Власть книжного червя. Том 4 (ЛП)

Заколка для волос была сделана в виде корали, цветка, который нравился Эглантине и который был похож по внешнему виду на лилию. Большие лепестки были украшены крошечными белыми цветами и зелеными стебельками и листьями, символизирующими приход весны.
Декоративное кружево делало орнамент еще более причудливым и изысканным, а выбранные цвета должны были дополнить платье цвета Гедульд, которое, как мне сказали, Эглантина собиралась надеть на выпускной. Центр цветка был оранжево-красного оттенка, причем лепестки постепенно становились все более красными по мере продвижения от центра цветка к кончикам лепестков.
Анастасий вытащил шпильку из короба и осторожно начал её рассматривать. В его прищуренных глазах была смертельная серьезность, когда он рассматривал украшение со всех сторон. Удалось ли Тули сделать заколку соответствующую стандартам королевской семьи? Я с трудом сглотнула, нервно ожидая его решения.
— Она гораздо более изощренная, чем твоя заколка для волос, — заметил он.
— Мои заколки для волос предназначены для ежедневного использования — их стиль отличается от тех, которые предназначены для ношения с официальной одеждой на торжественных мероприятиях, таких как церемония выпуска, когда человек достигает совершеннолетия. Более того, такая заколка для волос мне бы не подошла; корали настолько экстравагантны, что полностью отвлекли бы все внимания на себя, оставив меня саму в тени. Это заколка для волос, подходит только для леди Эглантины. Вы считаете, что эта заколка достойна её?
— Да. Эта заколка замечательно подчеркнет её красоту, — сказал Анастасий с удовлетворенным кивком. Я не могла не улыбнуться, зная, что подобные слова от члена королевской семьи стоят очень многого.
Да! Тули, принц считает, что твоя работа великолепна! Ааа, как же я хочу начать хвастаться этим!
Я под столом сжала кулаки, пытаясь сдержать нарастающее волнение, но, похоже, у меня это не получилось — Анастасий пристально посмотрел на меня и сказал: — Учись держать лицо.
Я отчаянно прижала руки к щекам, но, тем не менее, моя улыбка только продолжала расти.
Освин вернул шпильку в короб, аккуратно закрыл крышку и унес его. Затем Гудрун шагнул вперед, как бы желая заменить его, и положил на стол ноты. Он жестом показал мне, чтобы я взяла себя в руки, и это, наконец, снизило мое возбуждение.
— Что вы будете делать с песней, посвященной Богине Света? — Спросила я. — Я действительно считаю, что для вас было бы разумнее подарить ноты и слова ей самому, а не через меня, но выбор конечно за вами.
— Я согласен. Как и планировалось изначально, я куплю эту песню. Освин.
Освин снова шагнул вперед и начал обсуждение покупки с Гудрун, в то время как Анастасий просмотрел нотные листы и кивнул. Фердинанд и Розина превратили песню во что-то действительно прекрасное, поэтому я не ожидала, что при продаже возникнут какие либо проблемы.
Как только сделка была завершена, думая что все вопросы решены, и готовясь к окончанию аудиенции, я перевела разговор на обсуждение красоты и общей чудесности Эглантины и кое каких тривиальных дел, связанных с Королевской академией. Думая, что это все, я поддерживала этот разговор… только для того, чтобы Гудрун прервала мои слова намекающим покашливанием.
Я что-то забыла…?
Частично спрятав руку за юбкой, Гудрун вытянула два пальца, как бы делая знак мира, а затем согнула их так, чтобы они напоминали висячие уши.
Шварц и Вайс!
Только тогда я вспомнила — меня попросили проконсультироваться с принцем по поводу того, будет ли приемлемо публиковать исследования по библиотечным магическим инструментам на межгерцогском турнире. Эта просьба совершенно вылетела у меня из головы.
— Эм, принц Анастасий… Если вы не возражаете, у меня есть последний вопрос. Чиновники Эренфеста хотели бы опубликовать исследования о Шварц и Вайс во время турнира в этом году. Будет ли это приемлемо, учитывая, что они являются фамильными ценностями королевской семьи?
— Ох. Я не думаю что возникнут какие-либо проблемы из-за этого. Были ли сделаны какие-либо открытия?
 
Будь я проклята, если я знаю.
Я открыла рот, собираясь сказать именно эти слова, но потом снова закрыла его и медленно покачала головой. — Боюсь, о деталях исследований вам придется расспросить профессора Хиршур. Я только что вернулась из Эренфеста и сама еще не видела всех документов.
— Опять Хиршур, а? Было бы неплохо, если бы в турнире приняли участие и студенты Эренфеста, а не только комендант общежития, — сказал он с явным раздражением, и он был совершенно прав. Я ничего не могла возразить на его слова.
— Я буду стремиться к тому, чтобы у наших студентов были потрясающие исследования для публикации в следующем году.
— …Я подожду и посмотрю, хотя мои ожидания и невелики.
И на этом наша встреча подошла к концу.
— Я должен сказать, миледи, что одной этой встречи мне было достаточно, чтобы понять, сколько бед вы приносите лорду Фердинанду, — сказал Гудрун, потирая виски, как только мы вернулись в общежитие. — Я чувствовал, как у меня крутило живот каждый раз, пока я ждал, что вы собираетесь сказать принцу. Вы забыли очень многое из того, что мы обсуждали за несколько мгновений до того, как покинули общежитие. Теперь я действительно понимаю, почему лорд Фердинанд сказал, что следует свести ваше общение с другими герцогствами к минимуму. — Облегчение от благополучно завершившейся аудиенции в его голосе было настолько явным, что это, честно говоря, напугало меня.
— Гудрун… Неужели я действительно так плохо умею вести светскую беседу?
— Ваша самая большая проблема в том, что на первый взгляд вы кажетесь знающей и надежной. Большинство ваших ответов и вопросов вполне приемлемы, но вы собирались спросить королевскую особу о запретном архиве и умудрились забыть совет, который получили совсем незадолго до аудиенции. Я понял, что совершаемые вами ошибки всегда ведут к смертельной опасности, и поэтому ваши слуги должны быть чрезвычайно осторожны. Я напишу отчет в Эренфест вместо Матери и предложу лорду Фердинанду лично обучить ваших вассалов.
Бонифаций уже согласился обучить рыцарей-учеников, и теперь был шанс, что Фердинанд обучит всех моих вассалов. Те же, услышав это, немедленно напряглись; они слишком хорошо знали легенды о нынешнем Верховном Жреце.
— Миледи, прибыли ответы на ваше приглашение на чаепитие, — сказала Рихарда, держа в руках большую пачку писем. Для нас уже была подготовлена комната для дискуссий, поэтому мы сразу же перешли туда, чтобы начать проверять ответы.
Похоже, в чаепитии собрались участвовать все герцогства до единого. Учитывая ограниченность в пространстве, мы ограничили присутствие гостей одним представителем от герцогства, но, поскольку каждому представителю нужно будет привести с собой служителей и рыцарей-стражей, все равно это получится огромная толпа.
— Мы действительно можем справиться с таким количеством людей? — Обеспокоенно спросил Корнелиус.
Янтарные глаза Брунгильды горели яростным огнем: — Давайте будем считать это подготовкой к межгерцогскому турниру. Тогда не будет никаких ограничений на количество посетителей, и вдобавок мы столкнемся с супружескими парами эрцгерцогов и взрослыми дворянами. Я теперь верю, что лорд Юстокс был прав, когда сказал, что любой подготовки будет недостаточно для турнира.
— Но разве наша кухня не ограничена количеством приготовляемой пищи? Что нам делать с этим? — Спросила Лизелетта.
Я на мгновение задумалась над её вопросами.
— Давайте отправим письмо в Эренфест с просьбой о доступе на кухню замка за день до турнира и разместим заказы в компании по продаже кексов "Отмар". Мы можем заказать доставку еды в качестве багажа.
Нам нужно было бы отправить это письмо Сильвестру и другим как можно раньше — было не обойти тот факт, что ресурсов, которые в настоящее время направляются в Королевскую академию, было недостаточно для удовлетворения наших предстоящих потребностей. Я