Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

— Позвони! — крикнул Скрипач. — Гревис, позвони, и предупреди, во сколько тебя ждать послезавтра!
— Ладно, — крикнул Кир в ответ. — Бывайте!..
— Спасибо еще раз! — Ит помахал рукой.
Лодка уходила от пристани все дальше и дальше, и вскоре причал Московского терминала скрылся из виду.
— Так что произошло? — в который раз спросила Берта. — Вы хоть что-то сегодня расскажете?
— Что на обед? — поинтересовался практичный Скрипач. — Баш на баш, Бертик. Сначала ты, потом мы. Ага?
— Вот сейчас как тресну тебя, — угрожающе начала Берта.
— Изверг, — проворчал Ит. — Как будет «изверг» в женском роде? — спросил он Скрипача. Тот пожал плечами. — «Извергиня»? Или «изверга», с ударением на втором слоге? Ну, хорошо. Я работал Пластину, — признался он. — Из метаморфоза вышел плохо. Так что придется немножко полечиться. И чего?
— Да ничего. Просто тебя сейчас можно сфотографировать, и вешать это фото на трансформаторные будки, чтобы дети не лазили.
— Но ведь обошлось же, — пожал плечами Ит.
— И то слава богу…
* * *
Конечно, очень приятно сидеть в мягком старом кресле с тарелкой, полной всяких вкусностей в одной руке и со стаканом великолепного кагора — в другой, и лениво о чем-то говорить. Особенно когда рядом никого лишнего, а вместо излишне яркой люстры на стене светит уютное бра. Когда ты дома, и душа спокойна этим пониманием, и все, вообще все вокруг уютно и правильно, насколько это вообще возможно.
…Первый час Ит чувствовал себя немного не в своей тарелке, такую бурную деятельность развела вокруг него Берта, но потом слегка разомлел, и решил принимать все как есть. Ну хочется ей так, а значит, нет никакого смысла спорить и сопротивляться. Женщина — всегда настоит на том, что решила, и совершенно неважно, права она, не права, нужно это, не нужно. Она решила, значит, так и будет.
Застолье и впрямь превосходило ожидания. Заливное, картошка со свининой, два больших пирога, с яблоками и с вареньем, огромное блюдо пирожков поменьше — с капустой, с мясом. Тарелка с соленьями, тарелка с сырокопченой колбасой (и где только достала?), тарелка с рокфором, который любили все трое. Бутылка кагора, бутылка шампанского, ситро…
— Бертик, давай половину в холодильник спрячем и достанем, когда Кир приедет? — предложил Скрипач, но Ольшанская строго глянула на него и заявила, что, когда он приедет, можно будет еще приготовить.
— Просто какой-то Новый год, — с ужасом произнес Ит, тоже увидев стол. — Слушай, мы ведь и правда не съедим. Куда нам столько?
— А ты вообще молчи, скелетина. Идите в душ, и садимся.
…Иту что-либо делать Берта категорически запретила. Сейчас она и Скрипач накрывали стол к чаю, а Ит мужественно боролся с последним куском заливного, которого ему почему-то положили в двойном количестве. Класть обратно на блюдо — некрасиво, съесть — уже не лезет…
— Вот, значит, как, — протянула Берта, дослушав их рассказ про последние события. — Интересная версия. То есть они считают, что существует следующая ступень, которая является, по сути дела, конечной?
— Я, конечно, прочел не все, — осторожно начал Ит. — Но если исходить из того, что успел узнать… да. Терра-ноль — предпоследняя ступень, а за ней следует последняя. Некий пульт управления вселенского масштаба.
— Ты-то сам понимаешь, что это чушь? — спросила Берта строго.
— Как тебе сказать. Я понимаю, что это — ошибка. — Ит отковырнул вилкой кусочек заливного, задумчиво посмотрел на него. — Очень примитивный подход к задаче, которая просто не может решаться так просто.
— Вот с этим согласен, — тут же встрял Скрипач. — Нелогично.
— Почему? — живо спросила Берта.
— Ну хотя бы потому, что вселенная — бесконечна, — пожал плечами Рыжий.
— Это тоже. Но тут у меня получается несколько иная картина, хотя бы потому, что исходные условия — априори другие. Это физика, которая, как известно, плохо вяжется с любой идеологией. — Берта усмехнулась. — Все процессы, которые можно наблюдать тут, объяснимы. И не с мистической позиции. Они поддаются измерениям, они…
 
— Брид с Тринадцатым говорили о том, что не поддается, — напомнил Ит.
— Не «не поддается». Мы просто не знаем способ, чтобы это измерить. Мы его ищем. Кстати, успели найти кое-что интересное, причем тут же, в Москве. Жаль, что вы не сумели привезти данные по острову…
— Кое-что сумели, — возразил Ит.
— Не совсем то, что нужно, но косвенно они подтверждают наши новые наработки, — пояснила Берта. Она уже успела кое-что посмотреть, Ит перебросил ей часть считок. — В любом случае, информация пригодится. Так вот, пока вы были в командировке, мы работали в Москве. Подробнее расскажем вместе с Ри и Джесс, а пока скажу коротко. Эта площадка «звучит», но не так, как гексы.
— А как? — поинтересовался Ит.
— Мы вывели новое понятие, Ри его назвал цикличной внутренней долевой пульсацией. Приедем в «Бор», все расскажем и покажем подробно. Сейчас скажу только одно — Ит, мы не могли в тот раз сделать правильные измерения… из-за тебя. Ты своим присутствием на той площадке искажал картину. Она действительно на тебя реагировала, мы этого просто не поняли.
Ит изумленно посмотрел на нее.
— Ты уверена? — спросил он. — Честно говоря, я в тот раз не очень-то поверил Бриду с Тринадцатым.
— Да, уверена. Без тебя площадка звучала иначе. Кроме того, эмпаты подтвердили другие предположения. Например то, что за этими порталами действительно есть некая обитаемая вселенная, но она имеет совершенно другую структуру, и… Нет, на сегодня хватит. Все потом. Когда будем вместе.
— Потом так потом, — согласился Скрипач. — Ит, пей чай, и ложись спать… Ты поняла, что случилось? Этот кретин на выходе из метаморфоза едва не ссыпался! Если бы один добрый доктор не помог, нас бы уже выслали отсюда.
— Да ты что…
— Вот и то!.. Мы с Киром его сутки откачивали. Шикарно, ну просто шикарно получилось — прикинь, вокруг полно народу, а у нас в номере, по сути дела, полу-труп, который ко всему прочему надо ото всех каким-то образом спрятать. В общем, Волк… Ну, Сергей Волков, кличка у него Волк… Он, оказывается, учился у Фэба. И очень хорошо его знал.
— Так?..
— И про нас он тоже знал. Поставил этому убогому высокую годность формы, одарил лекарствами, и подтвердил плановый выход, — Скрипач покачал головой. — Как говорится, где найдешь, где потеряешь.
— Не знаю, что теперь с ним будет, — с горечью заметил Ит. — Там кроме него еще врачи были. Боюсь, что даром это все для него не пройдет.
— А что могут сделать? — спросила Берта.
— Не знаю, — Ит опустил голову. — Это зависит от того, какая у него степень лояльности, и насколько он исчерпал квоту доверия. Если лояльность высокая, то не будет ничего. Если нет… могут начать проверять. Могут проверить и нас, кстати…
— Поэтому надо побыстрее восстановить форму, — подвел итог Скрипач. — Чтобы на другой проверке, буде она случится, прийти и сделать большие глаза — что, мол, не так? Смотрите сами, все отлично.
— Ясно, — покивала Берта. — В таком случае, Ит, иди и ложись. Мы сами посуду помоем. Спокойной ночи.
  
Москва — «Бор»
 
Эксперимент
 
— …Вот такая получается по итогам картина, — заключил Ри. — Каждый сегмент, условный сегмент, перемещается в пределах площадки. Они не стоят на месте, они двигаются.
Скрипач, подперев голову рукой, что-то чертил на листе бумаги, который лежал перед ним на столе. Ит смотрел на Ри, ожидая продолжения, но тот молчал.
— Как «пятнашки», — сказал Скрипач. — Да? Они двигаются не по кругу, а…
— Хаотично? — Ит задумался. — Похоже на броуновское движение?
— На первый взгляд — хаотично. Но на деле это не так. — Ри подошел к доске, висящей на стене зала для совещаний, взял мел. — В этом движении есть и ритм, и логика, и закономерности.
— А сколько всего элементов? — поинтересовался Ит.
— Мы зафиксировали на этот момент шестьдесят относительно крупных сегментов, и около шестисот — мелких.