Ветер перемен (СИ)

Через месяц после ухода пешего войска из Королевской Гавани на север отплыл наш флот. Его цель находилась у Восточного Дозора-у-Моря. Вместе с ним отправился отряд Честь и Доблесть и юный Рикон Старк.
Еще через неделю пришла весть, что наши передовые пехотинцы достигли Стены и принялись обживать замок под названием Твердыня Ночи. Когда-то, давным-давно, когда и Дозор был иным, и служба в нем считалась почетной, да людей у них было не в пример больше, чем в нынешние времена, именно этот замок считался основным на Стене.
Ранее, получив твердое уверение Торне, что король им поможет, Джон Сноу отправил в замок первого строителя Дозора — Отелла Ярвика с тремя десятками людей для того, чтобы к нашему приезду там можно было хоть как-то переночевать.
Получив эти известия, я оседлал Бирюзу и самостоятельно полетел на Север.
Накануне я с немалой пользой посетил богорощу, а вечером состоялся разговор с Маргери.
— Я устала переживать за тебя и твои бесконечные войны, Джофф, — в голосе жены слышались раздражение и тревога. — Почему ты должен сам принимать в них участие?
— Это последняя война, милая, — я притянул ее к себе, крепко обнял и поцеловал. — Я и сам от всего этого устал.
— Не рискуй понапрасну.
— Не буду, — я не видел смысла геройствовать и собирался держаться подальше от Иных и от возможной угрозы как для себя, так и для дракона. И все же, всего не предусмотришь.
На этот полет я оделся очень тепло — нижняя рубашка и подштанники из мягкого льна, две пары шерстяных бриджей, дублет, сверху еще один, более грубый из плотного сукна, колет, шарф, меховую шапку, толстый плащ, а сверху еще один плащ из медвежьей шкуры — подарок Тириона, который резонно посоветовал «не скупиться на одежду». Я посмеялся над его шуточкой, а плащ взял с удовольствием. На ногах у меня были грубые сапоги.
Ветер развевал волосы. Бирюза поднялась высоко — и полет буквально захватил меня. Мир, как и обычно, раскинулся во все стороны. Бирюза вытянулась в воздухе и ритмично работала крыльями. Изредка я похлопывал ее по шее и тогда она довольно ворчала. Мои ноги чувствовали приятное тепло, исходящее от дракона и оно странным образом внушало состояние надежности и защищенности. Это чувство появилось не так давно. При первых полетах, когда я нервничал и волновался, такого и близко не было.
Ветер неутомимо гнал мрачные, свинцового цвета волны куда-то на юг. Очень часто я проносился над кораблями. Самые глазастые люди меня замечали, и я видел едва заметные светлые пятна — их лица, задранные вверх.
Первую остановку я сделал в Чаячем городе. На одном из холмов, примерно в том месте, где мы разбивали шатер после взятия города, меня уже ждали. Около сотни верных людей, палаточный лагерь, подогретое вино и горячая пища.
Бирюзе предоставили целую свиную тушу и усталый дракон смог основательно поесть.
Я пришел в себя через три часа, но Бирюза молодая самка, и ей необходим полноценный отдых — целая ночь.
Утром мы с драконом перекусили. Я — овсяной кашей с медом, ржаным хлебом, двумя говяжьими сосисками, яблочным соком и горячим глинтвейном. Дракон составил мне компанию, правда рацион у него отличался.
Попрощавшись с людьми и поблагодарив их за службу, я приказал и дальше держать здесь лагерь, оставаясь до получения новых указаний. Я все еще не верил многим людям. В частности, хоть юный Роберт и оставался в гостях в Красном Замке, я не горел никаким желанием встречаться с его матерью и отдавать себя в ее руки.
За следующий перелет Бирюза преодолела практически всю Долину. Снизу поднимались вершины Лунных гор, а по левую руку небеса пронзало Копье Гиганта — самая высокая гора Вестероса. Ее величественный зубчатый пик терялся среди туманов и облаков. От зрелища захватывало дух.
После Долины мы пересекли залив Пасть и приземлились недалеко от огромной Белой Гавани, мощного порта и замка, числившегося среди пяти самых крупных городов Вестероса. Белая Гавань, как и все вокруг на много лиг, принадлежало славному и древнему роду Мандерли.
 
Здесь так же находились верные люди, но на сей раз я воспользовался гостеприимством лорда Мандерли — он славился своей разумностью и основательностью суждений. К тому же, Мандерли всегда поддерживали Старков и знали, что я собираюсь отдать Север и Винтерфелл Рикону.
Белая Гавань впечатляла. В воздухе преобладали ароматы соли и свежей рыбы. Это относительно чистый и красивый город, застроенный выбеленными домами с темно-серой черепицей, с крутыми скатами крыш, улицы здесь прямые, широкие и аккуратно замощенные, а сам город окружен белокаменными стенами. Я уже знал, что в начале Войны пяти Королей городские укрепления были значительно усилены.
В порту стояло множество судов. Средний по силе ветер теребил знамена, вымпелы и флаги с огромного количества мест, городов и замков Вестероса и Эссоса.
Лорд Виван Мандерли, солидный мужчина около шестидесяти лет, располнел настолько, что уже не мог садиться на коня. Слуги таскали его на носилках, а о его аппетите ходили легенды и складывали шутки. Он носил забавные прозвища — лорд Минога, лорд Слишком-много-чтобы-сесть-на-коня, лорд Свин и лорд Угорь. Мне он больше напоминал вылезшего на берег моржа.
И все же, несмотря на кажущее добродушие этого человека, я не особо расслаблялся.
В Белой гавани меня встретили и охраняли сотня рыцарей из западных земель под командованием Эрика Йю, оставленных специально для этого Джейме Ланнистером.
Все же это грозило стать проблемой. Мне нужно срочно заводить хороших и проверенных друзей среди различных лордов и рыцарей. Если я хочу и дальше летать по Вестеросу на драконе, то просто невозможно оставлять эскорт на каждой остановке.
Весь вечер лорд Мандерли любезно подливал мне вино в кубок и крайне ненавязчиво намекал, что негоже землям погибшего рода Хорнвуд и землям повторивших их судьбу Болтонов оставаться без пригляда. А кто сумеет лучше лорда Мандерли взять с земли все нужное и отправить в королевскую казну все полагающиеся налоги и пошлины?
— Малый Совет примет решение по этим землям после нашего похода, — я невольно улыбнулся. Да уж, каждый лорд Вестероса никогда не забудет про себя, любимого. И сейчас, когда совершенно неожиданно свободным оказался огромный, не меньше целых Королевских земель, кусок земли, желающих на него хоть отбавляй. — Но я не забуду вашего гостеприимства, знайте это твердо.
— Прекрасно, — лорд Виман улыбнулся, показывая, что и такое, весьма слабое обещание, его устроит.
За столом меня окружили несколько западных рыцарей, разбавленных со всех сторон многочисленным семейством Мандерли — сын Вимана Вилис с двумя своими дочерями и женой, сын Вендела, застреленного на Красной свадьбе и его вдова, и с десяток других, более отдаленных родственников. Все они были веселыми, радушными, много смеялись, а еще больше ели и пили.
К слову, у старого лорда имелись две внучки, Винафрид и Вилла. Старшая — Винафрид, больше молчала и кидала на меня весьма красноречивые взгляды, перебирая изящными пальчиками роскошную толстую косу каштанового цвета.
А вот младшая, Вилла, выглядела более яркой и смелой. Богатое платье подчеркивало ее стройную фигуру, с весьма аппетитной грудью, узкой талией и длинными ногами. Ее блестящие волосы достигали поясницы. Девушка красила их в необычный зеленый цвет. У Виллы был хороший слух и сильный, тонкий голос. За вечер, по просьбе деда, под аккомпанемент арфы и скрипки, она спела нам несколько песен.
Вилла мне понравилась, и я невольно подумал, что отнюдь не случайно внучки лорда Миноги оказались так близко от короля.
Утром мы с Бирюзой полетели дальше и приземлились в отстраиваемом заново Винтерфелле. Рамси Болтон предал замок огню, вырезал большую часть слуг и проживающих тут людей. Сейчас замок медленно восстанавливался. Он бы был уже как раньше, если бы не стояло одной, но существенной проблемы — в реалиях наступившей Зимы еды стало очень мало.
Здесь расположились наши многочисленные войска. Около тысячи, не меньше, пеших, задержались в пути и теперь догоняли основные силы.