Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

– А хвост Проклятого их знает, придурков чокнутых! И гадать не хочу. К нам бы не лезли, и ладно.
– Полезут – пожалеют. Наши деточки тут не для красоты поставлены…
«Деточками» Баргиль любовно именовал мезонные орудия платформы и относился к ним с удивительной нежностью, как к живым. Разговаривал с ними, гладил, постоянно ухаживал, откалибровал с такой точностью, что Терп только руками развел. Он бы не справился, не верил, что можно добиться от «Астарков» кучности залпа, значительно превышающей списочные параметры. Баргиля можно было не любить, но как профессионал он стоял на особом счету. И совершенно заслуженно. Таких действительно мало, очень мало. В армии любого государства над наводчиком его класса тряслись бы и платили бешеные деньги, а он каким-то образом оказался среди людей мятежного рода Т'а Раге. Каким? А кто его знает! Но именно Баргиль руководил сборкой и настройкой всех орудийных платформ, а потом оказался напарником Терпа на одной из них.
– Эскадра разделилась… – задумчиво сказал Баргиль, внимательно наблюдавший за монитором компа, связанного со станциями слежения. – Где их фрегаты разведки, интересно? Не увидишь ведь. Да и крейсера ходят и ходят вокруг сектора. Прямо как волки вокруг стада. Что-то тут неспроста. Чего-то им, падлам, надо.
– Если нападут, нам кранты, – пожал плечами Терп. – Ну ладно, пусть грохнем мы пару крейсеров, если повезет, а толку-то? Остальные нас быстро в клочья порвут. Сам знаешь, что такое их лам-истребители.
– Там поглядим… – злобно оскалился Баргиль, закуривая. – Там поглядим…
Терп откинулся на спинку неудобного операторского кресла и уставился на монитор станции слежения, наблюдая за шестью большими точками дварх-крейсеров и целой кучей эсминцев. Те действительно продолжали безо всякого толку летать вокруг третьего сектора. Вели себя очень странно, обычно патрульные эскадры ордена величаво плыли своим курсом, не обращая никакого внимания на происходящее вокруг. Мало кто решался привлекать к себе их внимание, зная что это чревато большими неприятностями. Но сейчас аарн вели себя совсем иначе. Их маневры походили на предбоевое построение, и Терп молил про себя Благих, чтобы орденские сволочи не напали. С них станется. Увы, Благие не услышали его молитв…
Дварх-крейсера в сопровождении эсминцев снова разошлись, а затем резко прыгнули ко всем пяти населенным планетам восставшего сектора. Однако вышли из гиперпространства не слишком близко, замерев вне пределов досягаемости «Астарков». Каждый из крейсеров окутался дымкой защитного поля и выплюнул в окружающее пространство по паре сотен лам-истребителей, рванувшихся к платформам. За ними осторожно двинулись эсминцы.
– Боевая тревога! – взревел Баргиль, ударяя кулаком по красной кнопке. – Суки! Твари! Ублюдки!
Терп побелел. Ведь сами крейсера так и остались вне пределов досягаемости прицельных антенн «Астарков», а против юрких лам-истребителей огромные орудия совершенно бессильны. Да, зенитчики на своих местах и кого-то они, конечно, собьют. Только вряд ли много. У бунтовщиков были, конечно, свои истребители, но только куда их пилотам тягаться с асами ордена. Лучшие из лучших среди местных пилотов служили во флоте княжества и, попав в плен, отказались переходить на сторону Т'а Раге даже под угрозой расстрела. А немногие согласившиеся едва умели летать и не имели никакого боевого опыта. Ничего удивительного, что вскоре большинство истребителей бунтовщиков приказали долго жить.
Аарн потеряли едва ли десяток своих машин в этой атаке. После этого обозленные гибелью товарищей, орденские пилоты накинулись на оставшиеся беззащитными орбитальные платформы. Зенитные пулеметы отбивались, как могли, но только однажды кто-то из зенитчиков чудом попал в лам-истребитель. Да и то, попробуй попади издали в верткую мошку! Даже самый совершенный комп не поможет. Одна за другой орбитальные платформы «Астарков» превращались в рой бесполезных металлических обломков.
– Какому ублюдку пришло в голову оставить большие орудия без прикрытия?! – взвыл Терп в последние мгновения своей жизни.
 
Погибший канонир был полностью прав, оставить орбитальные платформы почти без защиты было верхом тактического идиотизма. Обычно их размещали вперемешку с мезонными и кварковыми пушками, прикрываемыми мощными генераторами защитных полей. А все промежутки занимали миноносцы с сотнями гиперторпед на борту. Чтобы подавить правильно построенную оборону, ордену пришлось бы хорошо повозиться, да и потери могли стать астрономическими. Но восставшие понадеялись на «Астарки», зная, что у великого князя нет боевого флота, и теперь расплачивались за свою ошибку.
Лам-истребители то и дело скрывались в гиперпространстве, выпрыгивая с совершенно неожиданных точек и беспрерывно стреляя. Огонь их гиперторпед и кварковых орудий рвал тела платформ в клочья, превращая совершенное оружие в хлам. Любому опытному военному было ясно, что беспорядочные метания крейсеров вокруг третьего сектора являлись всего лишь рекогносцировкой. Орденские командиры времени не теряли, истребительную атаку они спланировали грамотно, и бунтовщикам оказалось нечего противопоставить им.
Не прошло и часа после уничтожения платформ орбитальной обороны, как дварх-крейсера вышли на орбиты пяти планет. А затем над каждой из них запылало небо, и оттуда грянул громовой голос:
– Внимание населению третьего приграничного сектора княжества Кэ-Эль-Энах! Согласно союзному договору с княжеством и личной просьбе его величества Равана VI вооруженное восстание будет подавлено силами легионов ордена Аарн. Всем не участвовавшим в восстании предписывается разойтись по домам. Войскам бунтовщиков предлагаю сдаться. Сдавшимся его величество обещал помилование. Не сдавшиеся будут уничтожены. На размышление вам дается четверть стандартного часа, после чего мы начинаем атаку.
Сбившиеся в толпы на площадях городов люди облегченно вздыхали, услышав это заявление. Большинству населения этот проклятый бунт очень не нравился. Никому из простых людей не хотелось возвращения времен правления кланов, все они хорошо помнили, как часто приходилось голодать тогда. Как трудно было заработать на кусок хлеба для своей семьи. Как постоянно казнили людей без суда и следствия, по прихоти кого-нибудь из светлых князей. Порой только войска, расквартированные на каждой планете, сдерживали людей от восстания.
Когда великий князь начал менять законы, поначалу никто не поверил в изменения к лучшему. Но Раван VI приятно разочаровал своих подданных. За какие-то пять лет в Кэ-Эль-Энах забыли, что такое безработица, голод и произвол аристократии. Открыто устанавливавшая свои бесчеловечные правила мафия снова ушла в подполье, но это мафиози не слишком помогло, новая полиция, созданная великим князем, работала довольно эффективно и вылавливала зверье в человечьем обличье на удивление быстро.
Каждый нормальный человек понимал, кому он должен быть за все это благодарен. Равана любили и уважали, его портреты висели почти в каждом доме. Кроме, конечно, поместий злобно шипящих от ненависти старых аристократов, которых лишили привычных привилегий. К сожалению, у каждого из этих аристократов была на содержании целая армия прихлебателей, вооруженных прихлебателей. Именно они каким-то образом склонили к измене расквартированные на планетах третьего приграничного сектора войска.
Люди мрачно собирались на площадях после объявления о мятеже. Когда на их глазах расстреливали военных и гражданских губернаторов планет, толпа молчала, находясь под прицелом вооруженных бунтовщиков. Но от нее веяло лютой ненавистью. Расстрел оказался ошибкой Т'а Раге, страшной ошибкой, после которой жители городов перестали подчиняться любым приказам. Если им угрожали оружием, люди отходили и стояли в отдалении, ожидая непонятно чего.
От их молчаливого осуждения солдатам бунтовщиков становилось не по себе. Многие уже сами не понимали, как дали уговорить себя на эту чудовищную авантюру. Да, после установки орбитальных платформ противокосмической обороны с орудиями класса «Астарк» великий князь не мог высадить на планетах восставшего сектора войска, но все понимали, что Раван найдет выход. И он нашел его, причем совершенно неожиданный для Т'а Раге с подельниками. Настолько неожиданный, что впору было бросать оружие. Никому в голову прийти не могло, что великий князь договорится с Аарн. Такого не делал никто и никогда, но Равану законы были не писаны. Он всегда плевал на все и всяческие обычаи, если они мешали ему.