Ветер перемен (СИ)
Оберин понимал, что Доран не одобрил бы подобной спешки. Старший брат бы заметил, что он торопится открывать карты. Но ему на это плевать. Доран далеко на юге, в Водных Садах, сидит на кресле с колесиками, а он здесь, в самом опасном месте Вестероса. Поэтому он сам будет решать, что и когда надо говорить и делать.
— Сир Клиган на войне в Речных Землях.
— Так вызовите его.
— Это непросто. Он хорошо выполняет свои обязанности, а заменить его некем.
— Это все, что вы хотели мне сказать? — угрожающе спросил Оберин.
— Нет, принц Дорна. Я даже еще не начинал говорить.
— Так начните.
— Я пришел пригласить вас в Малый Совет короля Джоффри Баратеона.
— Меня? — Оберин опешил. Он ожидал чего угодно, но не подобного. Сказать, что собеседник озадачил его, значит, ничего не сказать. — И в каком качестве?
— В настоящий момент все должности заняты, и вы будете советником с правом голоса. Вы сможете видеть и слышать все, чем живет и дышит Королевство.
— Неожиданное предложение, — протянул Оберин в то время, как его мозг лихорадочно оценивал плюсы и минусы подобного предложения. И еще он пытался найти здесь ловушку.
— Подумайте об этом, принц, — Тайвин кивнул, собираясь уходить.
— И мы вернемся к вопросу о Горе, — твердо сказал Оберин.
— Да, вернемся, — кивнул Тайвин. — Если вы примете моё приглашение, то сделайте милость, все же переселитесь в Красный замок. Покои для вас и ваших людей уже готовы. Жить в борделе не очень престижно для человека, заседающего в Малом Совете.
Лорд Тайвин вышел и Красный Змей задумчиво проводил его взглядом. Что ж, никто не говорил, что ему здесь будет легко — не одни Мартеллы играют в свои игры.
Уже к вечеру Оберин вместе со своей свитой перебрался в Красный замок. Покои ему выделили достойные, и он ни в чем себе не отказывал.
Он начал присутствовать на Советах. Там он себя чувствовал, как одинокий боец среди толпы врагов. Все они — Ланнистеры, Тиреллы, Редвин, Пакстер, Пицель, относились к нему настороженно и предвзято.
Один лишь король Джоффри, казалось, искренне рад его присутствию. Впрочем, Оберин достаточно быстро догадался, что щенок оказался не так уж и наивен, и это всего лишь игра, скрывающая истинные эмоции короля. Это было немного странно — по тем сведениям, что ранее они получали с Дораном, выходило, что Джоффри куда проще и понятней.
Оберин прибыл в Королевскую Гавань имея несколько целей. Одна из них состояла в том, чтобы найти влиятельных союзников, которые были бы не в восторге от Ланнистеров и Тиреллов. И он нашел таких людей — тем более он догадывался, где их искать, и как они выглядят.
В один из вечеров лорд Варис организовал их встречу, о которой более не знала ни одна душа.
Это была уже их третья беседа — в первых двух они неспешно приоткрывали карты, говоря недомолвками и двусмысленностями, осторожно узнавая мотивы друг друга, и получая хоть какие-то гарантии.
Но сегодня, на третий раз Оберин решился действовать более решительно.
Паук казался ему идеальным союзником, хотя он и не любил евнухов. Но зато у Дорна всегда были свои люди в Вольных городах, и в том числе, и в Пентосе. Братьям Мартелл удалось узнать немало интересного про лорда Вариса и про те дела, что он проворачивал и хотел провернуть. Угрозы и золото, кнут и пряник, поспособствовали в развязывании немалого количества языков, которые на первый взгляд выглядят абсолютно неприступными.
Они вновь оказались в глухой, без окон комнате где-то в глубине Красного замка.
Паук был очень осторожен — он вел принца Оберина за руку, надев ему на глаза повязку из черной ткани. Принца невольно восхищали способности евнуха организовывать их встречи под носом у многочисленных врагов и их соглядатаев.
Впрочем, Паук не знал всех талантов Красного Змея. И если за первый раз Оберин не выучил дорогу, то сейчас он уже запомнил количество шагов и все повороты и мог бы и самостоятельно найти это место. Сейчас он понимал, что комната находится глубоко под землей, не очень далеко от воды — временами ему слышался еле заметный шум бьющих о камни волн.
В самый первый раз Оберин спросил, безопасно ли здесь разговаривать? Паук заверил его, что надежней места он не знает. Мартелл не боялся ничего на свете и данный вопрос он задал лишь с одной целью — если что-то пойдет не так, у него будет дополнительный аргумент в давлении на Вариса.
— Вина, принц Мартелл? — своим мягким голосом спросил Варис, когда они наконец-то пришли в небольшую комнату без окон, с несколькими стульями и столом.
— Нет, нет, — Оберин был не настолько уверен в Варисе, чтобы пить его вино. К тому же ему настораживало, как евнух легко и плавно двигается — принцу казалось, что ранее он встречал похожих людей, вот только он никак не мог вспомнить, где это было. А еще ему не нравились широкие рукава в одежде евнуха — на востоке умелые люди прятали в них массу смертоносных игрушек.
— Что ж, как пожелаете. — Варис понимающе улыбнулся. — Как я догадываюсь, вы вновь желаете о чем-то поговорить?
— Да, желаю… Признаюсь честно, мне наскучило тянуть время. Недели проходят, а все стоит на месте.
— Терпение — удел мудрых.
— И боязливых.
— Ох, принц Мартелл, если бы я был на вашем месте, и за моей спиной стоял такой сильный дом, то возможно, и я бы действовал более решительно. Но я всего лишь старый евнух, у которого нет друзей. Никто не подаст мне руки, если я оступлюсь.
— Мы же договорились, что в случае чего Дорн протянет вам свою руку.
— Да, милорд, я помню о столь щедром предложении. Но у меня все еще нет готового решения. Что вы предлагаете?
Оберин знал, что Варис по своей привычке будет темнить и лукавить до последнего. Четких гарантий и смелых слов ждать от него не приходилось. Но у Мартеллов были твердые доказательства того, что Варис, совместно с одним из друзей в Пентосе помогал и помогает Дейнерис Бурерожденной. Такими сведениями он мог держать Паука в руках, не опасаясь предательства.
Собираясь с мыслями, Оберин почесал подбородок, и начал излагать свои мысли:
— Мне не нравится, как обстоят дела. Тайвин Ланнистер один способен доставить кучу проблем кому угодно. Но теперь, когда его внук Джоффри неожиданно обнаруживает неприятные способности и начинает во всем помогать деду, это становится совсем плохо.
— Я понимаю вас, принц, — кивнул Варис, неотрывно смотря на собеседника. Его глаза странно блестели в свете чадящих факелов.
— Хорошо. Вот что я думаю — сопляк очаровал Тиреллов и каким-то невероятным образом, всего лишь побеседовав, сумел снизить долг Короны на полтора миллиона драконов.
— Один миллион шестьсот тысяч, — тихо откликнулся мастер над шептунами.
— Я просто округлил, — Оберин нахмурился. — Вы же понимаете, что если все будет продолжаться тем же образом, то война на Трезубце затихнет, Жирный Розан рано или поздно возьмет Штормовой Предел, Станниса выкинут с его сраного Драконьего Камня и Ланнистеры успешно преодолеют кризис. Затем придет черед Железных островов и их долбанного Утонувшего бога. Ситуация стабилизируется и для нас все станет очень сложно.
— Что вы предлагаете, принц Оберин?
— Я предлагаю действовать.
— Слишком рано и слишком опасно.
— Наоборот. Подходящее время уходит, а опасности меньше, чем в будущем. Я давно слышал, что вы осторожный человек, лорд Варис, — Оберин решил, что настало его время. — Неужели вы ждете того момента, как драконы в Миэрине подрастут и ваша девчонка соберет необходимые силы?
Глаза Вариса на миг расширились — вот и все эмоции, что он проявил. Но Оберин был очень наблюдательным человеком, и он это заметил.
В комнате повисло молчание. Принц не стал продолжать свою мысль и угрожать шантажом — для этого он был слишком умен. И он понимал, что Варис прекрасно умеет ловить недосказанное. Так зачем говорить то, что и так понятно?
— У вас есть план? — наконец разлепил губы Варис. Этот вопрос звучал как капитуляция.