Отдана чудовищу (СИ)

— Хорошо. Идём.
Я отпустила машину с водителем. Мы посидели в уютном кафе. Богдан задался целью накормить меня до отвала. Поразительное преображение от строгого босса, до улыбчивого харизматичного парня. Мне легко с ним общаться. Мы говорили о всякой ерунда, и я не заметила как пролетело время. Лишь когда зазвонил телефон, поняла, что мы общаемся уже больше двух часов.
— Да, Глеб, — продолжая смеяться шутке Богдана, отвечаю на звонок.
— Леся? Какого черта? Мне позвонил из дома водитель. Сказал, что ты куда-то уехала.
— Да.
— И куда? — в голосе Глеба слышна едва контролируемая ярость.
— Я после собеседования о приеме на работу, зашла в кафе, вместе со своим боссом.
— Что?! Какая к чертям собачьим работа? Какое кафе? — называю адрес. — Буду через пять минут, — сбрасывает вызов.
— Ревнивый парень? — с оцепенением смотрю на потухший телефон. Я думала, что после прошедшей ночи, между нами все изменилось. Рассчитывала на элементарную нежность. А тут такое!
— Муж. И нет. Он меня не ревнует, — с чего бы вдруг? Для ревности нужна любовь. А откуда ей взяться? По крайней мере, с его стороны. — Я пойду. Он сейчас подъедет.
— Я подожду вместе с тобой.
— А как же работа?
— У меня переговоры через двадцать минут по видео конференции. Так что я не спешу.
Мы выходим на улицу. Я нервничаю, не знаю как вести себя с непредсказуемым мужем. Руки дрожат. Сумка падает на асфальт. Мы с Богданом одновременно нагибаемся и стукаемся лбами.
— Ой прости, — смеемся одновременно. Он помогает мне собрать документы и косметику. За спиной громко хлопает дверь и выходит Глеб. Такой красивый, в строгом костюме. Дух захватывает так, что я на секунду выпадаю из реальности.
— Глеб? Я Богдан, новый босс вашей…
— Жены, — подсказываю я, Глеб переводит взгляд на меня, приподняв бровь. Я разве не сказала, что замужем? Богдан протягивает мужу руку, но тот смеряет его презрительным взглядом, игнорирует предложенное рукопожатие, хватает меня за локоть, тащит к машине.
— Пока, Богдан. Увидимся завтра, — обескураженно машу я свободной рукой.
— Что это было? — говорю Глебу, как только мы отъезжаем. — Как ты себя ведёшь? — негодуя спрашиваю мужа. — Даже поздороваться не захотел.
— Прости, что?! — он отвлекается от дороги и смотрит на меня. — Как Я себя веду?! Это ж ты строила глазки этому плейбою! Кокетничала. Позволь напомнить тебе. Ты. Моя. Жена! И о какой, дьявол тебя побери, работе ты говорила?! Что значит увидимся?
— Это мой босс. Я завтра выхожу на работу.
— И кем, позволь спросить? Дай угадаю. Уборщицей? Или сразу секретаршей с обязанностью делать минет под столом?
— Что ты такое говоришь?
— А то! Что если бы я не приехал, он бы разложил тебя прямо на капоте и отымел.
— Фу, какая гадость, Глеб! И что за ассоциации с секретаршами и их обязанностями? Судишь по собственному опыту?
— Я просто видел как вы глазели друг на друга. Ещё раз я увижу тебя в компании этого мачо — дома запру.
— Я не смогу это сделать. У нас завтрашнего дня назначено четыре встречи. И я нужна ему как переводчик.
— Черта лысого! Ты остаешься дома! — я просто закипала от негодования. Я думала, Глеб будет рад, что я нашла работу, что не буду сидеть дома клушей. А тут такое неприятное открытие. Глеб тиран.
 Глава 8. Глеб 
 
День выдался суматошным. Слишком долго отдыхал, накопилось много вопросов, требующих моего внимания. Устал как сволочь, мечтал целый день, что приду домой, а там меня встречает Леся, домашняя, уютная, соскучившаяся. Размечтался идиот!
Моей жене приспичило работать. И на кого? Богдана! Его смазливую рожу я хорошо запомнил. Тёрки между нашими отцами. Улыбалась, ему, кокетничала. Какого хрена, спрашивается?
— Я выйду на работу, Глеб. Думаешь легко мне устроиться? Не имея нормального образования? Я не упущу такой шанс, лишь потому, что ты решил указывать мне что делать.
Никогда раньше не думал, что буду сходить с ума по женщине. По Олесе! По жене, которую ещё недавно на дух не переносил, считая ее неприметной, скучной посредственностью. А теперь разглядел, и не только я, мои друзья и этот Богдан.
 
Сжимаю руль, хотя больше всего на свете хочется эту тонкую шейку.
Заходим в комнату, снимаю галстук и рубашку, кладу часы на тумбочку. Нужно спокойно поговорить, но сейчас я не в настроении. Нужен холодный душ и такая же голова. Олеся старается не смотреть на меня. В этом деловом костюме, выглядит очень эффектно. Шикарная девушка. Бесит. Я стою перед ней голым по пояс, обычно, ловлю на себе её голодный взгляд, но сейчас она обижена. И меня это задевает.
Включаю прохладную воду, она течет по спине. Вспоминаю как она улыбалась ему, так, что в груди щемит, ударяю по кафелю, прислоняюсь лбом, в надежде стереть эту картинку из подсознания. Я превращаюсь в ревнивого идиота. Теряю контроль.
Слышу её осторожные шаги за спиной, как открывается стеклянная дверь и она прижимается ко мне голенькая, нежно целует между лопаток.
— Глеб, не злись на меня, пожалуйста, — руки гладят меня по животу. И опять эта неконтролируемая похоть, что просыпается во мне, когда она рядом.
Маленькие белые пальчики, что так контрастируют с моей смуглой кожей, гладят меня, в спину упираются твердые соски, а поцелуи всё нежнее. Удивительно, как она легко укрощает моего внутреннего зверя, который ещё недавно рвал и метал.
— Я так хочу, чтобы ты опять стал таким как вчера. Нежным, страстным. Чтобы ты снова и снова брал меня, — а я то как хочу! Весь день об этом думал.
— Но это же по-детски не разрешать мне реализовываться как личности. Я не давала повода сомневаться в моей верности.
Я молчу, пытаюсь вернуть себе хладнокровие.
— Глеб, — она разворачивает меня к себе лицом. Целует в кончики губ, ниже, опускается на колени, смело обхватывая колом стоящий член. Покрывает головку такими же нежными поцелуями, осторожно облизывает.
— Что ты делаешь, Олеся? Думаешь… — отсосешь и я успокоюсь? Застревает в горле, когда она облизывает член, как чертов леденец, как самое вкусное лакомство, смотрит этими чистыми ангельскими глазками снизу вверх. — Я пойду завтра на работу? — рука движется по стволу обжигает. Как же я хочу оказаться внутри.
— Это шантаж? — она коварно улыбается и снова проходится язычком. Дразнит, манит. Желание накрывает меня, сметающим на своем пути цунами. Я тяжело дышу. Дьяволу готов душу продать, чтобы она продолжила.
— Леся, твою мать! Возьми его!
— Так что там с работой? — перекатывает в руках яйца второй рукой. Я сцепляю зубы вместе. Кто этот монстр, что я создал? Она всасывает головку и снова смотрит на меня.
— Хорошо, — цежу сквозь зубы. — Ты пойдешь на работу, — член погружается глубже, почти до горла. — Ох черт! Да, моя девочка, глубже, — наматываю белые волосы на кулак, показываю как мне нужно. Из глаз летят искры, а ноги подкашиваются. Это невыносимо хорошо. Её нежный девственный ротик — мой личный рай. — Как же хорошо, сука, — ударяю по стеклянной двери.
Вода льется по нашим телам. Леся открывает рот, чтобы отдышаться, он наполняется водой, но она не выплевывает. Мой член погружается в ее рот, полный воды. Она перекатывает воду из стороны в сторону. Я уже на грани, ещё пару движений и я кончу в сладкий ротик.
Но это слишком для первого раза. Поднимаю её на ноги, обхватываю за зад, сжимаю его и целую в губы, играю с сосками. Она стонет, дрожит в моих руках. Малышка завелась делая мне минет.
— Обними меня за плечи, — выполняет, поднимаю её и направляю член внутрь.
 
— Ах, Глеб! — стонет она, её бьёт мелкая дрожь.
— Я сам отвожу и встречаю тебя с работы, — каждое слово сопровождаю толчком. Её взгляд затуманен, рассеян. Она только и может, что стонать в ответ. — Леся!
— Да. Хорошо.
— Ты. Не строишь. Ему. Глазки. — вбиваюсь с каждым движением сильнее, быстрее. Она сжимает меня. Так невозможно сладко. Она уже на грани.