Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
Правый рукав формы Фэба от предплечья до кисти покрывали бесчисленные маленькие цветовые прямоугольники. Неяркие, неброские. Но Ит, за эти дни немного (на его взгляд, немного) почитавший о знаках различия, опешил еще больше.
Больше трех сотен военных операций, в которых Фэб принимал участие в качестве боевика — каждый багровый прямоугольник, их тридцать шесть, бьется на сегменты, немного различные по оттенку. Под две сотни агентурных — серо-зеленые прямоугольники; работа в составе научного подразделения — серая группа; чуть ниже, уже у предплечья, группа прямоугольников кобальтового цвета — экстренная медицина? Кажется, да… до этого Ит еще просто не успел дочитать. Зеленые вкрапления, то тут, то там перемежающиеся тускло-оранжевыми вставками, — что это такое?
Фэб, заметив, что Ит разглядывает рукав, улыбнулся.
— Карта жизни, — пояснил он. — В мобильных подразделениях звания существуют только у боевиков, а у нас — классы. Не буду скромничать, у меня первый. Последние полтораста лет.
— Да, это я уже прочитал, — кивнул Ит. — Но, Фэб… Когда же ты успел — столько?!
— Мне пятьсот тридцать три года, — безмятежно сообщил рауф. — Мы с Гирой в свое время очень много работали. Очень много. Перерывы делали только тогда, когда приходил экипаж. Все остальное время мы отдавали Службе. Поверь, через полтысячи лет у тебя с рукавом будет та же история. Если, конечно, в этот раз все завершится благополучно.
Ит покачал головой.
— Почему Эдри ничего не сказала нам? — спросил он.
— Для чего ей было это говорить? — удивился Фэб. — Пойми, важны не заслуги, которые попадают на рукав, а реальные знания, которые можно передать. Зеленая группа, о которой ты подумал, как раз и есть преподавательская практика. Оранжевые блоки — успешные выпуски. Слушай, мы уже садимся, так что давай я тебе расшифровки потом покажу, если тебе, конечно, это будет интересно.
— Еще как интересно! — Ит все еще не мог оторвать взгляд от рукава. — Фэб, синий цвет, это…
— Около ста лет медицины, ты правильно понял. Это уже когда экипаж нам поставил условие, чтобы мы больше не лезли в самое пекло. Они… — по лицу Фэба пробежала тень. — Они очень за нас боялись. Они боялись, что мы погибнем. И в один прекрасный день Син поставил ультиматум — или мы переходим в другой отдел, или они вообще больше никогда не выйдут в рейс. Конечно, мы перешли, а потом… Семьдесят лет назад от заданий отстранили Гиру, она уже не проходила по здоровью. А следом ушел в преподавание я.
Ит смотрел на Фэба, ожидая продолжения.
— Они боялись за нас, — словно про себя повторил Фэб. — А вышло все… вот так.
Катер заходил на посадку, внизу уже виднелся порт Официальной Службы, расположенный рядом с транспортной полосой желтого цвета, идущей вдоль городской окраины. Ит заметил, что Ри и Скрипач переговариваются, но не вслух, а через панель слияния — интересно, о чем они? Скрипач улыбается, а пилот напряжен и мрачен.
— Подтверждение есть, — Скрипач вышел из слияния, коротко глянул на Фэба, тот одобрительно кивнул. — Сразу два вызова на переговоры.
— Кто? — спросил Фэб.
— Дипломатический отдел и местные власти, — отрапортовал Скрипач.
— К дипломатам, конечно. Ри, сажай машину.
* * *Здание для переговоров было точно таким же, как и во всех остальных посещенных ими ранее мирах, — типовой блок, который, по словам Фэба, можно смонтировать за три часа и столь же быстро убрать, если потребуется. Фэб на ходу рассказал, что блок весьма неплохо защищен от внешних воздействий и что он является так называемой нейтральной территорией. Мало где оговаривается этот момент, но на самом деле любой из жителей мира, если он, к примеру, подвергается необоснованному преследованию, имеет право попросить у официалов убежища. Но это происходит очень редко.
— Почему? — тут же спросил Ри.
— Хотя бы потому, что местные власти предпочитают не афишировать такую информацию. У них есть на это полное право.
— Ничего себе, — пилот хмыкнул. — Но…
— Ри, это тоже относится к соблюдению законов мира пребывания. Официальная Служба — это не карательный орган, не организация, осуществляющая опеку над мирами. Есть межгалактические законы, есть Контроль, есть Транспортники, и есть внутренние законы миров. Мы стоим ровно посредине. Когда мир не нарушает общих законов, мы не имеем права вмешиваться, понимаешь? И если местные власти не ограничили полномочия Службы ниже десятипроцентного порога, мы не вправе ставить им какие-то условия и на чем-то настаивать. Здесь — не ограничили.
— Очень жаль, — протянул Ри. — У меня было время подумать, и то, что у меня получилось, мне совсем не понравилось. Этот мир — по сути своей тюрьма. А все, в нем живущие, счастливые заключенные. И тот же Техносовет, он ведь… мало того что он диктует условия, которые, как я сейчас понял, для жизни не очень подходят, так он еще и отрегулировал под себя все — от морали и нравственных норм до того, о чем можно мечтать и думать. И я на эту гадость потратил двадцать лет жизни, — горько добавил он. — На то, чтобы разрабатывать тему, которую этот чертов Инсен мог запросто купить у тех же транспортников, верно?
Фэб кивнул.
— Все так, — подтвердил он. — Если сравнить Инсен с тем же Далатом, сравнение будет явно не в пользу Инсена, так?
— Так, — Ри скривился. — Да уж, пребывание в изоляции на пользу никому не идет. Мне в том числе.
— Зато теперь тебе есть что и с чем сравнить, — возразил Фэб.
…Рукав формы Фэба произвел впечатление не только на Ита, как выяснилось. Навстречу прибывшим вышел едва ли не весь дипломатический отдел — от стажеров до высшего звена. Фэбу такое внимание явно было не в новинку, но и не радовало. Он подобрался, стал непривычно серьезен, сдержан. Ри, Ит и Скрипач поминутно тревожно переглядывались. Всех их проводили в один из малых залов для совещаний, и встречавшие, наконец, разошлись по своим делам. В зале остались трое дипломатов высшего ранга и один стажер.
— С вашей проблемой, думаю, все относительно ясно, и решить ее можно будет, не выходя отсюда, — один из старших, представившийся как Гаор ки Мирд, вывел перед собравшимися свод законов Инсена и свод правил Официальной Службы. — Мы отправили запрос, и уже пришел ответ. Вы, Ри Нар ки Торк, признаны выжившим, и…
— Не слишком ли быстро они его оживили? — тихо спросил Ит, но его отлично все услышали.
— От нас это не зависит. Итак, вы признаны выжившим, ваш счет активирован, вы восстановлены в прежнем статусе, — продолжил Гаор.
— Вот спасибо, — сардонически усмехнулся Ри. — И зачем мне это надо?
— Сработали быстро, но все равно опоздали, — спокойно заметил Фэб. — Ри уже признан выжившим, это зафиксировано на Орине. Выжившим, получившим новые права, работу и временную стажерскую приписку, сроком на десять лет.
— Это меняет дело, — посол вздохнул с явным облегчением. — В таком случае вы ничего не нарушаете. Ри, вам нужно оформить отказ в связи с переходом на новую работу. Это законы мира не запрещают.
— Да, конечно, — кивнул пилот. — Как это сделать?
— Форма стандартная, — дипломат вывел на визуал новый фрагмент текста. — Так… ага, хорошо. У вас еще и рекомендации от Контроля?!
— Ну да, — Ри немного растерялся.
— Тогда вообще отлично, — текст формы повис в воздухе перед Ри. — Будьте любезны, поднимите правую руку и…
— Подождите, — Фэб подвел текст формы к себе. — Гаор, он не имеет права его пока что подтверждать. У него не решен вопрос социального статуса, от семьи он отказывается, новой нет. Это могу сделать я, как поверенный. Временно, конечно.
— Тогда меняем срок, — тут же нашелся дипломат. — Стандарт? Пять лет?
— Угу, — кивнул Фэб. — Ри, не возражаешь?
— Я не совсем понял, — признался пилот после секундного молчания. — Я не имею права — на что?
— У вас сейчас так называемый нестабильный социальный статус, — пояснил дипломат. — По правилам Официальной Службы вы, как стажер, находясь в этом статусе, имеете право на самостоятельные решения, но с рядом ограничений. В частности, вы можете подтвердить отказ от прежней должности — кем вы были, кстати?