Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

– А теперь прошу вас пятерых следовать за мной, – разнесся над площадью голос мага. – Остальные пока свободны. Завтра утром всем снова прибыть сюда.
Кеваль подошел к встревоженно переглядывающимся сослуживцам и постарался успокоить их. Кирон и Залин были спокойны, Келин и Ирлин явно нервничали – никто не понимал, что понадобилось от них странным завоевателям. Остальные стражники медленно потянулись с Площади Жертвоприношений, постоянно оглядываясь на остающихся. Командор повернулся к Кевалю и ободряюще улыбнулся, но сотнику от улыбки колдуна стало еще более не по себе. Тот что-то сделал, и прямо перед эльфами распахнулась черная воронка. Кер за локоть потянул ошеломленного друга прямо к ней. Сотнику стало страшно – хоть он и видел, как черные выходили из таких воронок, но уж больно она походила на смертоносный смерч. Остальные четверо обреченно пошли за ними, на лицах стражников была уверенность в том, что они идут на смерть. Может, воронка – это такой экзотический способ казни?
Странное ощущение растянутости, мельтешение белых бликов в глазах, и Кеваль оказался в светло-серой комнате, очень богатой комнате, такую роскошь он видел разве что в замках магов. Впрочем, а где он сейчас? Да в замке мага же! Правда, этот замок почему-то называли кораблем, но это сотника, в общем-то, не касалось. Как бы ни называли замок, он все равно оставался замком. Посреди комнаты стоял круглый стол, окруженный удобными мягкими креслами того же светло-серого цвета.
– Прошу садиться, – Командор указал рукой на стол, и стражники нерешительно расселись.
Кеваль присел на самый краешек кресла, чувствуя себя крайне неуютно – никогда еще не приходилось сидеть в присутствии мага. Но тот ведь сам приказал! Прямо из стола вырос стакан с золотистым напитком, и сотник вздрогнул. Запахло чем-то странным, но явно спиртным. Кер хлопнул его плечу, сев рядом, и поднял вверх такой же стакан. Кеваль взял свой, тоже поднял его, приветствуя друга, и отхлебнул. Да... Такого ему пивать не доводилось в самых лучших и дорогих кабаках Инторега. Крепкое, очень крепкое бренди или что-то подобное. Но каков букет! Чудо просто. Впрочем, времени наслаждаться напитком не было, и Кеваль уставился на севшего напротив мага.
Краем глаза он наблюдал за остальными эльфами, с каменными лицами сидящими на краешках кресел. Бедолаги были напряжены, как никогда, ни один не решился взять стакан с бренди, хотя ноздри Ирлина и подергивались от заманчивого запаха господского питья. Остальные не позволили себе и этого. Каждый искоса разглядывал странную комнату – ее полукруглые стены не походили ни на что знакомое. На них висели какие-то украшения, и опять же не было понятно, что эти украшения из себя представляют. Непонятным оказалось и то, откуда брался свет, ни единого факела Кеваль не видел – казалось, светится сам потолок. Это тоже возможно, от этого странного мага можно ждать чего угодно.
– Итак, мы пригласили вас, чтобы решить судьбу вашего города и вашего народа, – привлек сотника голос Командора. – И решать эту судьбу предстоит вам пятерым.
Что?! Он не ослышался? Им решать судьбу Инторега?! Кеваль даже рот приоткрыл, пытаясь что-то сказать, как-то возразить, но только тихо сипел. Слова не лезли из глотки, ну хоть ты плачь, не лезли. Да этот стегов колдун что, с ума сошел? Кеваль же просто сотник, а остальные и вовсе рядовые стражники! И им решать судьбу страны?! Чушь какая-то...
Командор с улыбкой наблюдал за ошеломленными его заявлением эльфами, переглядываясь со скалящим зубы Кером. Точно так же посмеивалась невероятным образом исцеленная Касра, теперь-то Кеваль видел, что это именно она. И вспоминал, на что была похожа девочка всего лишь неделю назад. Каким же могуществом обладает этот маг? Это что-то страшное и невозможное, теперь сотник уже верил, что Командор в одиночку уничтожил колдунов Синклита Двенадцати. Для него, похоже, это вовсе нетрудно. Но хотелось бы все-таки понять, откуда он и его воины вообще взялись. Ну не было их на плоскогорье, никогда не было!
 
– Я понимаю, что вам трудно понять, принять и смириться, – продолжил между тем маг. – Но придется. Вы хотите знать, кто мы и откуда взялись. Отвечу. Мир не один, их бесчисленное количество. Ваш мирок располагается в самой середине наших владений, скрытый пылевым облаком. Представь себе, Кеваль, что однажды в своем доме ты обнаруживаешь, что что-то начало страшно вонять. И не знаешь, что именно. Как ты поступишь?
– Ну, я... – протянул растерянный сотник. – Начну искать, что именно испортилось и воняет. Ну, и выброшу, наверное...
– Правильно, – усмехнулся маг. – Точно так же поступил и я. Начал искать. И знаешь, что я нашел?
– Нет.
– Вас, ваш мир. Это он так страшно вонял. Вонял болью, смертью, ненавистью и подлостью. А подобные «запахи» мы выносить не в состоянии. Пришлось что-то делать.
– Не понимаю... – настолько растерянным Кеваль еще не бывал. Магу неприятны эманации боли? Невероятно!
– Мы иные и живем по-иному, – снова усмехнулся Командор. – Ну, и что же мне делать с вашим миром? «Выбросить», как ты советуешь?
– А... – только и смог выдавить Кеваль – и кто его, идиота старого, за язык тянул?!
– Увы, не могу – вы живые. Жравших чужую боль я уничтожил. А всем остальным, если они хотят выжить, придется измениться. Ведь когда-то, Кеваль, ваш народ был самым мудрым и самым добрым среди всех народов галактики. Мне жаль, что вы превратились в чудовищ, и я очень хочу, чтобы эльфы снова стали прежними. Мудрыми и добрыми.
Его народ был мудрым и добрым? Это когда же такое происходило? Кеваль припомнил старинные легенды, читанные еще в детстве. Тогда их можно было найти кое-где, колдуны еще не успели сжечь свитки и предать их анафеме. А ведь кое в чем странный маг прав... Не упоминался в древних легендах ни Вульхас, ни колдуны, пытающие и убивающие ради него. Мудрые драконы – были. Маги, добрые маги – были. Любовь – была. Честь и справедливость – были. Радость творчества и создания нового – была. А вот ненависти и подлости напрочь не было. Так что же это получается? Они сами пошли на поводу прислужников Вульхаса и забыли, кем являлись когда-то?
С какой стороны ни посмотри, а проклятый Командор прав. Как тихо и незаметно колдуны Синклита прибрали к рукам Инторег... Не спешили. И первую жертву своему Вульхасу принесли только лет через триста после пришествия к власти. А когда никто не обратил на жертвоприношение особого внимания, продолжили свое страшное дело. Эльфы постепенно привыкли подчиняться. Да и запуганы были основательно. Кеваль вспомнил Инторег до Вульхаса с его слугами и вздрогнул – ведь это был совсем другой город, город, из которого еще не ушла радость, где еще звучал веселый смех. Город, в котором еще кто-то кого-то любил и кому-то верил. И как с каждым днем этот город мрачнел, темнел, как в нем поселялись страх и ненависть, злоба и предательство. Как честь объявили злом, подлость вознесли на пьедестал добра. И те, в ком эта честь еще оставалась, вынуждены были прятать ее глубоко-глубоко в душе.
Да, маг прав... Их мир вонял, вонял хуже выгребной ямы. Давно пора это понять. Ведь было же время, когда они сами могли остановить колдунов Синклита. Но не остановили... Каждый выживал в одиночку и плевал на других. Он сам, в том числе. Кеваль попытался представить, как мог выглядеть нынешний Инторег в глазах героя из древних легенд, и ему стало страшно. А если эти воины пришли оттуда, где царят законы, похожие на описанные в легендах? Как для них выглядит его мир? О, небеса! Да они должны были передавить всех жителей Инторега, как крыс! И оказались бы полностью правы, если бы сделали это. Сотник снова вспомнил жертвоприношения и вздрогнул. Едва ли не впервые за последнюю тысячу лет ему хотелось плакать.
– Теперь Синклита и Вульхаса нет, и никто не сможет помешать вам измениться, – из глаз мага лучились такой силы доброта и сочувствие, что Кеваля всего пронизывало ими, и воин чуть не задыхался от наплыва непривычных чувств. – Но возникает несколько вопросов.