Топоры гномов (СИ)

— Бруми, нужен доспех, срочно, — коротко произнес я, вперив взгляд в гнома.
— И что мне его, родить что ли? — раздраженно спросил мастер.
— Да хоть бы и так! — с не меньшей злостью ответил я. — Хоть рожай, хоть из воздуха доставай, но дай мне броню! 
— Хочешь броню? Любую? Так вот тебе, забирай и иди с ней хоть в глотку мира, только отстань от меня! — с этими словами Бруми впихнул мне тяжелый сверток, явно намереваясь выставить за дверь.
Да что с кузнецом такое случилось? Он, конечно и раньше был не подарок, но сейчас? Что произошло? Этот вопрос я и задал, получив полный злости ответ:
— Обокрали меня, вот что! Кинжал сперли! А хороший был кинжал, лучший из тех, что находились в кузне! И какая тварь только постаралась?
Были у меня предположения, кто это сделал. Ведь одна особа сама призналась, что «выпросила» кинжал у кузнеца. А если вспомнить, что я его в кузне в тот час не застал, события могли происходить и немного иначе… Ну, что ж, с некой хитрой лисой я еще поговорю, а вот гнома следует задобрить, пока он на посетителей не стал кидаться.
— Бруми, вот деньги за кинжал, — сказал я, выдав мешочек с двумя сотнями золотых, — его взяли по моему распоряжению.
— Это что же, ты приказал меня обокрасть? — недоверчиво спросил кузнец, не спеша прикасаться к деньгам.
— Я распорядился попросить у тебя оружие для битвы, однако случаются порой слишком исполнительные подчиненные, которые не могут правильно понять приказы. Должно быть тебя в кузне не оказалось, вот она и взяла оружие на время боя.
— Вот оно как, — уже не столь сердито проговорил гном, — хоть пригодился он?
— Еще как, им двух костяных духов убили всего за несколько секунд.
Оттаявший гном забрал деньги, ну а я поспешил выйти из кузни. Мне еще предстоял разговор с одной хитрой лисицей, а также стоило рассмотреть доспех. О нем я вспомнил только на улице и, развернув ткань, замер в изумлении. Дело в том, что броня оказалась…, оригинальной. Не знаю, откуда подобное появилось у Бруми, скорее всего это был один из орочьих трофеев, однако на гноме такой доспех должен был смотреться незабываемо, особенно учитывая то, с кем нам предстояло воевать. Что мне вручили? Более всего это походило на мешок костей, но если присмотреться внимательней, то становилось видно, что кости эти соединены образуя элементы брони. Название у данного шедевра некромантии было «Доспех серого стража», и, словно в насмешку, оно обладало довольно внушительными характеристиками. Помимо значительной защиты от магии тьмы и смерти, броня, состоявшая из панциря, наручей, поножей и шлема, давала в совокупности двадцать очков характеристик. Создавалось такое впечатление, что Бруми точно знал, к какому искушению он меня подталкивает и в настоящий момент наслаждался результатом, сидя за дверью кузни. Наслаждался с полным правом, ведь я собирался надеть эти доспехи. В конце концов, слишком уж хороши были характеристики и защитные свойства. Хотя шлем созданный из черепа немного удручал.
Зато когда я явился в полном облачении «серого стража», протрезвели абсолютно все, некоторые и вовсе с перепугу схватились за оружие. 
— Тельдрен, в этом сражении командование будет на тебе, — показательно не замечая реакции подчиненных, обратился я к своему генералу.
— Как прикажите, тан, — произнес эльф, — а можно ли мне узнать, где в это время будете вы?
Хороший вопрос и как же не хочется на него отвечать! В основном потому, что придуманный план не нравится и мне самому. Однако он единственный, способный принести победу без больших потерь. А они будут, если не устранить магов. Ведь, по сути, мне нечего противопоставить восьми некромантам и одному личу. Моих собственных рунных магов нет, и появятся они не скоро — на постройку Дома Истины недостает кристаллов. А лучники с арбалетчиками не смогут быстро расправиться с мастерами смерти, закрытыми ордой скелетов и зомби. А потому ответ один:
— Я зайду в тыл к нежити и перебью столько некромантов, сколько смогу.
Тельдрен вздохнул, глубоко и печально вздохнул. Кажется, моя тяга к суициду его удручала.
 
— Кто пойдет с собой? Надеюсь, ты не планируешь атаковать в одиночку?
Надежды, надежды, как они тщетны…
— Конечно нет! Со мной будет трое духов камня.
Эльф посмотрел столь укоризненно, что на секунду мне даже стало стыдно, но это неестественное состояние быстро прошло, а на смену ему пришел боевой азарт. Все же я любил безумные предприятия, особенно, когда за ними стояла большая награда. И потому продолжил уже уверенно и твердо:
— Мне некого с собой взять. Гномы не смогут подобраться к нежити незаметно, твоим эльфам нечего делать в ближнем бою. 
— И ты готов умереть? 
— Если удастся разменять свою жизнь на жизнь лича — да, — ответил почти весело, но затем резко стал серьезным. — Тельдрен, я не спрашиваю твоего совета, я сообщаю о своем решении. Прими его к сведенью. Мне потребуется, чтобы нежить оттянула на вас большую часть сил, дайте им достойный отпор. Иначе у меня не окажется шансов прорваться к их командованию.
Недовольство не исчезло из глаз Тельдрена, однако он ответил коротким кивком, подтверждая услышанное. Ну и хорошо. Я сам не был до конца уверен в верности плана, более того, он был придуман мной всего несколько мину назад, в тот самый момент, когда я взял в руки доспех с прекрасной защитой от магии. Броня давала совершенно ничтожную надежду выжить, но иных идей в голову не приходило. Хотя когда я придумывал что-то не требующее рисковать своей шкурой?
После разговора со следопытом, я попытался провести воспитательную беседу с лисой, но, увы, здесь потерпел сокрушительное поражение. Верткая чертовка, потупив глазки, клятвенно заверяла, что непременно бы вернула кинжал, что у нее и в мыслях не было иного. И невозможно было понять, говорила она правду или нет. Пришлось поверить, но в ответ я мстительно включил стоимость оружия в плату за найм кицунэ в ряды своей армии. Притом, что за нож гному пришлось переплатить. Во мне теплилась слабая надежда, что случившееся послужит Кацуми уроком. 
Оставшееся до прихода нежити время, я провел в разговорах с соратниками и, пожалуй, друзьями. С Эльсиэль, рвавшейся в бой, с Кацуми, сверкавшей хитрыми очами, с простыми, но надежными Бардиным и Громи, с хмурым Тельдреном. С теми, кто стал мне неожиданно дорог. И этого оказалось достаточно, чтобы отринуть любые сомнения. Да и что греха таить, мне хотелось попробовать, хотелось ворваться в строй, раскидывая врагов. Было в этом что-то дикое, притягательное, пьянящее, но об этом я предпочитал молчать и без того Тельдрен смотрел на меня настороженно.
  
Глава 17. День седьмой. За несколько минут до полуночи
 
Отступление. Тельдрен. 
Армия медленно выстраивалась на окраине Сторма, занимая позиции напротив северного тракта. Впереди и по центру становились кхазад, возглавляемые Громи, по флангам от них располагались каз. Всего две шеренги, тридцать три воина, защищавшие стрелков. Тех было и того меньше — пятнадцать, девять арбалетчиков и шестеро лучников, включая самого Тельдрена. Еще дальше от них, на небольшом возвышении, поместили Айлин и Эльсиэль, в защиту которым приставили двух пехотинцев. Там же было воткнуто в землю знамя владений тана Далина — молот объятый пламенем на черном фоне. Вот, собственно и все войско, что удалось выставить. Можно было, конечно, привлечь к битве жителей деревни, но тан подобное настрого запретил. Тельдрен был согласен с этим решением. Плохо обученные деревенские жители, привыкшие бить руду, а не врага, могли оказаться скорее помехой, чем подспорьем, а потому лучше было им укрыться в Цитадели, вооружившись на случай прорыва неприятеля. К сожалению один из гномов не последовал за остальными и сейчас старательно докучал эльфу.
— Нужно, нужно использовать! — приговаривал Килин. — Я должен продемонстрировать свое искусство тану! Должен внести свой вклад в победу! И вы сами увидите сколь величественны и прекрасны взрывы, озаренные отблеском огня!