Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
Мысленно проклиная про себя катер, Ри, Онипрею, Гоуби и вообще всю эту отработку, он снова ушел в слепую зону рядом с воздуховодом. Ждать оставалось еще минут пятнадцать.
– Потерпите, ребята, – беззвучно шепнул Мотылькам Ит, не особенно рассчитывая на ответ. – Обещаю, скоро будет тепло. Ну и… если все получится, то издеваться над вами больше никто не станет. Я прослежу.
Внезапно пришел образ, совершенно неожиданный – тьма, и в этой тьме по его собственной голове вдруг скользнула теплая рука, пальцы провели по виску, а потом голос в недосягаемой высоте произнес какую-то неразборчивую короткую фразу; и мир вокруг внезапно преисполнился благодарностью и надеждой. Кто-то из этих бедолаг все-таки рискнул и ответил.
– Все будет хорошо, – шепнул Ит. – Клянусь, все будет хорошо…
* * *Ри пребывал в тихом бешенстве, Скрипач просто волновался, не зная, что и думать. Час назад Ит велел им двоим брать машину и ехать за город, в район, выбранный наугад – он сам их найдет. Ри, час назад вернувшийся в дипломатический отдел после разбирательства, связанного с очередным нарушением Сетью Ойтмана какого-то свода (собственно, для этого ему и был нужен катер), даже поесть не успел. Скрипач, весь день мотавшийся по разным делам в городе и встретившийся еще раз с Орбели, тоже подустал и сейчас хотел не ехать куда-то, а хотя бы час-полтора передохнуть.
Однако Ит был неумолим. В результате они минут сорок рыскали по каким-то проселочным дорогам, после чего Ри остановил машину и сказал, что с него на сегодня довольно. Минуты через три рядом с машиной сел невидимый катер, и часть обшивки тут же стекла вниз.
– Ладно, пошли, – проворчал Скрипач, выбираясь из машины наружу. – Ри, он не стал бы просто так это делать. Видимо, действительно что-то важное.
– В том, что важное, я не сомневаюсь, – парировал Ри. – Но надо же соблюдать хоть какие-то пределы… а, чего уж там…
В катере обнаружился Ит, сидящий в кресле по центру каюты, и… затянутая белой паутиной медицинская ниша на противоположной стене.
– Ты что, опять кого-то подобрал? – с ужасом в голосе спросил Ри, вспоминая недавний разговор с Огденом и приходя к неутешительному выводу, что тот был прав насчет гермо и тестов.
– В некотором смысле, – невозмутимо ответил Ит. – Может быть, вы все-таки зайдете внутрь, или мы будем изображать посадку НЛО на лесной полянке и дальше?
Сейчас вход в катер снаружи выглядел действительно несколько сюрреалистически.
– Замерз? – участливо спросил Скрипач.
– Есть немного, – отозвался Ит. – Но это ерунда. Ребята, во-первых, у меня очень много новых данных для проверки, во-вторых, мне срочно нужна сравнительная выборка по части законов, которых нет в базе, и, в-третьих… слушайте, сядьте оба, а? У меня шея болит, так разговаривать нормально невозможно.
– И что же произошло? – поинтересовался Ри, присаживаясь на вырастающее из пола кресло.
– Ты уже видел местных кукол? – спросил Ит.
– Каких именно? Детских или тех, о которых вы говорили?
– О которых мы говорили, – Ит прищурился. – Судя по реакции, не видел.
– Там что, то, о чем я… – начал было Скрипач, но Ит взмахом руки прервал его:
– Погоди, Рыжий, не перебивай. В процессе отслеживания разговора Гоуби с ее младшим братом я узнал, что у нее дома хранятся три так называемых Мотылька. С которыми она… нет, об этом, пожалуй, позднее. Так вот. Мне удалось взять брата под воздействие…
– Сдурел! – рявкнул Скрипач.
– Именно. Взять под воздействие и выкрасть всех трех кукол. Общение с Джессикой, видимо, сказывается, – Ит улыбнулся Ри, словно не замечая его возмущенного взгляда. – Потом за мной пришел катер, я в него сел и отправился сюда. Всех троих кукол я положил на полочку, которую катер сделал в каюте по моей же просьбе. А теперь – внимание. Вопрос вам двоим. Во время оно три молодых придурка, искин секторальной станции, и этот вот непосредственно катер сочли троих контролирующих необратимо мертвыми. Было? [67] После этого в системы подобной техники было внесено изменение – стасис и сходные состояния теперь смертью не считаются. И признаки жизни для Контроля, Палачей, ряда Мастеров и Эрсай теперь другие, верно?
Ри и Скрипач синхронно кивнули.
– Я вел машину, тут вся дорога, если по каналам, занимает три минуты. Через три минуты я обернулся. И увидел вот это, – Ит кивнул в сторону ниши. – Я не просил катер ни о чем. Мне подобное и в голову прийти не могло.
– Стой, подожди. Невозможно… – Ри потер лоб ладонью. – Катер даже по твоей просьбе ничего бы не сделал, если бы речь шла о неживом предмете. У Сэфес вообще с чувством юмора не очень, это тебе не Барды и, тем более, не искины. Но даже самый бестолковый искин такими вещами шутить бы не стал. А катер, в принципе, это же машина, в конце концов.
– Ты понимаешь, что это значит? – спросил Ит.
– Я понимаю, что вся эта отработка идет к чертовой матери. – Ри задумался. – Это в корне меняет дело. Погоди, дай сообразить… Нужен кто-то, кто имеет право давать экспертное заключение по таким вопросам. Что с ними делала Гоуби, почему катер стал их лечить?
– Подойди и посмотри, – посоветовал Ит. – Историю я расскажу потом, сейчас кратко. Она их держала три года в изоляции и… пытала, издевалась, уродовала. Сейчас это заметно меньше, катер уже исправляет. Собственно, я поэтому и попросил час – хотел убедиться в том, что вижу.
– Как так – исправляет? – удивился Скрипач. – А вообще-то да, почему бы нет. Что ему стоит восстановить этот эластомер. Как делать нечего, тут же любой синтез…
– Именно так, – подтвердил Ит. – Но тут, кажется, не просто синтез. Машина начала восстанавливать утраченную структуру; если вывести табличку, то получается – трое суток только в нише, полное восстановление больше месяца.
Ри встал, подошел к нише. С удивлением заглянул внутрь, восхищенно присвистнул.
– Совершенно живое лицо, – констатировал он. – Поразительно… Они в самом деле не похожи на кукол, это… это уменьшенные люди. Кто скульптор?
– Скульптор убит, – ответил Скрипач. – Это был гермо, кстати. Жил здесь.
– Вот как? – повернулся к нему Ри.
– Угу, – Ит кивнул. – Убит людьми Гоуби, если точнее, но это недоказуемо. Сам знаешь, мои слова или слова Рыжего в разбирательстве ничего не значат. А фактов нет.
– Докажем, – пообещал Ри. – Я сейчас прикинул насчет экспертов… Встречающих во внешку теперь выпускают, они вполне могут дать заключение. Потом – независимо – попросить кого-нибудь из Бардов или из Связующих. И – аарн. Я бы позвал Кержака, если он согласится.
– Но это надо сделать быстро, – предупредил Ит.
– Почему? – удивился Ри.
– Потому что у нас трое суток. Я разве еще не сказал?
– Ты пока что вообще ничего не сказал, – огрызнулся Скрипач. Тоже подошел к нише, осторожно, кончиком пальца погладил Мотылька, лежавшего по центру, по волосам. – Слушай, а этот очень похож на Брида, – оживился он. – Так вот с кого копировали линию, из которой Брид! А я-то все пытался сообразить, почему и 13-й, и Брид вроде бы Мотыльки, а такие разные. Все правильно. Это и есть разные Мотыльки. Вот у этого, как и у Брида, глаза поуже и скулы чуть шире. А у 13-го скулы уже и лоб повыше…
– Тоже мне, эксперт нашелся, – проворчал Ит. – Что, хочешь куколкой обзавестись?
– Ты уже обзавелся тремя, – засмеялся Ри.
– Нет, – очень серьезно ответил Ит. – Я не обзавелся тремя куколками. Если судить с точки зрения катера, я спас сегодня троих людей. Где моя награда и денежная премия?
– Пошляк и циник, – укоризненно произнес декан. – Недаром про вас Этном говорил, что все в жизни деньгами измеряете.
– Он такое говорил? – восхитился Скрипач, продолжая гладить понравившегося ему Мотылька по голове.
– Он много чего говорил.
– Так, пошляки и циники, послушайте меня, – попросил Ит. – Шутки шутками, а дежурить в катере придется по очереди, потому что оставлять их одних в таком плачевном состоянии – просто свинство. Сбрасывать подобный «подарочек» Джессике – свинство в квадрате, в ближайшее время ей будет не до этого. Так что или мы трое, или достаточно сильный эмпат, который сумеет их «слушать» и поможет, если что-то потребуется. До завтра они будут спать, надеюсь, к утру более или менее придут в себя. Хотя бы настолько, чтобы суметь общаться. Вон тот, что с краю, – Ит указал на светловолосого Мотылька, лежащего ближе всех к ним, – это вообще… я сначала подумал, что он мертвый. Катер решил иначе. Читайте сами.