Королева френдзоны (СИ)
– Он вчера того дядьку с заброшки домой привел, – сообщила Ульяна обиженно. – И ночевать оставил.
– А потом? – ахнула Диана.
– Утром увел его куда-то. Я не знаю, дома он сейчас или нет.
– Какой у вас, Ульяна, отчаянный и благородный папа, – удивилась Тинина мама. Диана уже успела ей рассказать про вчерашние приключения на экскурсии.
– Да уж... отчаянный, – Ульяна натянуто улыбнулась и перевела разговор на другое: – Ой, а это что у вас за цветочки такие растут?
Людмила Петровна начала объяснять. Они увлеклись беседой, а Глеб тихо пояснил Тине на ухо:
– Федя бомжа в ванной вымыл. Ульяне пришлось идти в фитнес-центр, чтобы принять душ. А ночью она ужасно боялась, что он их прирежет и ограбит во сне. Поэтому она заперлась в своей комнате до утра.
– Ай да Федя! – восхитилась подслушивающая Диана. – Все делает добросовестно. Раз уж взялся помогать, то не только деньгами или пузырем.
– Забота об обездоленных это благородно, конечно, но он мог хотя бы дочь спросить, приятно ли ей будет ночевать в квартире с незнакомым мужиком, – усмехнулся Глеб и посмотрел на Тину. – Все-таки бомж – это не котенок.
– Ну да, у котенка больше шансов найти человека, который будет о нем заботиться, – сказала Тина и взялась убирать со стола.
32
Глеб предложил отвезти подруг в город, но Тина отказалась наотрез. Глеб не стал настаивать. Он усадил Ульяну в машину и увез, а Тина с Дианой отправились на вокзал.
Тина любила возвращаться домой на электричке. Каждый раз это было маленьким приключением. Неважно, что ехать меньше часа. Важно почувствовать себя путешественником. Когда едешь в тесном салоне автомобиля, ты как будто не выходишь из дома. Везешь свою зону комфорта с собой. А вот в поезде или в самолете – другое дело. Тут полно неучтенных факторов и новизны.
Ей нравился запах железной дороги, стук колес и покачивание вагона, и нравилось наблюдать за пассажирами. Порой на станциях заходили любопытные личности, и они везли с собой разные интересные вещи.
Например, в этот раз на сиденье напротив сел толстый дядька с картонной коробкой, полной цыплят. Цыплята пищали и шебуршались, в круглых дырочках мелькали комки желтого пуха. Дети и бабушки умилялись, а Фира, почуяв добычу, вопросительно мяукнула из сумки.
Кошка дорогу переносила хорошо. Не капризничала, наружу не рвалась. Она как будто поняла, что возвращается в городскую квартиру, которую уже успела исследовать и узнать. Фира была сыта по горло бродячей жизнью под открытым небом. Ей хотелось стабильности и рутины.
Тина уставилась в окно, прислонившись лбом к прохладному стеклу. Рядом бормотала Диана. Сведя брови, она всматривалась в экран телефона и вслух комментировала информацию, которую ей выдавал интернет на запрос «Как сломать кран в ванной».
– Так… расковырять прокладку? Знать бы только, где эта прокладка находится… наверное, чтобы расковырять прокладку, придется разобрать кран… Слишком сложно. Не пойдет.
Диана сердито чиркнула пальцем по экрану.
– Еще вариант: сорвать резьбу на вентиле. Но для этого требуется сила. И если сорву вентиль, вода же будет хлестать, так? Значит, нужно будет перекрыть воду… Вот задачка! Тина, есть идеи, как сломать кран, чтобы заманить на него Федора?
– Идей нет, есть совет: перестань маяться дурью. Иначе все кончится потопом в квартире и войной с соседями.
– Твоя правда. Ладно, придумаю что-нибудь другое, побезопаснее…
На вокзале Тина поскорее нырнула в такси, потому что больше не желала выслушивать безумные планы подруги. Диана прокричала ей вслед:
– Пока-пока! Позвоню сегодня с отчетом! Расскажу, как удалось завоевать Федора!
– Мне это неинтересно, – пробормотала Тина, но ее уже не услышали.
***
Тина поднялась на четвертый этаж, открыла дверь и вошла в квартиру. Глубоко вдохнула аромат апельсинов и лаванды – она любила, когда в доме пахнет хорошо, и не жалела денег на дорогие ароматизаторы.
Но теперь этот запах неожиданно показался ей чужим, а квартира – неуютной, как казенный дом.
День оставил чувство досады и недовольства собой.
На улице горел веселенький желтый закат. Через открытое окно доносился шум машин, крики детей и музыка из кафе. Где-то смеялись счастливым смехом. В городе влюблялись, веселились, ходили на свидание, дегустировали вино, танцевали твист, жили на полную катушку. А в Тининой квартире витала атмосфера одиночества и уныния.
– Вдвоем мы с тобой остались, Фирка, – громко сказала Тина, вытряхивая кошку из сумки. – Ничего, как-нибудь! Справимся. Будем жить весело и спокойно. Все нам обзавидуются.
Кошка вывалилась, прижала уши и на полусогнутых ногах обежала комнату по кругу. Ринулась к упавшей на пол газете и села, вытянув палкой хвост.
Морда у кошки была блаженной и сосредоточенной, как у человека, который наконец-то отыскал смысл жизни и больше ни к чему не стремится.
– Э, нет! – закричала Тина. – Не сюда! Я же тебе лоток у туалета поставила!
Она схватила кошку и успела вовремя перенести ее на нужное место.
После того как Тина помогла кошке удовлетворить разные важные кошачьи потребности, она занялась собой. Разобрала сумки, приняла душ, оделась в домашнее.
И поняла, что занять этот вечер ей абсолютно нечем.
Посмотреть сериал? Надоело переживать чужие страсти. Почитать книгу? Скучно! Приготовить шикарный ужин? Для себя одной неинтересно. Поиграть на компьютере?
В голову лезли назойливые мысли о том, чем сейчас занимаются некоторые ее знакомые.
Нет, она думала вовсе не о Глебе. Она думала о том, что удалась ли Диане ее затея.
Наверняка она уже раскурочила кран, оделась в короткое платье с глубоким вырезом и ждет Федора.
А может, он уже у нее? Примчался по первому зову. Ловко орудует инструментами, а Диана напропалую ему льстит и смотрит на его руки восхищенным взглядом.
У него красивые мужские руки, с широкими запястьями. И грубой кожей на ладонях. Эти руки умеют все-все на свете. Тина их хорошо рассмотрела, когда Федор делал заметки в своей таинственной синей книжке. Почерк у него четкий, он держит ручку крепко, так, что слегка белеют кончики пальцев, и кладет размашистые, уверенные строчки. При этом щурится и слегка шевелит губами.
Тина покачала головой, удивляясь. Впервые ее взволновал вид мужчины, который занимается совершенно обыденным делом – пишет в тетради!
Упустила ты свое счастье, Тина-сардина, жестоко сказал внутренний голос. Надо было быстрее определяться со своими желаниями. Подавать правильные сигналы. А не изображать холодную стерву. Притворство не приносит пользы. А ты раздумывала, колебалась, не могла понять, чего тебе хочется! Не могла решиться! Вот и коротай теперь с кошкой длинные вечера.
Чтобы не грызть себя, Тина взялась за уборку. Это занятие всегда помогало вернуть ей душевное равновесие.
Она переделала кучу дел: вытерла пыль, пропылесосила полы, полила цветы. Но покой не приходил. Тогда Тина открыла шкаф и вытащила старые альбомы с фотографиями.
С каждой страницы и почти с каждой фотокарточки на нее смотрел Глеб: веселый, озорной, серьезный. Он корчил гримасы, подставлял ей «рожки», дружески обнимал ее за плечи. Тина как будто вернулась в детство и юность, когда все казалось простым и понятным. Она улыбалась, вспоминая, когда и при каких обстоятельствах было сделано каждое фото.
Вот они с Глебом сидят на скамейке с мороженым в руках, ужасно счастливые, потому что прогуливают занятие в университете.
А это они на катке в девятом классе. Глеб тогда упал и набил шишку на лбу. Тина беспокоилась, а Глеб хохотал.
...Интересно, а каким Федор был мальчишкой? Тина подняла глаза к окну и задумалась. Она не успела расспросить его о прошлом и его детстве. Только снисходительно выслушивала то, что он сам изволил ей рассказать.
Он был двоечником или отличником? Наверняка двоечником и хулиганом. Отличники не делают своего первого ребенка на выпускном. Хотя всякое бывает…