Власть книжного червя. Том 4 (ЛП)

В этом году на курсах служителей не было ни одного отличника, так что она была переполнена воодушевлением. Их письменные оценки были неплохими, так что они, по- видимому, планировали полностью посвятить себя практическим занятиям.
— Мне не хотелось бы портить вам настроение и сбивать ваш запал на победу, но в следующем году снова победят рыцари, — сказал Корнелиус, на его лице ясно читалась уверенность в победе. — Рыцари-стражи-ученики, служащие Вилфриду, начали использовать метод сжатия маны, и дедушка лично их обучает. Не говоря уже о том, что Ангелика уже окончила академию, что само по себе является огромным преимуществом для нас.
Хартмут кивнул, а затем пробормотал:
— Выпуск Ангелики действительно снижает наши шансы… — со смертельно серьезным выражением лица. А ведь это он был тем, кто предложил забрать у неё Стенлюка, чтобы она готовилась к экзаменам сама не полагаясь на манаклинок…
— Я с нетерпением жду следующего года, — со смехом сказала я.
В любом случае, было решено, что рецепт фунтового кекса будет передан первокурсникам и студентам рыцарского курса в качестве награды от Комитета по улучшению оценок.
После того, как были объявлены отличники, были объявлены средние оценки по всем герцогствам. И как оказалось мы заняли одиннадцатое место по диттеру на межгерцогском турнире, что, учитывая наше прежнее постоянное четырнадцатое место, показало, насколько мы стали лучше в нем.
— Бонифаций возьмет на себя обучение рыцарей-учеников, начиная с этой весны, чтобы наши оценки по диттеру стали еще лучше. Будущие рыцари, приложите к этому все свои силы.
После этого Сильвестр перешел к обсуждению того внимания, которое Эренфест получил во время публикации научных исследований. Хиршур, наша комендант общежития, взяла на себя инициативу и привлекла много внимания своими презентациями о моём управляемом изнутри верховым зверем, и о том, что она узнала при изучении магических инструментов королевской семьи. Тем временем служители-ученики получили хоть и среднюю, но весьма достойную оценку за свои действия во время межгерцогского турнира. Сильвестр сказал, что в следующем году они, вероятно, будут справляться еще лучше, учитывая сложившуюся ситуацию.
Помимо того, что оценки студентов из нашего герцогства выросли, Сильвестр продолжил объяснять, что риншам, шпильки для волос и фунтовый кекс стали объектами моды во всей Королевской академии. Эрцгерцоги из других герцогств скоро приедут, чтобы обсудить торговлю ими, и общий рейтинг Эренфеста также будет пересмотрен на следующей конференции эрцгерцогов.
— В этом году Эренфест распространил несколько нововведений, — сообщил Сильвестр дворянам. — С этого момента мы намерены начать широко распространять печатные книги. Я прошу вашей помощи в этом начинании.
И наконец, прошло представление новых взрослых, студентов выпустившихся из Королевской академии. Будет объявлено, под чьим руководством они будут работать уже не как ученики, а как настоящие взрослые. Ангелика была среди них, что означало, что она больше не будет служить мне в качестве рыцаря-стража ученицы, но как полноправный рыцарь-страж. Это означало, что она могла сопровождать меня даже за пределами Квартала Знати.
Атмосфера в зале стала поспокойней, когда все решили, что праздничное собрание подходит к концу, и именно тогда Сильвестр повысил голос и продолжил.
— Теперь у меня есть важное объявление относительно будущего Эренфеста, — заявил он, взмахнув рукой в воздухе, подавая нам с Вилфридом сигнал, когда по рядам собравшихся дворян пробежал переполох.
— Пора, Розмайн.
Я в сопровождении Вилфрида грациозно поднялась по ступенькам, и все взгляды в большом зале устремились на нас. С вершины сцены я окинула взглядом собравшихся дворян.
Бонифаций излучал устрашающую ауру, наблюдая за происходящим со стиснутыми зубами. Эльвира казалась более живой, чем когда-либо; её глаза ярко блестели, и выражение её лица дало мне основания полагать, что она сейчас в голове набрасывала любовный роман со мной и Вилфридом в главных ролях. Фердинанд следил за происходящим со своим обычным бесстрастным выражением лица, в чем копировали своего господина Экхарт и Юстокс.
 
Фердинанд уделял основное внимание графу Лейзегангу, чьи глаза начали расширяться в недоверчивом удивлении, в то время как Юстокс следил за виконтессой Дальдольф. Экхарт тоже следил за реакцией дворянина, судя по его одежде, носившем звание гиба.
Интересно, кто это…
Когда я прищурилась, пытаясь получше рассмотреть этого человека, гулкий голос Сильвестра разнесся по большому залу. — Могущественные Король и Королева бесконечных небес, боги Тьмы и Света, направили Дрегарнур, Богиню Времени, чтобы здесь и сейчас сплести две нити вместе. Пусть встреча Розмайн и моего сына Вильфрида будет благословлена, и пусть они будут удостоены божественной защиты, — заявил он.
Это была стандартная форма объявления о помолвке, но большинство дворян смотрели на это с полным непониманием на лицах. Можно было с полной уверенностью утверждать, что никто не ожидал такого развития событий. Несколько долгих мгновений прошли в абсолютной тишине, а затем, внезапно, толпа взорвалась в неистовстве. Все обменялись неуверенными взглядами, время от времени прерывая свой торопливый разговор, чтобы бросить на нас с Вилфридом испуганные взгляды, пока мы стояли рядом друг с другом.
С того места, где я находилась на сцене, я очень ясно видела их потрясенные лица. Из того, что я могла сказать, едва ли здесь было какое-либо значительное количество людей, приветствующих или выражающих одобрение к услышанному объявлению; некоторые даже зашли так далеко, что кричали “Почему?!” или “Как?!”
Граф Лейзеганг застыл с широко раскрытыми глазами, не веря своим глазам, в то время как виконтесса Дальдольф рукой прикрыла разинутый в удивлении рот. Из всех тех, кто находился в шокированной толпе, только человек, за которым наблюдал Экхарт, сохранял видимую невозмутимость. Это, по какой-то причине, заставляло его выделяться еще больше. Мне даже показалось, что наши взгляды встретились на краткий миг.
— На Конференции эрцгерцогов, я получу разрешение короля на эту помолвку — заключил Сильвестр. — Это все.
Итак, праздник в честь весны подошел к концу — праздник, который взбудоражил всех аристократов герцогства.
  
Том 4 Глава 368 Встреча с чиновниками
 
Объявление о моей помолвке вызвало такой шум среди знати, что казалось, будто кто-то со всей силы ударил в пресловутое осиное гнездо. Это была вполне ожидаемая реакция для Лейзенгангов, которые стремились сделать меня следующим эрцгерцогом, они с таким же успехом могли потратить целую зиму, влияя на других и собирая всевозможные сведения, которые теперь полностью утратили свою ценность. Им нужно будет все начинать с нуля, заодно выясняя как нынешнее развитие ситуации повлияло на их прежние договоренности с союзниками.
Бывшей фракции Вероники тоже нужно было обсудить, как им теперь действовать. Было достаточно ясно, что они вообще невысокого мнения обо мне, и теперь было практически гарантировано, что я буду служить центральной опорой в новой эре политического развития Эренфеста.
К тому времени, как я закончила завтрак, меня завалили посланиями с просьбой о срочной встрече со мной, что вызвало некоторую панику среди моих слуг. Количество просьб и положение людей, которые обращались с ними, не имели значения; мои опекуны не раз повторяли мне, что бы я ни с кем не общалась.
— Отклоняйте каждую просьбу, — сказала я. — Мне нужно будет поговорить с аубом, прежде чем я предприму какие-либо действия.
— Миледи, не всем этим дворянам можно так легко отказать, — сказала Рихарда. Затем она начала перечислять имена, некоторые из которых принадлежали к моей большой семье, а именно тем, кто формировал то, что Фердинанд назвал “молодой фракцией Розмайн”. В этом случае было тем более важно обсудить все до встречи с ними.