и благоустройству нижним городам других герцогств, — ответила я, — нам нужно будет провести перестройку всего нижнего города.
— … Весь нижний город? — Переспросили стражники, обменявшись растерянными взглядами.
Я посмотрела на Папу в упор.
— Весь город был бы перестроен с помощью огромного, очень сильного заклинания, и в этом случае останутся на месте только здания из айвори, сделанные с помощью маны эрцгерцога. Деревянные надстройки и пристройки, где живет большинство простолюдинов, перестали бы существовать.
— Что?! — Кто-то резко выдохнул, кто-то наоборот втянул воздух, их глаза испуганно расширились. Неудивительно, что они были так ошеломлены; они сами жили в деревянных пристройках зданий нижнего города.
— На самом деле гораздо проще сделать перестройку всего нижнего города, а не некоторых улиц. Эти планы были изменены только для того, чтобы как можно меньше воздействовать на деревянные дома, потому что я лично попросила об этом.
Для простолюдинов было невозможно отменить решения знати; те приходили к завершению часто до того, как простолюдины даже осознавали, что что-то происходит. Мой отец сглотнул, хорошо зная, насколько дворяне нетерпимы к малейшему сопротивлению их планам со стороны простолюдинов.
— Вместо этого мы будем перестраивать улицы и землю под ними, — объяснила я. — Когда мы закончим, нам понадобится помощь горожан, чтобы предотвратить необходимость в более решительных мерах. Я хотела бы попросить вас о всей вашей помощи в разъяснении жителям нижнего города связанными с этими действиями опасностями.
Правило первое состояло в том, чтобы либо оставаться в своем доме, либо полностью находиться за пределами города в день реконструкции. Правило второе заключалось в том, чтобы плотно запирать двери и окна и держать их запертыми до тех пор, пока не придет известие о завершении реконструкции. Правило третье состояло в том, чтобы люди знали, что все, что осталось на улице, исчезнет навсегда. Правило четвертое состояло в том, чтобы после реконструкции избавляться от мусора и отходов надо будет в специально отведенных местах, чтобы поддерживать чистоту нижнего города, и нигде больше. И правило пятое состояло в том, чтобы помнить о правиле четвертом и следить за тем, чтобы ваши соседи тоже следовали ему.
 
Пока я перечисляла все предупреждения, какие только могла придумать, Папа и стражники слушали с серьезными выражениями лиц, внимательно запоминая их. Выражение их глаз заставило меня почувствовать, что они с вниманием и тщанием отнесутся к рассказанному мной.
— Судьба бесчисленных домов в нижнем городе лежит на ваших плечах. Пожалуйста, работайте вместе, чтобы защитить то, что у вас есть, — закончила я.
— Мы глубоко признательны вам за внимание, леди Розмайн. Я буду защищать наш дом всем, что у меня есть, — сказал Папа, ударяя себя правым кулаком по груди в районе сердца. Другие стражники сделали то же самое, дважды постучав себя по левой груди, и я с улыбкой ответила им тем же жестом.
На следующее утро Папа и другие стражники приготовились отправиться на Эренфест с уезжающими из монастыря серыми жрецами.
— Гюнтер. Мужчины. Я снова доверяю вам своих жрецов, — сказала я.
— Мы передадим то, что вы рассказали нам, остальным. Приятного отдыха, леди Розмайн.
Я, как всегда, передала солдатам дополнительную плату, а затем проводила экипажи. Мне нужно было срочно ехать в следующий зимний дом.
— Гил, Хьюго, вы можете отправляться для подготовки нашего сегодняшнего ночлега.
— Да, леди Розмайн.
Как только карета с моими вещами отъехала, я оглядела серых жрецов и жриц из монастыря, которые пришли посмотреть, как я покидаю монастырь.
— За те два года, что я спала, я рада видеть, что вы все сотрудничали с жителями Хассе и создали прочные связи. Это великолепное достижение, которого не смог добиться даже храм Эренфеста. Я прошу вас продолжать ваши усилия, — сказала я. Затем я переключила свое внимание на поле. — И Тор, пожалуйста, сообщи мне, если ты вырастишь какие-нибудь особенно вкусные овощи. Я обязательно приеду и попробую их сама.
Тор гордо ухмыльнулся и согласился, сказав, что для меня он отберет самые лучшие овощи. Я действительно с нетерпением ждала наступления урожая.
Все опустились на колени, чтобы проводить меня, после чего я забралась в Лесси и направилась к своему следующему пункту назначения. С этого момента Весенний Молебен шел как по маслу; каждый зимний дом встречал меня с горячим воодушевлением и сильным волнением, столь же гладко все и закончилось. В этом году вся церемония прошла довольно легко, так как я привыкла делать в четыре раза больше ритуалов, путешествуя с Фердинандом по всему Центральному району.
Я потянулась, довольная тем, что мне теперь только что и оставалось как, вернуться в храм. На этот раз мне пришлось выпить всего два зелья, наполненных пробирающей до печенки
добротой Фердинанда, так что я даже не почувствовала особого напряжения при выполнении молебна.
— Обслуживать только часть герцогства намного проще, — размышляла я вслух. — Мне нужно будет поблагодарить Шарлотту и Вилфрида.
— Леди Розмайн, вы также не должны забыть поблагодарить Верховного жреца, — сказал Фран, пристально глядя на меня. Я вежливо улыбнулась в ответ. Я не забыла; я просто считала это гораздо менее важным.
— Я благодарна ему за кое что другое, — сказала я. — Верховный Жрец заслуживает большей благодарности за то, что приготовил мне такие чудесные зелья.
— Я понимаю.
Так как мы путешествовали на верховом звере, Фран и я первыми вернулись в храм, привезя с собой потир. Гил и Хьюго прибудут позже на день, так как они возвращались в экипаже в Хассе, где они остановятся на ночь, прежде чем вернуться в храм. Скорее всего, они вернутся завтра днем.