Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

А того, что в районе луны через некоторое время появился и тут же пропал маленький корабль с жидкостными двигателями, никто не заметил.
* * *
Жизнь некоторых людей делится как будто напополам. Дом и работа. Семья и сторонние увлечения. Сон и явь. Жизнь же Микаэля Стовера была монолитна и неделима, но все-таки где-то совсем глубоко он, как и любой другой человек, прятал какие-то маленькие и с виду совсем уж незначительные секреты. Не существует людей совсем без пристрастий, и Стовер исключением не являлся. Вот только пристрастия его носили настолько личный характер, что физических проявлений не имели.
Стовер любил сочинять. Не было для него лучшего способа расслабиться, как сесть и погрезить с открытыми глазами. Кем только он себя не воображал в это время, кем только не был! В придуманных ролях он был и отцом семейства, и правителем целого мира, и отважным воином, сражавшимся вместе с огромной армией против злых сил. Дотошный Стовер продумывал каждую деталь, каждую мелочь, и мир его воображения обрастал, по мере продвижения вглубь очередной грезы, множеством деталей и подробностей. Может быть, если бы его жизнь сложилась иначе, он бы стал кем-то совершенно другим – писателем, режиссером, постановщиком? Хотя вряд ли. Проблема в том, что в своих сочинениях Стовер, увы, был эгоистичен до мозга костей. Во всех мечтах и грезах имелась только одна важная роль, которую Стовер, без колебаний, отводил себе и только себе. Он был главным персонажем. Защитником и спасителем. Остальные служили для декораций.
В этот раз, к сожалению, пофантазировать не удалось – Стовера не покидало ощущение, что произошедшее неправильно, и теперь он, вместо того, чтобы погрузиться с головой в очередные воображаемые приключения, начал столь же подробно и дотошно анализировать то, что произошло на Терране.
Странно.
Если бы все было по правилам, происходящее выглядело бы совсем иначе. Да и ощущения… нет, про ощущения все-таки потом. Ощущения тоже важны, но сначала надо разобраться с фактами. Ощущения могут обмануть. Факты – никогда.
Итак.
Если бы этот самый Контроль был Контролем, он бы не стал ломать дешевую комедию с погоней. Он бы просто взял своих и ушел. Даже в режиме «отдых» Контролю не нужны ни Транспортная Сеть, ни детекторы, ничего. Если они пользуются техникой, то исключительно из вежливости. И чтобы окружающие не чувствовали себя ущербными. Или, что бывает еще чаще, чтобы окружающие не поняли, с кем они имеют дело. Эти поступили совсем иначе. Словно… словно они по какой-то причине были привязаны к ограниченным физическим возможностям своего пилота и охранника. И вели себя в точном соответствии с этими возможностями, а вовсе не со своими способностями и умениями.
Далее – разговор, на который они, к огромному удивлению Стовера, согласились. Если бы это был Контроль, никакого разговора не было бы. Эти твари если и снисходят до контакта с простыми смертными, то лишь в том случае, если им это для чего-то надо. Во время торговли с Официальной Службой, например. А тут – состоялся этот самый разговор. Бредовый, нелепый, пафосный… но состоялся же!
Стовер отлично знал главное правило любой войны – чтобы победить врага, его нужно знать. Врага он знал хорошо. Более чем хорошо. И сейчас он все дальше и дальше забирался вглубь ситуации. Что-то еще не давало ему покоя, и наконец его озарило, что именно.
Эти Контролирующие не пострадали от того, что произошло в Сети! Другие, те, которых у него столь нагло отняли, были на выходе полумертвыми и остались без защиты. Это еще чудо, что удалось снять матрицу с одного из «котов», – больше всего Стовер боялся, что «кот» сдохнет раньше, чем они закончат процедуру. А этим ничего не сделалось! Буквально ничего! Они были сильными и здоровыми, ни следа воздействия.
Вот только своими возможностями почему-то не пользовались.
Не могли?..
Стовер встал и заходил взад-вперед по каюте катера. Его команда уже давно спала (с третьей попытки у Микаэля получилось создать для них подобие коек вдоль стен каюты), а он продолжал думать.
 
Имитация. Этот самый Контроль и не Контроль вовсе, а обманка, подсадная утка, муляж – но никак не настоящий Контроль. Как та птица из детства. Как та собака с гноящейся мордой, которую якобы спасли две «кошки». Птица была обманом, и собака была обманом.
Микаэль вспомнил про Мадангу и заскрипел зубами от злости.
Конечно, это все было фарсом, провокацией, призванной лишь к одному, – создать прецедент. Не было бы собаки, нашлось бы еще что-нибудь. Он искренне верил, что двоих «кошек» на Мадангу тогда заслали намеренно и не исключено, что заслали либо сами Контролирующие, либо их пособники. Заслали с единственной целью: поднять максимально сильный шум по любому доступному поводу. Поводом стала безродная бродячая шавка… из-за которой погибли люди.
Эти два случая – Маданга и похищение пленных – были, безусловно, между собой как-то связаны. Чем? Да хотя бы тем, что в обоих случаях Контроль пользовался чужими руками, чтобы не пачкать собственных. И еще – детектор. Детектор, который действовал у человека так, как мог действовать только у рауф. Причем у рауф пола гермо. Ни самки, ни самцы воевать на Мадангу, конечно, не пошли – их у рауф слишком мало, и они слишком почитаемы, особенно самки. Шли гермо. Молодые, не развязанные гермо.
Стовер скривился. Какая же пакостная раса… Есть самцы. Есть самки. И есть гермо. Последние – по сути дела, передаточный механизм для генетического материала, и пола они не имеют. Сначала гермо отирается рядом с самцами, потом до него кто-то снисходит, в результате чего гермо становится носителем генетического материала самца. Вернее, даже не самца. Как минимум трех самцов. А то и больше. Затем гермо начинают поиск самки, чтобы ее оплодотворить. Если это удается, то у самки рождаются котята, от одного до трех. Обычно возле каждой самки крутятся три-четыре гермо – они на нее работают, исполняют ее прихоти, помогают растить котят. Самки в большинстве своем либо бездельничают, либо работают вполсилы, либо, что чаще всего встречается, занимаются искусством. Любым. Института брака у рауф нет. Понятия отцовства – тоже нет, потому что у каждого котенка, если вдуматься, четыре, а то и пять отцов. Наслаждение от близости они, безусловно, испытывают, но самка, в силу физиологических особенностей, спариваться напрямую с самцом не может. Феромоны «кота» действуют только на гермо, самке они безразличны. Такой вот тошнотворный биологический курьез.
Стовер вспомнил Ита и попытался проанализировать… да нет, человек, конечно, хотя что-то странное в нем, безусловно, есть. Внешность? Вроде ничего особенного. Просто худощавый, тонкокостный юноша – на первый взгляд. Но именно что на первый, потому что тренированный глаз Стовера сумел ухватить некоторые подробности, от других ускользнувшие. И ладно бы только внешность. А остальное? Опять словно бы ничего экстраординарного. Разве что в поведении присутствуют черты, которые, теоретически, может иметь и гермо тоже. По человеческим меркам – слишком изящная фигура, да и лицо, в котором мужских черт маловато. Красивые, очень эстетичные движения, пластика. И возрастные изменения. Для сорока лет их недостаточно. Его ровесник из той же группы, по имени Ри, эти черты имел, а Ит – нет. И, видимо, уже никогда не будет иметь. Стовер знал, что гермо до глубокой старости сохраняют юношескую внешность, – у них нет генов, обеспечивающих внешнее старение, они должны максимально долго оставаться физически привлекательными для самцов.
Еще Стовер мог поклясться, что этот парень в самом начале не знал, как пользоваться детектором. Он не атаковал! И это не было никаким отвлекающим маневром! Он, кажется, вообще не отдавал себе отчета в том, что делал. Сначала тащился за группой, испуганно озирался. А потом (в камере, конечно, велось наблюдение) вдруг ни с того ни с сего перешел в боевой режим.
Что же это за тварь такая?.. Откуда он вообще взялся?