Власть книжного червя. Том 4 (ЛП)

— В общую комнату, подготовленную к приему новых студентов.
Те, кто телепортировался из замка в общежитие, не могли войти в свои комнаты, пока слуги не закончат их подготовку, поэтому они дожидались этого момента в общей комнате. Здесь старшекурсники, чьи комнаты уже были приготовлены, встречали своих младших соучеников.
— Я оставляю миледи на ваше попечение, — сказала Рихарда, когда мы подошли к лестнице, а затем поднялась наверх, чтобы заняться багажом, уже принесенным слугами общежития.
— Прибыла Леди Розмайн, — объявили мои рыцари-стражи, побуждая нескольких старшеклассников начать готовить чай и подавать мне сладости. Когда я огляделась, то увидела, что некоторые из новых студентов моего курса начали попивать свой чай, явно волнуясь.
— Пожалуйста, не стесняйтесь присесть вот здесь, леди Розмайн, — сказала Брунгильда, сощурив янтарные глаза в теплой улыбке, от её шагов при подходе ко мне её алые волосы слегка развевались за спиной. Ей было девять, когда я впервые дебютировала в зимней игровой комнате, так что теперь она была двенадцатилетней студенткой третьего курса. — Ох… Ваш наряд просто великолепен. Он хорошо отражает текущую моду Королевской академии, включая эти украшения — цветы вашего собственного изобретения.
— Это было сделано на основе сведений, которые предоставила ты, Брунгильда. Так как я не знакома с веяниями моды Королевской академии, я очень признательна за твою помощь.
— Я желаю, чтобы ваши одежды и украшения для волос пользовались популярностью в Суверении. Я бы хотела, чтобы мода Эренфеста хотя бы на короткое время заняла властвующее положение в Королевской академии, — объяснила Брунгильда.
Как аристократка, очень интересующаяся модой, которая всегда старалась быть на вершине тенденций, она, по-видимому, считала довольно унизительным, что её родное герцогство считалось в этом плане захолустьем.
— Я уверена, что созданные вами новые модные тенденции, которые завоевали всеобщее признание в Эренфесте, имеют потенциал быть столь же популярными и в Суверении, — продолжила она. — Раньше я спрашивала у эрцгерцогской четы, могу ли я распространять их сама, но они запретили любые подобные действия, пока вы не поступите в Королевскую академию. Ох, с каким же нетерпением я ждала вашего приезда. Этот год, безусловно, будет просто чудесным.
Улыбка Брунгильды оставалась столь же яркой на протяжении всей ее речи о распространении сладостей и моды из Эренфеста по всей Суверении, ее глаза горели тем же неприкрытым честолюбием, которое я так часто видела у Эльвиры. Я же сама совсем не испытывала подобного энтузиазма — я сделала новые виды платьев и украшений только потому, что они мне понадобились в определенный промежуток времени, так что все эти слова о распространении тенденций были в значительной степени за пределами моего понимания.
— Леди Брунгильда, вы не должны говорить только о своих интересах. Как вы можете ожидать, что леди Розмайн в таком случае сможет расслабиться? — упрекнула ту одна из девочек, шагнув вперед. Её лицо обрамляли две пряди изумрудно зеленых волос, остальные были заплетены в длинную косу, перекинутую через плечо. Она была немного ниже Брунгильды, и тот факт, что я не могла вспомнить её имя, означал, что она, вероятно, уже поступила в Академию, когда я присоединилась к игровой комнате.
— Ты права, Лизелета. Простите меня, леди Розмайн. Кажется, я так обрадовалась вашему прибытию, что забылась.
— Ничего страшного, Брунгильда. Я хорошо понимаю, что ты просто полна решимости усилить влияние Эренфеста. Это черта, которой должен обладать любой высший аристократ, — сказала я успокаивающе.
Брунгильда со вздохом облегчения отступила назад, и в этот момент Лизелета шагнула вперед, чтобы занять ее место.
— Прошу прощения за беспокойство, леди Розмайн. Пожалуйста, наслаждайтесь вашим пребыванием здесь, — сказала она с вежливой улыбкой, прежде чем грациозно удалится.
Волосы Лизелеты были туго заплетены в косу, чтобы не мешать, когда она двигалась, а ее темно-зеленые глаза светились немалым умом. Хоть расцветка волос и глаз были очень разными, но она была очень похожа на Ангелику. Они должно быть сестры или, по крайней мере, кузины.
 
Я повернулась, чтобы взглянуть на Ангелику, которая стояла позади меня.
— Лизелета действительно похожа на тебя, не так ли?
— Да, она моя младшая сестра. В отличие от меня она очень умна, знающа и надежна, поэтому наши родители постоянно хвалят ее.
Лизелета показывала себя сейчас очень сообразительной и тактичной: она перемещалась по комнате, разговаривая с новыми студентами, и заодно готовила влажные салфетки для тех, кто испачкал руки сладостями, наливала свежий чай вновь прибывшим ученикам и так далее. Она держалась сдержанно, говорила только то, что было необходимо, и делала все это с неизменной улыбкой. Все это показывало, насколько великолепны ее манеры. Хотя она была очень похожа на Ангелику, то, как она говорила и действовала, отличалось от подобных действий Ангелики как день от ночи.
Была ли та «родословная служителей», о которой упоминали её родители, полностью сконцентрирована в Лизелете?
— Ну, Ангелика, разве дело просто не в том, что у тебя слабая склонность к вспомогательной работе? Ты ведь превосходный рыцарь, не так ли?
— Совершенно верно, леди Розмайн, — неожиданно в защиту Ангелики прозвучал незнакомый мне голос. Я удивленно моргнула, а Ангелика слегка нахмурилась.
— Леди Джудит… — в ее голосе послышалось беспокойство.
Джудит была одной из тех девочек, которых я видела в игровой комнате три года назад, и мне казалось, что она тогда была на год старше меня. У нее были блестящие, ярко фиалковые глаза и пушистые ярко-оранжевые волосы, собранные в хвост, как у Ангелики.
— Леди Ангелика очень умела в магии усиления, несмотря на то, что она из средней знати, и она настолько искусна, что даже лорд Бонифаций признал её таланты и взял ее в ученики. Она потрясающая. Вдобавок ко всему, она заполучила вашу благосклонность, леди Розмайн, и ее манаклинок обладает разумом. Он даже может говорить. Кто еще смог достичь подобного? — сказала Джудит, перечислив достоинства Ангелики. — Я хочу создать свой собственный манаклинок, но у меня недостаточно маны для этого, и я не могу использовать магию усиления.
Конечно, было приятно слышать, что мой рыцарь-страж является для других образцом для подражания. Я выслушала все с улыбкой, прежде, чем выразить свое полное согласие.
— Да, просто удивительно, что Ангелика так хорошо научилась пользоваться магией усиления, не правда ли? Лорд Бонифаций сказал мне, что она многому научилась за время моего сна.
— Вот именно! Я хочу быть достаточно сильной, чтобы лорд Бонифатий тоже оценил мои усилия. Леди Ангелика — мой образец для подражания.
Так, так, так… Похоже, Джудит — член секты имени Ангелики. Она просто боготворит ее.
— Леди Джудит, пожалуйста, не надо больше… — вмешалась Ангелика.
— Ты права. Леди Розмайн из — за необходимости поддерживать разговор не может расслабится и отдохнуть. Подумать только, ты так заботишься о своей подопечной, леди Ангелика! Мне так многому надо у тебя научиться. Прошу меня извинить.
Я обнаружила, что Джудит таким образом истолковывает и воспринимает слова и действия Ангелики, что любые действия той после этого подаются в наилучшем свете. Я подняла глаза и увидела, что Ангелика старается не встречаться взглядом с Джудит, в то время как Корнелиус едва сдерживает смех. Похоже, она настолько не привыкла к похвалам, что не знала, как реагировать на эту лавину комплиментов.
— Джудит, конечно, хорошая девочка, правда? — спросила я.
— …Нет, не хорошая, она странная девочка, — поправила меня Ангелика, с очень озабоченным выражением лица.
Я улыбнулась и принялась рассматривать комнату. На полу был расстелен толстый ковер, а стены были покрыты гобеленами, каждый из которых был цвета наших накидок. Разглядывая все это, я заметила группу молодых студентов, сидевших за отдельным столом. Все они смотрели в пол, и в те короткие мгновения, когда они поднимали глаза, я видела в них глубокую печаль. Они явно хотели присоединиться к остальным, но что-то их останавливало. Среди них был и Родерик, который так старательно добывал для меня истории.