Студент по обмену, или Принцесса с сюрпризом (СИ)

Риси очень понравилась младшему наследнику владык. Кастэль, весьма любознательный подросток, часто при случае утягивал меня в укромные местечки сада, чтобы утолить своё любопытство. Я рассказывал ему как о своей прошлой жизни, так и о детстве вы теле Сины.
— А ты можешь мне показать образ своей сестры? — попросил он, когда узнал, как из вредной, склочной и анорексичной малявки Лайяриси постепенно превратилась в очень красивую и вполне адекватную девочку.
Я показал её такой, какой запомнил в день нашего побега. Тогда Риси даже всплакнула. Она реально привязалась ко мне за прошедшие годы. По загоревшимся глазам брата Русколя я понял, что моя младшенькая произвела на него впечатление.
— Сильно губу не раскатывай, — предупредил честно, — отец вполне мог пойти на поводу у мачехи и перекинуть обязательство о браке с меня на сестру. Хотя попытаться можно, — поспешно добавил, увидев, что мордашка второго наследника помрачнела. — Союз с новой и сильной державой может перевесить её желание сделать из Риси асорэ.
— Я поговорю сначала с братом, — мудро решил юноша.
И вот настал день отбытия. Русколь организовал нам переход сначала до Согры, где я встретился с располневшей и похорошевшей от счастья предстоящего материнства Радоной, передав созданные мною лично амулеты для неё и сестры — одинаковые броши в виде тех горных цветов, из-за которых я сорвался со скалы, но при этом открыл новое месторождение радужника. Нирону не стал беспокоить. Зачем бередить старые раны? Заодно свершил «месть», вручив новую разработку-амулет с набором аккумуляторов своей благодетельнице — Кильфии Декоданэ, от которой она пришла в неописуемый восторг, а заодно передал привет и подарки от супруги Русколя.
Далее наш путь лежал до границы Дикой Степи и Торгенсалинии, куда Садис переместил на тосире кристаллы для создания конечной точки перехода из стационарного портала на площади Согры. Вместе с нашими живоглотиками, подросшей Лулу и ещё двумя хорргари, нагруженными поклажей, мы своим ходом добрались до Герсалии. Там, на улице Теней, нас ждал заранее приобретённый на моё имя небольшой домик с проверенной прислугой.
Бериса и меня ждал сюрприз из сюрпризов. Я даже обиделся слегка — уж мне-то могли сказать, чертяки.
Лати́ль Вильнё, он же Вера́к Риз, он же агент по продажам недвижимости, он же резидент асков в Торгенсалинии и наш связной, с любезной улыбкой на лице, подобострастно кланяясь, встретил на улице у витой ограды, что окружала новое пристанище. Как только мы оказались на территории особняка, его выражение лица утратило слащавость и стало серьёзным. Кряжистый конюх-рес, кинувшийся к нашим хорргам, чуть не поплатился за излишнее рвение, но я прикрикнул на Спирита и предложил слуге заняться хорргари, а живоглотиков мы самолично отвели в «конюшню». Слуги ждали нас в просторном холле, успев собраться и выстроиться в линию, пока мы устраивали животных. Все оказались ресами.
— Домоправительница Миа́ра Синк, повар Пиро́н Дак, горничные Лиа́за Тор и Риза Шон. Конюха зовут Стан Рик. Все проверены, надёжны и сейчас же дадут вам магическую клятву верности, — сообщил Латиль.
Слуги, как и конюх, который через несколько минут присоединился к остальным, были среднего возраста, даже горничные, с не примечательными чертами лица. Пожалуй, только домоправительница выделялась на общем фоне. В молодости она явно отличалась яркой красотой, по меркам ресов, разумеется.
Когда все слуги дали клятву, связной позволил нам снять иллюзию с лиц, чтобы они знали своих работодателей в лицо. Как только мы стали похожи сами на себя, я услышал сдавленный вскрик и увидел, как наша домоправительница медленно оседала на пол.
Нет, она не потеряла сознание, просто ноги перестали поддерживать тело. Её глаза неотрывно смотрели на Бериса, и я непроизвольно заглянул в её сознание, где увидел яркий образ нашего общего с братом родителя. Я бросил испытующий взгляд на Латиля Вильнё и увидел появившуюся на его лице мимолётную улыбку.
— Это то, что я подумал? — спросил, указав глазами сначала на Бериса, а затем на женщину, которой уже помогли подняться с пола.
 
— Да, бийер, — а затем обратился к домоправительнице: — Миара, это твой сын, с кем тебя разлучили много лет назад.
Я подтолкнул Бериса, от изумления застывшего на месте. Брат шагнул вперёд и обнял свою мать.
Сделав жест, чтобы все расходились и не мешали этим двоим, попросил Латиля ввести меня в курс дела. Он провёл по дому, показав место стационарного портала, ведущего в уединённое поместье, расположенное примерно в трёх конных переходах от столицы. Это поместье аски давно выкупили на подставное лицо у разорившегося кроза, расположив там свою резиденцию. Подобные резиденции находились вблизи всех второстепенных столиц Великой Асории, а также в государствах ресов.
Отдохнув и освоившись после дальней дороги, я занялся поисками работы по вкусу, хотя финансовых трудностей не испытывал. Работа позволила бы шлифовать и совершенствовать магические навыки, а заодно обзавестись необходимыми для нашей миссии связями.
Латиль предложил попробовать свои силы в качестве судебного секретаря. В одном из судов у него оказался в шапочных знакомых старший секретарь, кому давно требовался ещё один помощник из-за возросшего объёма бумажной работы, но на этой должности проработал недолго. Мне представился случай показать себя, и я его не упустил, получив должность дознавателя.
Берис первое время устроился подмастерьем к ювелиру, чтобы поднатаскаться в художественной стороне ремесла, ибо основы изготовления металлической составляющей талисманов освоил ещё в Ласконии. Решив открыть магазин с артефактами, где продавались бы и делались на заказ наши эксклюзивные разработки, мы не хотели, чтобы третьи лица были в курсе технологии изготовления изделий. В кристаллах краца недостатка не испытывали, поэтому бизнес пошёл в гору. На меня легла забота по настройке необходимых плетений и быстрой подзарядке в особых случаях, потому как кристаллы радужника имели свойство естественного восстановления. Они впитывали в себя магию, черпая её из окружающего пространства, но это довольно длительный процесс. Так что наши изделия со съёмными аккумуляторами шли на ура.
Моё письмо к отцу, переданное официальным послом Ласконии, положило начало сотрудничеству между двумя государствами. В нём я не забыл упомянуть о наличии у владык второго сына подходящего для Риси возраста, а как уж отец решит этой инфой распорядиться — время покажет. С этим же послом передал сестре милую вещичку с функцией показа иллюзий, где, кроме всего прочего, имелся объёмный портрет Кастэля в полный рост. Пусть думает сама. Разумеется, факт моего возвращения в пределы Великой Асории мы с послом скрыли.
* * *
Своё восемнадцатилетие решил отметить в одном из самых дорогих заведений столицы. Хотя иллюзорные имитации и довёл до состояния полной достоверности, всё же хотелось время от времени более разнообразного общения, а не только физического. С девочками из элитного заведения с говорящим само за себя названием «Врата наслаждения» можно было пообщаться на разные темы, а не только испытывать «райское блаженство», вторгаясь в их врата и прочие калитки. Они были ближе к гейшам Японии или гетерам Древней Греции, чем к феям «красного фонаря» европейского пошиба. Кто же знал, что мой «день варенья» вот так испортят.
Для посещения заведения, где клиенты могли соблюдать инкогнито, называясь вымышленными именами и надевая полумаски наподобие венецианских карнавальных, мы использовали свои методы, переставляя в перстень-артефакт нужный блок-кристалл иллюзии-заготовки и этим меняя внешность. Нас знали и любили под именами Мистер Икс и Мистер Игрек. Бедные девушки! Они долго забавляли меня, мило коверкая так и этак имена, да и Берис не сразу своё научился выговаривать. Я прикололся со смыслом, а ему пришлось мучиться.
 
Чем ближе мы подходили, тем сильнее меня тянуло оторваться по полной. Из-за нагрузок последнего месяца, когда чувствовал себя если не Труффальдино из Бергамо, то уж точно Фигаро, который то здесь, то там, причём практически одновременно, вечерами просто едва доползал до кровати и отрубался. Накануне днюхи послал всех лесом, отработал в суде положенное по трудовому регламенту время и выпросил у шефа отгулы за переработку. Поэтому утром встал свежим, выспавшимся и готовым к активному сексуальному отдыху.