Мороженое со вкусом чили (СИ)
— Тише, девочки. Успокойтесь.
Вновь повисла тишина. Мы подъезжали к дому.
— Я не верю в то, что Игорь мог совершить преступление. Извини, Вик.
Я вышла из машины, хлопнув дверью и последовала к подъезду. Почему она сомневается в нем? Почему они все думают, что Фролов причастен? Почему мое сердце подсказывает, что это не так и, как мне доказать обратное?
***
Нас опрашивали несколько часов.
— Когда все закончится? — устало потерла виски. Головная боль пульсировала и не отпускала.
— Надеюсь, что скоро, — взвыла Вика, упав головой на стол. — У меня сейчас голова разорвется.
— Значит так, — в кабинет вошёл дядя Макса и бросил бумаги на стол. Потянул галстук вниз, а рукава закатал к локтям. — Дело пошло другим оборотом. Полицейские обыскали квартиру Фролова. Они расспрашивали соседей насчет его жизни и тому подобное. Чисто формальности. :Ч:и:т:а:й: :н:а: :К:н:и:г:о:е:д:.:н:е:т:
Сердце неприятно заныло. Мила. Маленькая девочка напугана тем, что ее брат находится под стражей. Черт. Я посмотрела на Громова, и он кивнул, показав мне пальцем, что все понял.
— И?
— В квартире помимо пьяного отчима, нашли ноутбук Покровской и письма с угрозами. На всем присутствуют его отпечатки пальцев и кровь. После этого, другой патруль предоставил другие улики. При обыске квартиры Виктории, нашли следы ботинок Игоря, несколько отпечатков и брелок от ключей.
— Нет! — прижала ладонь к губам.
Как мы могли забыть об уликах. Как мы могли «подставить» его, не забрав обратно вещи.
— Вы что-то об этом знаете? — он прищурил глаза и откинулся на спинку стула.
— Мы были там, — вздохнул Макс, сев напротив и сцепил руки в замок. — В квартире после того, как Вику забрали в больницу. Хотели узнать в чем дело. Она не выходила на связь три дня, а потом увидев побои, поняли, что дело здесь нечистое.
— То есть вы пришли на место преступления? — нахмурился.
— Да. Мы забрали ноутбук и разорванные листы в мусорке. Склеили их, но так и не поняли их посыл. Игорь забрал все с собой. Хотел посмотреть скрытые папки.
— Охренеть! Мало того, что вы без спроса ворвались в мою квартиру, так ещё и отдали ему мои вещи?! — зашипела Покровская, встав со своего места и злобно взглянула на нас. — Вы в своем уме?!
— У тебя ноутбук был чист. Ни писем, ни фотографий. Будто его почистили после того, как тебя избили, — взъерошил волосы.
— Было ли ещё что-нибудь странное?
— Я нашла разбитые очки, — пожала плечами. — Мы не стали говорить об этом детективам при первом допросе, потому что иначе подозрения попали бы на всех. Мы просто хотели помочь…
— Замечательно, — Вика опять села на стул и запустила пальцы в волосы. — У меня от вас крыша едет уже.
— Вы нарушили три статьи. Вы это понимаете? — посмотрел исподлобья. — Проникновение, лжесвидетельство, и сокрытие улик. Вам придется рассказать об этом, но только тогда, когда мы выясним что же всё-таки произошло. Мне нужно допросить Калинину.
— Стойте! — подпрыгнула и хлопнула в ладоши. — Камера! В квартире была камера! Мы не нашли провод от нее, но она осталась в квартире Макса. Я уверена в этом.
— Провод у нас дома, я когда собирала вещи, удивилась, что не нашла камеру. Купила ее для записей видео и тогда репетировала танец перед концертом, — неожиданно выпалила Вика.
— Хорошо. Поезжайте тогда к Максу домой. Я подъеду после обеда. Никому не слова о том, что вы рассказали. Сначала надо посмотреть видео, — он собрал документы в руки.
— Нас посадят? — прошептала, смотря на свои пальцы.
— Думаю, мы придумаем что-нибудь.
Потом он вышел из кабинета, оставив нас в одиночестве.
— Нам кранты, — горько усмехнулась.
— Нет. Сначала я вас убью, — заворчала Покровская. — Как вы вообще до этого додумались?!
— Прости, мы тогда думали, что это лучшее решение.
Обыскивая квартиру Макса, воспоминания долбились в голову громкими стуками. Я не была здесь с того самого момента. Тут стояла Кира и ее подруга Алена, рассказавшая всю правду. Атмосфера поменялась. Нет привычных серых оттенков, как и мебели. На кухне присутствовало пару кружек. Несколько коробок стояли в прихожей. Там мы и искали камеру, вскрывая все, что есть перед нами.
— Почему твоя квартира пустая? — перерывая стопку с документами, подняла на него взгляд.
— Я ее продаю.
Громов рассматривал коробку с зарядными устройствами. Вика откладывала в сторону просмотренные и ныряла в новые.
— Почему? — открыла следующую. Отодвинув края картона, заглянула внутрь.
— Не хочу жить здесь без тебя, — печально улыбнулся уголком губ.
Я чуть не разревелась, как сентиментальная блондинка при просмотре мелодрамы. Покровская устало вздохнула и посмотрела на устроенный нами бардак.
— Ребят, — позвала их. — Я нашла! Нашла ее! — достала маленькую черную штуковину.
— Наконец-то!
Мы облегченно выдохнули. Доказательства его невиновности здесь и все наконец-то закончится. Макс попросил у Вики зарядку и побежал подключать ее. Рингтон мобильника оглушил из-за акустики.
— Да?
— Думаешь дядя? — взволнованно потирая колени, Вика встала с пола и перепрыгнула через коробку.
— Очень надеюсь.
— Хорошо. Я закажу еду. Что он сделал? Вот, старый козел, — прошипел в трубку и показал нам, чтобы мы следовали на кухню. — Я понял. Нет, не волнуйся. Увидимся через сорок минут.
Громов убрал сотовый в карман джинс. Он последовал за нами и взяв сигареты, ушел на балкон. Я прошла за ним, пока Вика ставила чайник на плиту. Она обрадовалась, что остался чай и сахар.
— Что случилось? — кашлянула в кулак от сигаретного дыма, но осталась стоять рядом.
— Отец решил поиграть в Бога. Заблокировал мои карты. Правда, он не догадывается, что у меня давно свой счет, — хмыкнул, скидывая пепел через окно.
— Родители думают, что, отняв доступ к деньгам — дети изменятся. Это не так, — пожала плечами. — К сожалению, они унизят больше себя, чем ребенка.
— Деньги правят миром, но нет невозможного, чтобы их заработать. Дядя попросил заказать еды. Он везёт какие-то бумаги с собой. Видимо, не хочет говорит в участке, — скинул с балкона окурок двумя пальцами.
— Хорошо. Как ты думаешь, Фролов виноват? — опустила голову, ковыряясь в ногтях.
— Нет. И буду верить в это до последнего.
Балконная дверь резко открылась. Футболка, в которой была Покровская намокла.
— Я говорила, что ненавижу твой кран? Так вот, я НЕНАВИЖУ твой кран, Громов! — она трясла мокрыми руками по сторонам.
Мы рассмеялись. Впервые за долгое время весело и непринужденно. Солнце уходило в закат, освещая кухню переливами. И мне хотелось, чтобы наша жизнь вернулась в свое русло обратно.
Глава 24
Андрей Олегович, так представил нас Макс, когда дядя приехал и расположился на кухне, достав бумаги на стол. Камера лежала перед ним. Никто из нас не догадался взять ноутбук, но он вышел из положения и привез рабочий вместе с проводом. На экране висела полоска загрузки файла. Я и Вика сели по бокам от него, а Громов встал позади.
— Вы поговорили с Игорем? — внезапно нарушила тишину, неотрывно смотря на рабочий стол ноутбука.
— Да. Но для начала мне нужно переговорить с истцом уголовного дела.
— Ох…Хорошо…
Из встроенных колонок пиликнуло. Файл загрузился и вместо полоски, появилось видео. Он провел пальцем по тач-дисплею и нажал кнопку пару раз. Мы все наклонились чуть вперёд, когда оно началось. На кадрах видно, что Вика настраивает камеру и ставит на полку. Отошла на пару шагов назад и взмахнула руками. Губы шевелились, но звука не было.
— Видимо, я не настроила звук на ней, — прошептала она, всматриваясь в детали записи.
— Ничего страшного. Самое главное, чтобы она успела заснять нападавшего, — нахмурив брови, Андрей Олегович внимательно рассматривал комнату.
Сама запись длилась минут двадцать. Первые десять минут ничего особенного не происходило. Покровская изучала движения танцев на ноутбуке и пробовала их повторить. Крутилась, приседала, двигала руками и ногами. Через минуту, она выключила видео-урок и вышла из комнаты, а возвращаясь, с кем-то ругалась. Возбужденное, злое и нервное состояние передавалось через экран. Следом за ней зашёл человек в толстовке и капюшоном на голове, закрывая черты. Руки спрятаны.