Дом ведьмы. Большая уборка (СИ)
Не может?
А почему это кстати?
Особенно если они будут забирать хлам самовыносом…
И с доплатой…
— Зубами плату брать не буду, — предупредила я, перед тем как начать торговаться, — боюсь, местный алхимический рынок просто не выдержит такого удара.
Торговаться впрочем и не пришлось.
С улицы донесся зычный вой. Ррото виновато поджал уши. Кажется, это его...
— Вождь зовет, чаровница, — зачастил гиенолак, — я обсужу с ним вопрос цены. Гноллы дорого заплатят за личное место силы. Возможно, отдавать будут мехами, или аданитом, или чем-то еще. Если позволите вернуться к вам вечером, я с удовольствием обсужу эту сделку. И выполню обещанную вам услугу. Подумайте, чего бы вы хотели от магии великого Ррото!
Скромностью этот гнолл не отличался, однако!
Провожала я его слегка недоверчиво, но все ж таки просветленно. Он что, и вправду намерен заплатить мне что-нибудь за заполняющий этот дом хлам?
Кажется, именно так и работали всякие Мешки и Авито!
Что тебе не гоже — то другим поможет!
33. Глава о том, что кофе — не повод для доверия ближнему твоему
— Так…
Выпроводив спешащего, но отчаянно пытающегося разорваться на четыре части гнолла в теплые объятия торопящегося к варосской королеве вождя, я хлопнула в ладоши, обведя взглядом кухню и весь мой немногочисленный персонал.
— Прошка!
Черно-белый кот кувыркнулся с печки, обращаясь в моего любимого маленького мужичка.
— С тебя завтрак. Если я не поем в ближайший час — я сожру вампира, а он вряд ли хорошо скажется на моем пищеварении. Осилишь?
— Спрашиваешь, хозяйка! — домовой важно шаркнул босой пяткой. — Сделаем.
— Триш! — крыс подобрался, напрягся, заранее приготовившись к худшему.
— Берешь вот это… — я двигаю к нему три самых мелких зуба яварга и горсть мелких бусин, — и идешь сначала по алхимикам, потом — по лавкам амулетов. В первой попавшейся лавке не продавать. Торговаться до последней капли крови продавца. Принесешь мне сегодня больше злотого — получишь премию к жалованию. Небольшую, но приятную.
Стимул определенно оказался обнадеживающим. Триш ссыпал бусинки в мешочек, сунул кривые клыки во внутренний карман жилета и деловой походкой удалился.
Вафле я делегировала самое сложное — спать в корзинке на печке и восстанавливаться. Бедная моя дракошка! Совсем измоталась.
На себя я, конечно, взяла самое невыносимое. Совершенно спятившего за последние сутки вампира. И пожалуй, если бы не его бессовестно красивые глаза, я бы на это не подписалась! Но даже с их учетом я все равно взяла с собой на всякий случай Помеленцию. Будет нам вместо радио работать.
Джулиан задумчиво стоял у чертовой горы и смотрел на неё снизу вверх. Ну или она смотрела на него сверху вниз. В потемках было сложно разобраться.
— Нет, это мне надоело!
Джулиан косо глянул на меня, пытаясь понять, о чем это я. Зря.
Уследить за моей мыслью иногда не удавалось даже мне.
Я глянула мрачно на люстру над головой, а затем встряхнула Помеленцию, как-то интуитивно заставляя её пробудиться от магической дремы. Руны на ручке швабры засветились белым.
— Шесть утра… — скрипуче возмутилась Помеленция, — как можно будить меня, чародейский инструмент высочайшего класса в такую рань? Приличные ведьмы в такой час обычно засыпают!
Я бросила косой взгляд на Джулиана, надеясь, что он проникнется этим весьма праведным возмущением, но вампир бессовестно не повел и ухом. Нет, время завтрашней явки я ему назначу сама. И не впущу его раньше положенного!
— Летать никогда не рано, — сообщила я “чародейскому инструменту высочайшего класса” и оседлала его, как это обычно выглядело в наших книжках сказок с картинками, — я вот решила, что сейчас — в самый раз! Три. Два. Один. Поехали!
Заклинание не сработало. Помеленция даже не подумала со мной взлететь, зато загадочно замигала рунами, будто о чем-то раздумываю.
— Слышь, инструмент, — я ковырнула ногтем резную ручку швабры, — ты должна уметь летать. Ты умеешь летать, если ты мне, конечно, не вешала лапшу на уши. Не позорь меня перед красивым мужчиной. Иначе я тобой сегодня печь растоплю.
— Меня нельзя сжечь, — тоненько пискнула Помеленция, — на мне целый комплекс антивоспламеняющих чар.
— А я их сниму! — я сблефовала, но вышло у меня, кажется, убедительно. Мигание рун моей швабры стало каким-то паникующим.
— А может, не надо, Марьяночка, — заискивающе запищала швабра. Надо же, какие мы слова знаем. — Может, я лучше полы в кухне помою?
— Надо! — мрачно приговорила я. — А полы ты вечером помоешь. Обязательно. Поехали, я сказала!
Швабру мелко затрясло, как велосипед на ухабах. Я ощутила тепло магической связи, потянувшейся откуда-то из центра моего живота в адрес артефакта. Мои ноги медленно оторвались от пола.
Офигеть. Вот это ощущения. Это так себя супермен чувствовал? А можно мне продлить?
Вот только скорости бы прибавить… За пять минут я поднялась над полом сантиметров на пять.. Блин, я так до люстры два часа подниматься буду. А мне ведь как-то надо еще и разобраться, как она зажигается.
Выключателей в Велоре не было. Магические огоньки на люстре в кухне сам зажигались, когда там появлялись я или Триш. А тут почему-то так же не работало.
— Быстрее, — я дернула древко швабры выше. И вот это была ошибка.
Потому что именно в эту секунду Помеленция решила все-таки запаниковать и начать брыкаться.
Всю жизнь мечтала оседлать дикого быка. Оседлала — бешеную швабру. Есть подозрение, что друг от друга эти два события не очень-то и отличаются...
Ю-ху?!
И как я вообще умудрилась забыть, что моя придурошная летучая швабра боится, мать её, высоты?!
— Ну, эй, Помеленция!
Оказаться вниз головой на мечущейся под потолком швабре — то еще удовольствие. Как хорошо, что я сегодня надела джинсы, иначе вышел бы конфуз!
Швабра тихонько взвизгнула и снова вильнула щетинистым хвостом.
— Высоко-о-о!
Блин, глаза бы ей завязать, да где ж у швабры глаза, кто мне скажет?
Я не успела напугаться. И почувствовать себя великим жокеем тоже. Что-то темное вынырнуло откуда-то сбоку, меня абсолютно бесцеремонно сгребли за шиворот и сдернули с бешеной паникующей швабры.
Помеленция, лишившись источника магической энергии, с тихим “Уиии” улетела куда-то вниз. А я осталась в воздухе…
Джулиан каким-то непостижимым образом умудрился прижать меня к себе и сейчас критично на меня таращился. Да что он там выискивал такое интересное? У меня что, прыщ на носу вскочил?
Блин, я не переживу такого позора, после взбесившейся-то швабры.
За спиной вампира мерно ходили вверх-вниз темные огромные крылья. Конечно же, я не могла оставить это без внимания.
— А в летучую мышь ты тоже превращаться умеешь? А она большая? Больше твоего эго или так не бывает?
Кажется, я испортила ему момент. Именно от этого вопроса Джулиан тихонько вздохнул и пошел на снижение.
— Ты категорически неисправима, Марьяна. А я только настроился на романтику.
— Море несделанной работы убивает во мне романтичную особу, — печально согласилась я, — хотя я вообще голосую за то, чтобы она сдохла поскорее и не мучилась. Безнадежное создание. Залипает на всяких упырей, а мне потом живи с этим.
— Для справки, — Джулиан проговорил это, уже опускаясь на пол, — если дом признал тебя хозяйкой — такими вещами как включение света ты можешь управлять простыми голосовыми приказами. Иногда для таких вещей ведьмам нужно окропить домашний алтарь своей кровью, но я думаю, тебе это не понадобится
— Что ж ты раньше молчал? — искренне возмутилась я такому коварству. Я тут, понимаешь ли, летаю. Шею свернуть пытаюсь. А он, оказывается, знал простой выход из ситуации.
— Да разве ж ты послушаешь? — бровь вампира иронично дрогнула. — По-моему, ты очень хотела полетать на этой своей штуковине. Нет?