Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
Транспортник (разговорное) – человек, обслуживающий машину перемещения, работник Транспортной Сети.
Узел, логический узел – теоретическое понятие, точка ментального пересечения параллелей миров сиура.
Холм Переноса (разговорное) – одно из названий машин Транспортной сети.
Центр зоны, база – здесь: планета, являющаяся официальным представительством Сэфес. В данном произведении речь идет об Орине.
Эгрегор – в системе представлений Сэфес: ментальная оболочка низовой единицы сиура, т. е. планетарной системы.
Стадия Энриас – вторичная стадия развития экипажа Сэфес.
Эрсай – структура, призванная направлять деятельность Систем Контроля. Приставка «эр…» в данном случае говорит о «надстоянии» структуры. Эрсай малочисленны. В физические тела воплощаются очень редко, чаще всего – под конкретную задачу. Основной вид деятельности данной структуры – выявление потенциальных Контролирующих и ведение подобной личности – либо до начальной стадии обучения, либо до уничтожения объекта. Изредка Эрсай выполняют вспомогательную функцию при решении спорных задач в системах Контроля, исполняя роль третейского судьи, но это скорее исключение, чем правило.
Give me a chance and I’ll let you see how
Nothing has changed…
Дай мне шанс, и я покажу тебе,
Что ничего не изменилось…
Строчка из арии «You must love me», «Evita» —
мюзикл Э. Л. Уэббера и Тима Райса.
Таблица соответствия нот частотам,фактор 1,059463 (2^1/12)
C 16,35159783
# 17,32391444
D 18,35404799
# 19,44543648
E 20,60172231
F 21,82676446
# 23,12465142
G 24,49971475
# 25,9565436
A 27,5
B 29,13523509
H 30,86770633
C 32,70319566
# 34,64782887
D 36,70809599
# 38,89087297
E 41,20344461
F 43,65352893
# 46,24930284
G 48,9994295
# 51,9130872
A 55
B 58,27047019
H 61,73541266
C 65,40639133
# 69,29565774
D 73,41619198
# 77,78174593
E 82,40688923
F 87,30705786
# 92,49860568
G 97,998859
# 103,8261744
A 110
B 116,5409404
H 123,4708253
Иар Эльтеррус
Екатерина Белецкая
ЗВЕЗДНЫЙ КОЛОКОЛ
Посвящается тем, кто бесконечно дорог и бесконечно далек
ПРОЛОГ
Орин
— Зная, кто они такие…
— А кто они такие?
— Не смеши меня. Огден, это уже действительно не дело.
— Ты не передавал мне информацию по ним. Так что на вопрос «кто они такие?» можешь ответить только ты, Гарай. Как руководитель кластера.
— Ты зря ссорился с ними. Очень зря. Потому что сейчас твои ссоры и этот твой последний экзерсис с тестами начинают работать против нас.
— Нас?..
— Именно нас.
— Ты хочешь сказать, что они — какие-то существа высшего порядка, что ли?
— Я этого не говорил. Но… смотри, что получается. То, что они, все трое, что-то необычное, — знают все. Все без исключения. Начиная от Аарн, заканчивая Эрсай. И я бы очень хотел попросить тебя впредь быть с ними несколько более осторожным. Вообще, если серьезно, они уже не нужны Официальной службе.
— Даже так? По-моему, несмотря на ряд недостатков, они более чем неплохие специалисты.
— Специалисты — да, но… они заигрались, ты не находишь? Я не веду речь об увольнении, но я был бы только «за», если бы они… как бы так сказать… были максимально далеко от активных центров структуры. Или…
Молчание. Тяжелый вздох.
— Или чтобы их вообще не стало?
— Огден, что ты себе позволяешь?!
— Я себе позволяю говорить вслух то, что у тебя, Гарай, произнести — кишка тонка. Ты подумал, я сказал. Можешь не начинать, я не предлагаю таких радикальных мер. Но если они пойдут туда, куда рвутся пойти, все может решиться само по себе.
— Знаешь что, Огден… Если бы я мог, я бы тебя уволил. К сожалению, не могу. Ты…
— Что — я?
— Ты слишком жесток. Это подло.
— Это не подло, — смешок. — Это закономерно. Можешь не волноваться, Гарай. Сейчас они ушли, так сказать, на вольный выпас. На Терру-ноль.
— На что ушли, я не понял?
— Когда животное пасется без пастуха, это называется вольный выпас. Пастуха у них там толком нет, так что некому обезопасить их от неприятностей.
— Слишком рискованно.
— Для кого?
— А вот это действительно хороший вопрос…
Часть первая
ИСХОД
Орин
Бегство
— Эй, с тобой все в порядке?
Боевик стоял посреди комнаты и растерянно улыбался. Приглушенный свет рисовал его высокую фигуру на фоне черного, залитого дождем окна: глубокие темные тени, неожиданный отблеск на смуглой коже, длинный светлый шрам на загорелом предплечье. И поза — этакая спокойно-расслабленная готовность к броску. Ну и реакции! Змеи отдыхают…
Нужно собраться с силами и ответить.
А не получается.
Внутри — свернутая в тугой узел колючая проволока, и непонятно из-за чего. То ли из-за того, что он ударил, то ли из-за чего-то другого — настолько мерзкого и постыдного, что даже думать про это не хочется.
— Ну, ты и псих, — в голосе боевика послышалось неподдельное уважение. — С тобой все нормально? Вызвать кого-нибудь? Да не молчи ты, отвечай, давай!..
— Нет, — с трудом выговорил Ит. — Не надо никого вызывать.
— Может, хоть встанешь? — Боевик сделал шаг вперед, и Ит против воли еще сильнее вжался спиной в стену. — Помочь?
— Нет. Сейчас…
Для того чтобы встать, надо, как минимум, сначала разогнуться. Попробовать. Не получается. Больно. Хотя если вот так, как сейчас, еще терпимо. Колени к подбородку, намертво сцепленные замком руки… хочется еще сильнее сжаться в комок, чтобы каким-то внутренним усилием тела раздавить, расплющить это средоточие боли, притаившееся в глубине, но не получается, не хватает сил… тогда — хотя бы спрятать пылающее от стыда и унижения лицо, и закрыть глаза, чтобы не видеть, просто не видеть — и этой фигуры, и окна, и осеннего дождя, и света…
Ит судорожно вздохнул, всхлипнул — хотелось тихо, но не вышло. Боевик, конечно, заметил. Присел на корточки рядом, участливо заглянул в глаза. На лице — все та же растерянная улыбка непонимания.
— Чего с тобой такое? Эй, псих?..
Только бы он не дотрагивался. Только бы он… Только бы…
— Мне надо выйти, — относительно приемлемая фраза. Одна маленькая деталь — чтобы выйти, надо встать. Всего-то.
— Ну, выйди. Вставай давай. Помочь?
— Не надо.
— Слушай, я тебе что-то все-таки отбил. — Улыбка становится чуть виноватой, но именно что чуть. Не чувствует он за собой особой вины. — Сейчас медиков вызову.
— Не надо!
Ну-ка, кто у нас сильнее — воля или тело? Собраться. И — рывком. Все эти плавно-медленно-тихонько — к черту. Рывком — на ноги. В глазах темнеет, но буквально в трех метрах впереди выход из комнаты… как хорошо, что эти домики такие маленькие, и нет бесконечных коридоров, переходов, и прочего, лишнего, ненужного… Несколько шагов, и дверь послушно открывается, выпуская туда, куда хотелось — под ледяной осенний дождь, и со всего маху на колени, и холодная вода по обнаженной спине, и терпкий запах умирающих листьев и травы, и спасительный холод, и мокрые, скользкие камни, и непроницаемая мгла.
Бесконечный дождь, ночь; одно-единственное желание, которое вполне можно осуществить — оказаться максимально далеко отсюда, а для этого нужно встать на ноги, и пойти прочь, ведь там, в конце пустой улицы — тропинка по склону, вниз, с горы, потом выход в степь, потом был перелесок, потом река… дойти, и… больше всего хочется… если кто-то другой не пристрелит, то я сам…