Власть книжного червя. Том 4 (ЛП)

— Вместо того, чтобы беспокоиться о том, что будет через годы с Суверенией, мы должны сосредоточиться на трудностях, с которыми мы обязательно столкнемся этой весной, — заключила я.
Сильвестр согласно кивнул.
— Верно. Вызови Бенно и Густава. Мне нужно поговорить с ними до весенней конференции эрцгерцогов.
Сейчас еще была середина зимы, очень скоро должна была начаться очередная охота на Повелителя Зимы. При нынешнем состоянии дорог и погоде, простым купцам будет непросто ответить на этот призыв.
— Розмайн, сообщи Бенно и остальным, что они получат письмо с вызовом от Ауба Эренфеста. Не годится нам вызывать их без предупреждения, — сказал Фердинанд, без сомнения вспомнив, как сильно купцы сопротивлялись внезапному вызову Гиба Халдензеля.
Я вспомнила, как мне рассказывали о том, как тяжело им пришлось на деловых переговорах с высшими аристократами из-за того, что Эльвира захотела построить мастерскую в своей родной провинции Халдензель. Очевидно, ситуация была настолько ужасной, что даже Фердинанд выразил Бенно свое сочувствие.
— Кроме того, сообщи, кто будет сопровождать Бенно в замок, — продолжал Фердинанд. — Чиновники составят соответствующее количество приглашений.
— Очень хорошо, — ответила я. — Сильвестр, мне известно, что у компании “Гилберт" теперь новый представитель. Хотите, я тоже их позову?
— Конечно. Более мелкие детали я оставлю на тебя. В любом случае, ты справишься с этим лучше, чем какой-либо чиновник, верно?
— Благодарю вас.
— Хорошо. Розмайн, завтра ты возвращаешься в храм. Нам нужно подготовиться, прежде чем Повелитель Зимы войдет в полную силу.
— Я понимаю.
  
Том 4 Глава 336 Возвращение в храм
 
За ужином собралась вся семья эрцгерцога, присутствовали даже Фердинанд и Бонифаций. Шарлотта спросила меня, что это за место — Королевская академия, и я потчевала её страстными рассказами о библиотеке, о Шварце и Вайсе.
— Говоришь, магические инструменты в форме больших шмилей? Они, должно быть, такие милашки.
— Так и есть. Они весьма популярны среди тамошних девушек. Как их хозяйка я должна обеспечить их новой одеждой, и все студенты собрались вместе, чтобы придумать, как должны выглядеть их наряды. Мы решили одеть одного, как мальчика, а другого как девочку, причем оба будут носить нарукавные повязки Библиотечного комитета. Я и сама собираюсь носить такую повязку.
— Одинаковые повязки? Я бы с удовольствием посмотрела, как они разгуливают по библиотеке в одежде под стать твоей. Я просто не могу дождаться следующего года.
Как только моя оживленная беседа с Шарлоттой достигла своего естественного завершения, Бонифаций нетерпеливо принялся расспрашивать меня о моей игре в диттер. Рыцари, похоже, действительно любили диттер, и я видела как засветились интересом глаза Карстедта, стоявшего позади Сильвестра.
— Мне сказали, что ты использовала стратегию внезапной атаки, чтобы победить Дункельфельгер, — сказал Бонифаций. — Что же тебе удалось провернуть?
— Этот трюк был только на один раз, больше он не сработает. Во-первых, я приказала нашим рыцарям охотиться на маленького фей зверя, которого можно было легко захватить и удерживать.
— Но разве противники не могут убить такого фей зверя одним ударом? — спросил Бонифаций, нахмурившись и обдумывая услышанное.
— Такая опасность была, — ответила я, гордо выпятив грудь, — именно поэтому я укрыла его внутри своего ездового зверя.
— Внутри ездового зверя?!
— Да. Наши противники должны были бы превзойти меня в объеме маны, чтобы уничтожить моего ездового зверя и украсть наше сокровище, так что мы врядли бы проиграли, пока оно хранилось внутри.
Судя по ошеломленным выражениям лиц Карстедта и Бонифация, это была стратегия, которая никогда бы не пришла в голову большинству рыцарей. Фердинанд, однако, довольно кивнул:
— Подумать только, что этот странный грюн может быть использован подобным образом, — сказал он, явно впечатленный услышанным.
Затем я объяснила, как мы неожиданно напали на врага, когда он вернулся со своим «сокровищем». Бонифаций внимательно слушал, снова нахмурив брови.
 
— Мне кажется, ты пошла в атаку на своего врага посреди арены, как это обычно и делается. Как это может считаться внезапной атакой?
— В Королевской академии ныне принято играть в скоростной диттер, и поэтому ни одна из наших команд раньше не играла в диттер-кражу сокровищ, — объяснила я. — Никто не ожидал, что на них нападут, когда они будут возвращаться с пойманным фей зверем, и поэтому это оказалось для них такой неожиданностью.
Лицо Бонифация окаменело от моих слов, как будто он находил их совершенно немыслимыми.
— Непозволительная расхлябанность, — пробормотал он. — Они слишком распустились.
Я задалась вопросом, что за адские игры в диттер проводились в те времена, когда диттер-кража сокровищ была популярной игрой в академии во время учебы там Бонифация. Мне было даже страшно представить себе, что тогда происходило на арене.
— Однако наша внезапная атака оказалась только наполовину успешной, — сказала я. — Рыцари-ученики Эренфеста почти не взаимодействовали друг с другом, в то время как Дункельфельгер почти сразу же восстановил порядок в строю после нападения.
Карстедт кивнул в ответ, поглаживая подбородок с таким выражением, словно уже знал, о чем я говорю. Я решила воспользоваться этой возможностью, чтобы высказать свою просьбу.
— Отец, возможно, здесь не место говорить об этом, но я считаю, что необходимо внести некоторые улучшения в обучение рыцарей-учеников. Скоростной диттер проводился вместо диттер-кражи сокровищ в течение многих лет, что привело к полному исчезновению навыка взаимодействия среди наших рыцарей. Изучение тактики и правил построения формаций во время письменных занятий совершенно не применимо в игре в диттер.
— Это объясняет, почему в последнее время рыцари-ученики стали так плохо играть, — ответил Карстедт. — Так же на это влияет то, что мы уделяем им меньше внимания, сосредоточившись на обучении рыцарей-стражей эрцгерцогской семьи. Я позабочусь о том, чтобы все исправить.
Высшие чины Рыцарского ордена, как правило, являлись рыцарями-стражами эрцгерцогской семьи. Было вполне логично, что они будут более расслаблены при обучении рыцарей-учеников, когда сами они постоянно были доведены до предела жестоким режимом обучения Бонифация. Кроме того, учитывая нападение на сам замок, обучение рыцарей-стражей виделось гораздо более важным делом.
— Я не могу сказать, насколько знающи и умелы рыцари Дункельфельгера или же это заслуга профессора Рауффена, но их рыцари-ученики проявили такой уровень координации, что мы просто не выдерживали с ними никакого сравнения, — сообщила я. — Рыцарей-учеников Эренфеста, даже с их теперь увеличенными объемами маны, в нынешнем состоянии ожидает тяжелейшая борьба в любых матчах по диттеру.
Единственными, кто проявили хоть какое-то взаимодействие, были рыцари-ученики, служившие рыцарями-стражами в семье эрцгерцога. Я упомянула об этом, и в глаза Бонифация вернулся блеск. В конце концов, он был тем, кто обучал их.
— Гм… Если тебя это так беспокоит, Розмайн, я могу взяться за обучение рыцарей-учеников. Я бы сказал, что рыцари-стражи сейчас во вполне достойной форме.
— Если можно, то пожалуйста сделайте это. Вы проделали замечательную работу, обучая Ангелику и Корнелиуса, так что я ожидаю очень многого от этого обучения.
— Хм? Хм! Можешь на меня рассчитывать!
Бонифаций принял мою просьбу с внушающей доверие улыбкой. Учитывая, что полноправным рыцарям больше не нужно было терпеть его безжалостные тренировки и теперь они могли снова сосредоточиться полностью на рыцарях-учениках, я была уверена, что наши рыцари-ученики очень быстро станут очень сильными.
— Значит, внезапная атака провалилась? А что было дальше? — спросил Сильвестр, побуждая меня продолжить рассказ.
Все взгляды снова устремились на меня.