Ветер перемен (СИ)

Прикидывая в голове будущий стиль и предпочтения в одежде, я вновь вернулся в холл, подошел к двери, которая вела в коридор, положил руку на резную металлическую ручку, но дверь открывать не стал, а прислонился к ней ухом и прислушался.
Еще в самом начале я слышал уверенный, основательный храп. За дверью кто-то спал. Память Джоффри подсказала, что там на ночь каждый раз остается кто-то из гвардейцев Королевской Гвардии.
Я нажал на дверь, но она ударилась во что-то и не желала открываться. Храп на мгновение стих, а потом возобновился.
Уже не скрываясь, я пару раз ударил дверью по препятствию с другой стороны.
— Кто здесь? - храп прекратился и послышался сонный, «мятый», голос. — Во имя Семерых! — Похоже, тот, кто это говорил, не ожидал или просто не привык, что король может встать так рано.
Раздался скрип - по полу что-то двигали и дверь открылась. На меня испуганно уставился среднего роста, лысый мужик, с обвисшими щеками, коротковатыми, мощными ногами, широкой грудью, закованный в чешуйчатую броню белого цвета.
— Рад вас видеть, ваше величество, — толстяк попытался прикрыть рукой зевок, одновременно пытаясь придать себе бравый вид. — Что-то случилось?
— Пока нет, — память Джоффри подсказала, что этот человек – сир Борос Блаунт, один из семи рыцарей Королевской Гвардии, ничтожный и глуповатый воин. Джоффри его искренне презирал и никогда не называл по имени.
Сейчас сир Борос неуклюже переминался около своего ложа. Судя по всему, он подтащил его вплотную к двери, так, чтобы ко мне никто не мог случайно зайти, и спокойно спал. Он снял шлем и поставил его у стенки – так же как и ножны с мечом.
Я оглядел темный коридор, сира Бороса, кивнул ему и вернулся к себе в комнату. Краем глаза я заприметил, что рыцарь облегченно перевел дух. Похоже Джоффри с его перепадами в настроении, склонностью к необдуманной жестокости или необоснованному и тупому юмору здесь побаивались.
Дверь за моей спиной закрылась. Я почесал подбородок. Рыцарь спит на боевом посту, охраняя короля. Это вообще нормально или как? Это нарушение или все так делают?
Подумав, решил не рубить с плеча, ничего не предпринимать, а просто узнать, как должны гвардейцы нести службу ночью, а уж потом принимать решение. Тем более, толстяк все же не просто дрых, а заблокировал своим внушительным телом доступ в мои покои…
Подойдя к окну, я распахнул занавески, потом, повозившись, открыл и ставни. В комнату ворвался свежий, бодрящий воздух. Пахло морским бризом, водорослями и гниющей рыбой. Еще я уловил «нотку» говнеца – думаю, с канализацией в Королевской Гавани имелись определенные проблемы.
Сев на подоконник, принялся рассматривать город. Слева поднималось солнце – это значило, что мои окна выходят на юг.
Внизу находился парк с подстриженными деревьями и присыпанными гравием дорожками. Моя спальня располагается достаточно высоко – так, что замковая стена не сильно закрывает обзор. Вдалеке я видел узкие улочки, бегущие к воде, дома, черепичные крыши различных оттенков и дымоходы. А дальше начиналось море, которое тихо дышало и готовилось встретить новый день. Слышался гомон чаек. Снизу, от города доносился шум просыпающейся столицы.
Прислонившись спиной к боковой стене, вытянул одну ногу вдоль подоконника и задумался.
Итак, Семеро меня не обманули. Я попал в тело Джоффри Баратеона. Этого парня я так себе и представлял, да и обращение сира Бороса «ваше величество» подразумевало, что я именно король, я не абы кто. Значит, и с тем, что сейчас утро первого дня нового, триста первого года от Завоевания Эйгона Таргариена, тоже можно согласиться.
Примем за данность, что я благополучно попал в Вестерос, чему все же не верил до последнего момента. Вернее, не то чтобы не верил, скорее, сомневался, что все получится. Теперь сомнения позади и надо думать, что делать и как быть.
Я, конечно, неплохо подготовился, но не мешает лишний раз все прокрутить в голове – уснуть-то я все равно в таком состоянии не смогу.
Итак, я Джоффри Баратеон, Первый этого имени, правитель Семи Королевств, Король Андалов, Ройнаров и Первых Людей, Защитник Государства. Как говорится, очень много заглавных букв в названиях и титулах.
 
Правда, сейчас Джоффри подчиняются не все семь королевств, а немного меньше. Сам он избалован, жесток, у него есть склонность к агрессии и садизму. А еще он труслив и мнителен.
Конечно, это не совсем я, а мой, так сказать, предшественник. Суть в том, что большинство людей считают его, а теперь и меня, именно таким. И в настоящий момент оценивают меня по прошлым, скажем прямо, не слишком достойным и умным, поступкам.
Джоффу совсем немного лет, но он уже успел составить о себе определенное мнение. И это мнение отдает тухлым запашком.
Он приказал казнить Неда Старка. За это его ненавидит весь Север и Речные Земли, откуда жена Неда, Кейтилин Талли. За смерть отца и многочисленные унижения Санса Старк боится его, впрочем, умело это скрывая. Младшая девочка, Арья, перед тем, как уснуть, каждый раз перечисляет всех тех, кто по ее мнению заслужил смерти. Джоффри в этом списке.
Станнис Баратеон, как и половина Вестероса, считает меня плодом инцеста между Серсеей и Джейме Ланнистером, презирает и мечтает отнять трон.
Север притаился, а Винтерфелл дымится в развалинах. Лорд Русе Болтон вроде как сохраняет верность Ланнистерам, но и там все очень непросто.
Дом Мартеллов, принцев Дорна, искренне ненавидит Ланнистеров и меня заодно. От открытого восстания их удерживает сущая мелочь.
Грейджои на своих островах провозгласили независимое королевство и с радостью во взоре заливают Вестерос кровью.
Из всех Великих Домов лишь Ланнистеры безусловно поддерживают Джоффри. И еще Тиреллы, владыки Простора, на дочери которых, Маргери, я должен сегодня жениться.
Всего два дома из семи искренне лояльны, не считая собственных лордов и рыцарей, проживающих на Королевских Землях.
Правда, есть еще Фреи. Совсем недавно они, с подачи Тайвина Ланнистера, устроили Красную Свадьбу, убили Робба Старка, его мать Кейтилин и множество северян.
А еще есть дом Арренов – высоких, как честь, к которым недавно отправили Петира Бейлиша по прозвищу Мизинец, с заданием привлечь этот великий дом на свою сторону. Впрочем, Хранители Востока лишь выжидают время, и могут выступить против Королевской Гавани в любой момент.
Ну и на самом востоке, на другом материке Дейнерис Бурерожденная начинает свой героический путь восхождения к власти. Если все пойдет, как пойдет, через несколько лет ее драконы вырастут, она решит все экономические, людские и иные проблемы, соберет значительные силы и переправится в Вестерос, отбивать престол предков.
Это что касается внешних дел. Теперь пора посмотреть на свою собственную семью и семью будущей жены.
Сейчас Ланнистерами управляет Тайвин – Хранитель Запада. Он мой дед и относится ко мне с пренебрежением. Джоффри за эти годы не сделал ничего, чтобы завоевать даже не уважение, а хоть семейную привязанность этого человека. Тайвин просто поддерживает Джоффри за неимением лучшего. В его глазах я совершенно ничтожен, и самое лучшее, с его точки зрения, чтобы я не тупил, не лез не в свое дело и не мешал серьезным людям делать непростую работу.
Тайвин - десница короля. Его во всем поддерживает младший брат, Киван, мастер над законами. У Кивана множество детей, но я к этой теме еще вернусь.
Есть и еще один родной брат Тайвина – Герион, который пропал без вести в Дымном море.
Дайвен, мой троюродный дядя, вроде как воюет в Речных землях.
Моя официальная мать, Серсея, дочь Тайвина, носит титул королевы-регента. Это злобная, властная женщина, главный недостаток которой в том, что она явно переоценивает свои умственные способности и считает, что у нее есть дар к интриге. Если все пойдет, как пойдет, и Тайвин погибнет, то Серсея получит неограниченную власть и все начнет быстро разваливаться. Серсея любит Джоффри, а поэтому балует его, и все ее действия явно не помогли вырасти этому парню в нормального человека.