Ветер перемен (СИ)

В битве у Холма Честь и Доблесть завоевала первую славу и полегла практически полностью. Там осталось всего пару десятков человек. На место погибшего Эрга Дарка я поставил Гордика Шелби и сейчас мы набирали отряд фактически с нуля. Правда, недостатка в желающих мы не ощущали.
Мы с десницей даровали право на собственное знамя Святому Отряду и Честь и Доблесть и в настоящее время придумывали внешний вид их будущих штандартов.
Насколько я помнил, первую регулярную армию в Европе ввел французский король Карл VII в 1445 году. Он сформировал пятнадцать рот, численностью по шестьсот человек каждая. Среди этих подразделений почетное место принадлежало шотландской роте, обладавшей особым статусом и считавшейся элитой армии.
Я планировал провести нечто похожее, и у меня уже имелось два отряда — один полностью конный, а второй — пеший. Это и будет элита, которая со временем обрастет традициями, авторитетом и всем необходимым, на вроде знамен, званий и формы. Впоследствии я планировал создать еще два-три, а может и чуть больше подразделений, причем сделать один из них целиком морским, «заточенным» на различные рейды, молниеносные высадки, абордаж и десант.
Вокруг колыхались сотни знамен, пели рога и раздавался смех и испуганные вздохи дам при особо кровавых моментах на ристалище. А я же словно воочию увидел реорганизованную королевскую армию…
В соревнованиях одиночных рыцарей неожиданно победил Рагнар Рав, а второе место занял Тирек Ланнистер.
Рагнар получил две тысячи драконов, а Тирек одну.
Я смотрел на этих парней с гордостью. Теперь я уже мог смело констатировать, что у меня появились свои, верные мне, готовые на многое, люди.
В общей схватке неплохо себя показали несколько человек — и Герольд Орм, и Лорас Тирелл и другие. Но лучше прочих проявил себя Джейме Ланнистер. Все это время он тренировался без устали, учась владеть левой рукой и сейчас практически всем стало ясно, что он вернул себе все свое непревзойденное мастерство и разносторонние навыки. Джейме занял первое место. Полученный приз в размере двух тысяч драконов он передал на нужды Королевской гвардии. Лорды и рыцари были явно впечатленны этим широким жестом. Впрочем, надо быть справедливым — деньги для Джейме никогда не являлись проблемой.
— Джейме стал истинным лордом-командующим, — ко мне наклонился Киван.
— Верное замечание, дедушка, — я был полностью согласен с десницей. Казалось, что Джейме наконец-то вырос, перерос молодые обиды, нелепые амбиции, став настоящим мужчиной и очень надежным лордом-командующим.
Праздничное настроение немного омрачила серьезная травма, полученная Арисом Окхартом — копье пронзило ему шею. Булькающего кровью рыцаря тут же унесли с поля, и архимейстер Марвин Маг торопливо отправился его осматривать.
Ближе к вечеру я узнал, что он напоил Окхарта маковым молочком и зашил рану. Архимейстер обещал, что через месяц рыцарь полностью восстановится и вновь встанет в строй. За Марвином ушел его ученик по имени Аллерас. Я невольно вспомнил, что архимейстер как-то упомянул, что ранее ему прислуживали два парнишки, но один из них пропал во время Стояния на Рубиновом броде. Похоже, второй погиб или утонул, а может просто отправился на поиски приключений…
Под самый конец я показал собравшимся Бирюзу. Дракон поднялся в воздух и сделал несколько кругов над ристалищем. Все были в восторге.
Эти три дня непрерывного веселья слегка истощили королевскую казну. Потратились мы сильно, этого не отнимешь. Изучая с Тирионом финансовую отчетность, я сделал радостный вывод — даже сейчас, во время затянувшейся войны, корона ухитрялась практически каждый месяц выходить в ноль. Отрицательное сальдо если и присутствовало, то было очень небольшое, и фактически распространялось на последний месяц и появилось лишь благодаря устроенным празднествам.
Это объяснялось, прежде всего, налогами с порта и морской торговли — столица была самым большим окном, связывающим Вестерос, Эссос, Летние и другие острова и именно через нас тек невероятно мощный денежный поток.
 
Кроме торговли, хороший доход приносили различные лавки и мастерские — оружейные, бронные, кожевенные, ткацкие и иные.
Король Роберт не умел и не любил считать денег. Это его подвело, да и на нас аукнулось.
Баратеон тратил деньги на четыре основных занятия: шлюхи, поддержка фаворитов, пирушки, а также охоты и ристалища.
Я не знаю, откуда у него находилось столько здоровья. Ведь он был уже не молод, но со шлюхами он кувыркался чуть ли не каждый день. А эти женщины стоят денег. Понятное дело, он не передавал деньги им лично — не королевское это дело. Но эту нелегкую задачу взял на себя Мизинец, который мало того, что поставлял Роберту самых лучших и умелых, так еще и цену ломил, будь здоров.
Второе, на что тратил деньги добрый король Роберт — это различные любимцы и боевые товарищи. Раньше их в замке жило чуть ли не пятьдесят человек, таких как принц Летних островов Джалабхар Ксо или Красный жрец Торос из Мира. Роберт частенько одаривал их дорогими подарками и приглашал в свои покои, где они обпивались, объедались и вспоминали славные деньки. Кажется, что это не так уж и много — подарить одному человеку меч и попить с ним арборского золотого. Но когда таких людей несколько десятков и все живут в Красном замке не один год, то итоговая сумма, которую они вытягивали из казны, выглядела вполне себе серьезной.
Сейчас все эти бездельники и лоботрясы разъехались — я их не выгонял, просто через десницу и Тириона предупредил, что теперь они переходят на самостоятельное проживание, и никто кормить их больше не собирается. Уже спустя месяц мы поняли, что они тянули из казны кругленькую сумму.
Так же Роберт любил охоту и пирушки, а так как король ел все самое лучшее и славился своим радушием, то такие пиры, на которых почти каждый раз подавали самые дорогие деликатесы, забирали из казны просто невероятные суммы.
Ну, и наконец, последнее — знаменитые ристалища короля Роберта с невероятными призовыми. Это было что-то просто невыразимое.
И вот, когда мы с десницей и Тирионом все это пресекли, то королевская казна начала наполняться.
Это не значит, что мы от всего отошли. Все ж король, как не крути, обязан кого-то награждать, поддерживать и одаривать своей милостью. Поэтому полностью мы отказались лишь от шлюх. Во всяком случае, это сделал я. А как там дела у Тириона мне было не интересно — на данном этапе. Все остальные направления продолжали существовать, но теперь на них тратилось куда меньше, экономно и вдумчиво.
На том же недавно прошедшем турнире мы дали возможность поглазеть на все ристалище простым людям, пригласили менестрелей и артистов из Вольных городов, раздали им продукты и выкатили несколько десятков бочек с вином.
Вот так мы и действовали.
А еще мы забрали у Мизинца его сеть притонов. Деньги там крутились серьезные. И на меня бы посмотрели очень косо, попробуй я подмять всё под себя одного. Пришлось делиться с серьезными мужчинами. Дело это было не очень чистое, никто не хотел особо мараться и на должность главного смотрителя за всеми притонами назначили межевого рыцаря Норта Пенера, который успел постранствовать и многое повидать.
Он вел дело с Тирионом, и его контролировали и Квиберн и Охрана Короны. Доходы от этого занятия мы разделили поровну между всеми участниками Малого Совета. Правда старичка Пицеля как-то забыли и отодвинули от вкусной кормушки. Раз в неделю ему предоставляли бесплатную шлюху и на этом про него забыли.
Пицель вообще практически полностью потерял все свое былое влияние — если оно у него и было. Ныне он был просто Великий Мейстер и его не смещали с этого поста по традиции, так как они его покидали лишь со смертью. Да и из Малого Совета мы его не выгоняли по этой же причине — не хотелось создавать прецедента.
У Пицеля произошел конфликт с архимейстером Марвином Магом. По идее, Марвин должен считаться подчиненным Пицеля и выполнять его указания. Он так и делал — первые несколько дней, а потом в ответ на старческий маразм, послал его далеко и надолго. Пицель обиделся и принялся строчить письма в Цитадель. Это было забавно.