Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

– Да. Уникальная цивилизация биологического типа, развивающаяся взрывообразно. Симбиоз десятков форм разумной жизни. Да, созданных искуственно, но это еще интереснее.
– Что же в этом интересного?
– Это технологическая цивилизация не представляет собой интереса, особенно если она еще и рационалистична, – в глазах девушки светилась ирония. – Понимаете, ни одна рационалистическая цивилизация за миллиарды лет так и не перешла на следующий уровень развития. Такой вот парадокс. Я посмотрела статистику.
– Вы уверены? – помертвевшим голосом спросила о-тиэ.
– К сожалению… – грустно вздохнула Элька. – Теперь вернусь к уникальным цивилизациям. Вы заметили, что мы вмешиваемся очень редко?
– Естественно.
– В подавляющем большинстве случаев нас не интересуют зонируемые миры, включение их в конклавы не несет ни плохого, ни хорошего, а для них самих даже полезно – сокращает путь. Но когда идут попытки ассимиляции уникальных миров или имеющих какое-то, даже нам порой неясное, значение, в Сети, которую вы именуете изнанкой, возникает так называемый диссонанс. Это сигнал для Бардов, сообщающий о необходимости вмешательства. Если не сделать этого, последствия включения уникального мира в конклав катастрофичны и для него, и для конклава. Я подготовила для вас модель развития ситуации в Арао-Ден без нашего вмешательства.
Боковая стена кабинета превратилась в голоэкран, на котором начала разворачиваться картина распада и гибели конклава Арао-Ден. За каких-то сто пятьдесят лет он превратился бы в скопище аморфных, слабых государств, воюющих между собой. Ксенологические формулы, хорошо понятные госпоже Варот, иллюстрировали причины. Как ни странно, в основе происходящего лежало именно включение в конклав и изменение под общий уровень планеты, на самом деле перемещенной Бардами в другую вселенную.
– Каким образом были выведены эти формулы? – хмуро спросила о-тиэ.
– Они принадлежат цивилизации, опередившей вас на миллионы лет, – усмехнулась Элька. – Мне пришлось долго возиться, прежде чем я сумела привести их к понятному вам виду. Мы готовы передать вам эти методы расчета в надежде, что вы перед ассимиляцией очередного мира все же рассмотрите все последствия этого.
– Будем крайне признательны! – наклонила голову госпожа Варот. – Вы зря считаете нас дураками, никто не станет трогать планету, ассимиляция которой может привести к подобным последствиям.
Она кивнула на экран.
– Хорошо, коли так, – негромко сказала Элька. – И еще вопрос: не кажется ли вам, что идти по пути, приведшему к гибели тысячи цивилизаций – неразумно?
– Кажется, – согласилась о-тиэ. – Но почему вы считаете наш путь таковым?
– Я могу дать вам доступ в социологический архив народа, давно ушедшего в Сферы Творения, этот архив охватывает несколько миллиардов лет в нескольких вселенных. Думаю, вполне достаточно для статистической выборки.
– Да, достаточно.
– Передаю координаты архива в память искина – корневая директория, рабочая папка главного администратора, подпапка «Архив Оа-Он». Он занимает целую планету, думаю, сумеете разобраться – защиты оа-он никогда не устанавливали. Да вы, насколько я помню, встречались с их артефактами.
– Вы уже взломали искин? – недоверчиво приподнялись брови о-тиэ.
– Ничего сложного, – вежливо улыбнулась девушка. – Вы почему-то боитесь разумных интеллектронных систем. Если бы ваш искин был разумен, справиться с ним так легко стало бы невозможно.
– Искуственный разум слишком опасен, – возразила госпожа Варот. – Были прецеденты, после которых никто не станет рисковать.
– Это ваши проблемы. Напоследок хочу сказать еще кое-что. Еще один повод поразмышлять.
– И какой же?
– Насколько мне известно, вы контактировали с осознающими Российской Империи.
– Предположим.
– Но вы ни разу не наблюдали за их работой в Сети при ассимиляции планеты, – в глазах Эльки мелькнуло ехидство. – Понаблюдайте разок, не помешает.
– А зачем? – снова прищурилась о-тиэ.
– Их Сеть пускает выше, чем вас. С чего бы это? Подумайте, среди ди-эмпатов хватает умных людей, способных сделать выводы из увиденного.
 
– Выше, говорите? – задумчиво переспросила госпожа Варот. – Тому есть причины?
– Конечно, есть, – Элька встала. – Но я не собираюсь вам ничего объяснять, рано – сперва убедитесь в том, что я говорю правду. Скажу только, что Сеть сама решает, кого и куда ей пускать, она в каком-то смысле разумна. Это очень своеобразный разум, но все же разум. Прошу передать сказанное мною другим, особенно главе психокорпуса объединения Итеан.
– А откуда вы взяли, что я имею какое-то отношение к психокорпусу? – поинтересовалась о-тиэ, откидываясь на спинку кресла.
– Предполагаю, – усмехнулась девушка. – Пока прощаюсь, скоро навещу вас еще раз. Если при нашем разговоре захочет присутствовать еще кто-нибудь – добро пожаловать.
Она коротко поклонилась и исчезла, портала о-тиэ зафиксировать не смогла и сжала губы от досады, но сразу же привычно подавила недостойное ди-эмпата чувство. Затем, несмотря на усталость, включилась в искина и сообщила о происшедшем всем, кому полагалось об этом знать. Сообщенное ученицей слишком важно, разбираться в нем придется лучшим аналитикам корпуса. Вполне возможно, что кое-какие посылки были изначально неверны, что и привело к неудачам последнего времени. Признавать собственные ошибки ди-эмпаты всегда умели и не считали себя непогрешимыми.
Где-то в коконе измененного пространства-времени за Элькой наблюдал Риден, восхищенно покачивая головой – ну до чего же предприимчивое дитя! Чудо, а не девочка. Только вот о безопасности своей думать не желает, придется самому за ней приглядеть, чтобы снова не вляпалась. Куда это она направилась? В Юои Жерг? В памяти тамошних искинов рыться? Ну, не наглость ли? Если заметят, в эрганате такое поднимется, что… Палач тихо рассмеялся и скользнул за девушкой, оставаясь незамеченным. Из этой малышки на глазах вырастает что-то очень необычное, вскоре она, похоже, перетряхнет Бардов и заставит измениться застывшую тысячелетия назад структуру. Древнейший, судя по всему, это тоже понимает, но сомневается в своих выводах, потому и поручил ей невозможное. Убедиться хочет.
Вторые сутки Элька прыгала из конклава в конклав, роясь в памяти искинов и компов, считывая память нужных людей, выстраивая цепочку взаимосвязей в корпусе ди-эмпатов. И постепенно приходила во все большее недоумение – выуженная информация никак не желала складываться в цельную картину. Бессвязные отрывки, не более того. Причины сближения ди-структур разных конклавов так и остались тайной за семью печатями. На первый взгляд, инициаторами выступили ди-эмпаты Юои Жерг, но только на первый. Чем больше узнавала Элька, тем сильнее сомневалась в этом. Права Джессика, не хватало какого-то звена. Но и тиэррей на роль кукловодов не слишком подходили. Любопытная цивилизация со странными обычаями и вывернутыми наизнанку понятиями о добре и зле, не более того. И ди-эмпаты их довольно слабы даже по сравнению с созидающими Арао-Ден, не говоря уже о ди-эмпатах Итеана или империи Оделан. Вряд ли они сумели бы спровоцировать тех на объединение.
Решив где-нибудь посидеть и подумать, Элька нашла ближайший населенный мир и скользнула к нему по нити. На выходе девушка уловила смутно знакомую ауру и удивилась – на планете находился человек, которого она уже встречала. И кто это, интересно? Вот так-так! Кевин, пилот «Ржавого примуса», помогший в свое отыскать выпавшего в открытый космос Барда. Значит, этот мир принадлежит Федерации Аргум, стремительно превращающейся в конклав. Но ди-эмпатическая структура здесь еще не возникала, а без нее ни одно государство, разросшееся до галактических масштабов, долго не просуществует – тому было достаточно примеров. Тем более, имея столь неудачное общественное устройство – плутократию, лживо именуемую демократией.
Быстро просканировав планету, Элька нашла Кевина. Тот отдыхал в каком-то уютном баре и не спеша потягивал коктейль, лениво переругиваясь с сидящими за соседним столом – скорее всего, коллегами – пилоты всегда и везде предпочитали общество себе подобных. С обывателями, не понимающими сумасшедших, рвущихся в космос, им говорить было не о чем.