Власть книжного червя. Том 4 (ЛП)

— Из твоего описания тоже ничего не понятно, — вздохнул Анастасий. Он снова покачал головой, прежде чем впиться взглядом в Соланж. — А как в прошлом находились хозяева для этих двух магических инструментов?
— Предыдущий хозяин выбирал преемника и давал ему разрешение прикоснуться к Шварц и Вайс, после чего преемник касался фей камней во лбу шмилей и запечатлевал в них свою ману. То, что леди Розмайн запечатлела в них свою ману посредством благословения, является признаком вмешательства самой Местионоры.
— …Понятно. Этого достаточно.
Похоже, Анастасий оставил любые попытки разобраться в ситуации. Скорее всего, я сделала что-то очень ненормальное, так что любой, кто не видел, как это произошло, вероятно, никогда ничего не поймет.
— Мой предшественник тоже выбрал меня следующей хозяйкой Шварца и Вайса, но я не смогла обеспечить им возможность передвижения, — призналась Соланж. — Я могу прикасаться к ним при передаче маны, но, самое большее, что на что меня хватает, это поддерживать заряд их амулетов.
Несмотря на то, что она знала, что они не сдвинутся с места, Соланж старательно продолжала предлагать свою ману ценным магическим инструментам библиотеки, чтобы их не украли.
— Может быть, вашей мане не хватает атрибутов Света и Тьмы, профессор Соланж? Один из моих чиновников упомянул, что для того, чтобы стать их хозяином, необходимо обладать склонностью к этим двум элементам, — предположила я.
— Откуда им знать такое? — спросил Анастасий, удивленно глядя на меня.
— Каждый новый хозяин должен давать Шварцу и Вайсу новую одежду. Чтобы исполнить эту обязанность, я привела их обоих из библиотеки в общежитие Эренфеста для снятия мерок.
— Разве ты не могла просто измерить их в библиотеке?
— Я тоже так думала, но профессор сказала, что это не так, — я взглянула на Соланж, которая неспешно кивнула в знак согласия.
— Шварц и Вайс оказываются беззащитными, когда с них снимают одежду, потому что их защитные амулеты это их одежда. Поэтому для их хозяев является традицией самостоятельно снимать с них мерку и подгонять одежду. Я хотела бы дать разрешение на исполнение этого в библиотеке, но… — Соланж на мгновение замолчала, лицо её омрачилось. — Поскольку я средняя дворянка, есть много студентов, которые могут просто войти в мой кабинет против моей воли. И хотя леди Розмайн, кандидат в эрцгерцоги, Эренфест занимает лишь тринадцатое место. Учитывая, что Дункельфельгер или Аренсбах — герцогства второго и шестого ранга соответственно — могут просто силой ворваться в кабинет, я не могла допустить, чтобы снятие мерок проводилось в библиотеке.
Учитывая, что Дункельфельгер действительно применил силу, можно сказать, что опасения Соланж были вполне обоснованными.
— Понятно, — кивнул Анастасий. — Но как ты узнала о необходимых свойствах маны, Розмайн?
— Когда мы сняли одежду Шварца и Вайса, чтобы измерить их, мы обнаружили множество магических кругов на их туловищах. Вот почему профессор Хиршур отказалась от своих уроков в тот день.
Анастасий нахмурился.
— Может, она и прекрасный исследователь, но как учитель… — пробормотал он.
Как бы мне ни хотелось сказать, что мы, студенты Эренфеста, отлично это понимаем и больше всего страдаем от этого, но я сдержалась.
— Вышитые на них магические круги кажутся исключительно древними, — объяснила я. — Профессор Хиршур и её ученики сказали, что Шварц и Вайс, скорее всего, не двинулись бы с места, если в питающей их мане не будет Света и Тьмы, — затем я продолжила, добавив, что Хиршур описала магические круги как неполные и полные пробелов, что означает, что для работы инструментов могли быть необходимыми и какие-то другие условия.
— Ты могла бы избежать столкновения, если бы рассказала об этом Лестилауту. Мне кажется, у него нет склонности к Тьме, — заметил Анастасий.
— Возможно, но это сведения, которые я узнала в ходе моего личного исследования после того, как сняла с них одежду. Я не хотела разглашать ничего, что библиотека похоже до того держала в секрете.
 
Я просто следовала золотому правилу не говорить ничего лишнего. Как дворянин, принц должен был понимать, какой информацией можно поделиться, а какую нужно держать в секрете.
— Кроме всего прочего, лорд Лестилоут не очень любит посещать библиотеку, так что он никогда не подойдет на роль хозяина Шварца и Вайса, — продолжила я. — Им нужно давать ману раз в три дня или около того, и никто, кто хочет ими владеть исключительно для престижа, не сможет их с таким постоянством снабжать маной.
— Ох, леди Розмайн, вы не должны нести это бремя в одиночку. Если есть еще один аристократ с подходящей маной, вам, конечно, будет легче, если он возьмет на себя часть бремени хозяина, — предложила Соланж, глядя на меня с беспокойством. — В прошлом Шварца и Вайса совместно управляли три высших аристократа. Я могу только представить, как тяжело вам, должно быть, содержать их в одиночку. Может быть, молодая женщина из Аренсбаха, о которой я уже упоминала, обладает подобающими качествами?
Но как по мне, не было ничего хуже и опаснее, чем кто-то из Аренсбаха, обладающий подходящей маной.
— Мне показалось необычным, как часто они нуждаются в зарядке маной… — прокомментировала я. — Предыдущие библиотекари, должно быть, наполняли Шварца и Вайса огромным количеством маны, чтобы они могли передвигаться самостоятельно в течение целого года. Вероятно, это был процесс, проделываемый в течение значительного промежутка времени, но все же объем, должно быть, был просто ошеломляющий.
Соланж грустно улыбнулась и опустила глаза.
— Этого смогли добиться только потому, что три библиотекаря поставили себя на грань смерти, наполнив их маной, прежде чем покинуть свои посты.
— На грани смерти..? — эхом повторила я, мои глаза расширились от того, как зловеще, не соответствующе для обстановки, в которой мы находились, это прозвучало.
Анастасий тяжело вздохнул.
— Библиотекари были связаны с аристократами, которые поддерживали первого и четвертого принцев. Вот почему они не могут вернуться.
Только тогда я поняла, что три библиотекаря, которые доверили Шварца и Вайса Соланж, чуть не убившие себя, чтобы наполнить Шварца и Вайса маной, навсегда прощаясь с библиотекой, не просто перевелись работать куда-то еще, а поднялись по самой высокой лестнице. Я с силой сжала губы.
Соланж кивнула:
— В ближайшее время мы вряд ли получим новых библиотекарей, так что нам остается полагаться на вашу добрую волю, чтобы Шварц и Вайс продолжали быть столь же подвижными как в данный момент, леди Розмайн.
— Но… Шварц и Вайс фамильные ценности королевской семьи. Разве это не достаточная причина, чтобы заручиться помощью? — спросила я. — Кроме своей высокой материальной стоимости, они, должно быть, весьма культурно значимы.
Анастасий вздернул подбородок, слегка склонив голову набок.
— После гражданской войны было лишено питания маной магических инструментов больше, чем я могу сосчитать.
Библиотека Королевской академии не единственное место, пострадавшее в результате этого, и есть более важные инструменты, которые имеют более высокий приоритет.
По моим грубым прикидкам, количество магических инструментов, которые перестали работать, было примерно равно тому, сколько дворян было казнено. Гражданская война произошла давным-давно, и шла далеко от Эренфеста, и все же я самолично ощущала её последствия.
— Я сомневаюсь, что у нас есть ресурсы, чтобы прислать людей, способных обеспечить работу магических инструментов библиотеки. Если ты хочешь, чтобы они продолжали работать, то тебе нужно будет продолжать наполнять их маной по доброте душевной и ничего не требуя в замен, — со вздохом объяснил Анастасий. — Все было бы гораздо проще, если бы ты не была кандидатом в эрцгерцоги.
Если бы я не была кандидатом в эрцгерцоги, то на третьем курсе стала бы чиновником-учеником, а затем перешла бы работать в Суверению в качестве ученика библиотекаря, полностью решив этот вопрос. Но все кандидаты в эрцгерцоги играли решающую роль в своих собственных герцогствах, поэтому, за исключением брака с членом королевской семьи, они никогда не становились дворянами Суверении. Это было правило, принятое давным-давно, чтобы предотвратить перетекание самых многообещающих кандидатов в Суверению.