Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
– Допустим. А что потом? – Дориан довольно пил свой кофе, с величайшим наслаждением наблюдая за мальчишкой. Да, это именно то, что надо. Лучше не придумаешь.
Велес порылся в сумке, вытащил из бокового кармана бумажный блокнот и авторучку.
– А дальше вот так вот…
Клетчатые листки покрывались разборчивым, четким почерком человека, который знал, чего он хочет добиться и готов был идти к достижению своей цели почти что любыми методами. Да, сейчас юный боец, идеалист и без пяти минут студент возмущенно начнет возражать, если ему сказать, что цель оправдывает средства. Не любая цель, не любые средства… а потом идет признание своей цели достаточно важной и возвышенной, чтобы ею оправдывать почти все. А от "почти" – меньше выдоха до "все".
– Тебе нужна поддержка, – негромко проговорил Дориан, закуривая. Рассеянный взгляд Повелителя задумчиво скользил по свисающим к самой воде ветвям ив, по темной глади пруда.
– Я ж с этого начал! – горячее воскликнул юноша. – Когда я поступлю, то сразу стану собирать вокруг себя…
– Я говорю не о поддержке твоих сверстников, большинство которых – люди не богатые, не обладающие связями и в целом способные на данном этапе мало на что. Я говорю о взрослом, состоявшемся человеке, человеке, способном поддержать тебя и финансами, и своими связями, и многим другим. Я говорю о человеке, который прожил уже много лет и получил огромный опыт взаимодействия с миром, и который не только мог бы, но и хотел бы с тобой этим опытом поделиться. Я говорю о человеке, который мог бы научить тебя всему необходимому, чему тебя не научат ни в одном, даже самом лучшем институте планеты, – ровно, спокойно, почти безэмоционально сказал Дориан, примерно на середине тирады переведя взгляд на собеседника и уже более его не отводя. Светло-карие глаза смотрели строго, изучающе, но в то же время – с поддержкой.
И Велес в полной мере купился на нехитрый психологический трюк.
– Я был бы счастлив получить поддержку такого человека, – осторожно начал он, в свою очередь не отводя взгляда. – Но где мне его найти, как мне его заинтересовать и с чего вдруг он стал бы меня учить и мне помогать?
– Он тебя уже нашел. Ты его уже заинтересовал. А помогать он тебе станет по той же причине, что и будущие участники твоего новорожденного заговора против мира – он разделяет твои идеи и твои идеалы, и хочет того же, чего и ты.
– Тогда почему он сам не станет заниматься этим? – руки юноши едва заметно подрагивали, и Дориан готов был биться об заклад, что в душе его собеседника творилась настоящая буря, рожденная из ликования и разумной осторожности. Второе проигрывало, но все еще боролось.
– У тебя есть то, чего нет у него – кипящая, молодая кровь. Он уже не столь юн и на самом деле значительно старше, чем выглядит. Ему не хватает куража, чтобы возглавить подобную организацию, – добавив в голос самую толику неловкости, ответил Повелитель. Выдержал паузу, пока на лице Велеса отображались все испытываемые им сейчас чувства – некоторое превосходство, стыд за это превосходство, благодарность, ликование – и тут же, без переход, жестко бросил: – Ты согласен? Прежде чем…
– Да! – перебил юноша. И тут же умолк, почувствовав иррациональное желание сжаться в комочек под этим строгим и явно недовольным взглядом.
– Прежде чем соглашаться, ты должен услышать мои правила. Я буду учить тебя всему, что может быть тебе полезно. Многие дисциплины покажутся тебе вздором и ересью, но ты не станешь мне возражать и будешь учить все, что я скажу. Пусть не сразу, но ты поймешь: многое из того, что казалось тебе фантазиями и бредом, на самом деле гораздо важнее, чем знание политической обстановки в мире, миллиард евро на твоем счету или близкое знакомство с императором Германии. Из этого следует первое правило: ты должен выполнять мои распоряжения.
– Даже если считаю их совершенно неприемлемыми для себя?
– Я не заставлю тебя делать ничего такого, что было бы для тебя действительно неприемлемо. Обещаю, – Дориан подождал, пока собеседник кивнет, и продолжил: – Второе – я не терплю неуместной фамильярности. Ты можешь называть меня по имени и на "ты" в те моменты, когда я это позволю. Твое обучение начнется с той секунды, когда ты скажешь "согласен", и будет длиться до тех пор, пока я не признаю, что ты научился всему, чему я мог тебя научить. Все это время ты называешь меня на "вы" и "Учитель", не иначе. Про исключение я уже сказал.
Несколько секунд Велес сомневался. Но Повелитель верно разгадал происхождение его прозвища. Юноша, увлекающийся историей и мифологией, для таких Учитель – это некое высшее существо, а учитывая тот факт, что Дориан уже покорил его воображение и обрисовал такие перспективы, какие и в самых смелых мечтах не грезились, то на звание Учителя в глазах юного идеалиста он вполне имел право претендовать.
– Да, Учитель, – негромко вымолвил Велес, почтительно склонив голову.
– Правильный ответ, – по-отечески улыбнулся новоиспеченный наставник.
III. III.
"Как назло, как назло, как назло
Я понял слишком поздно…"
– Витценко – скотина, – констатировал Гранд. – Нашел-таки способ и поручение выполнить, и не подставляться с нарушением им же составленных правил.
– Скотина, – согласно кивнул Стас, закуривая. – Но скотина хитрая и изворотливая. Мне скорее интересно, что теперь делать.
– Не знаю, – тот развел руками. – Пять штук евро… у меня сейчас денег нет, второй раз я просто не рискну с отцовской кредитки сумму больше штуки снимать. Если бы была хоть какая-то отсрочка – можно было бы что-нибудь придумать, а так, за сутки – не знаю.
– Может, кредит взять?
– Да кто его тебе даст, Стек! Ты ж несовершеннолетний.
– А если не в банке, а просто взять в долг у кого-нибудь?
– У тебя так много знакомых, кто может без поручительств и прочей фигни дать тебе пять штук? – Гранд невесело усмехнулся. – Я вообще не вижу вариантов, кроме как идти к папе.
"Папой" мальчишка с первого же дня начал называть Вениамина Андреевича, правда, только за глаза. Своего же родителя он именовал не иначе, как "батя" или холодно "отец".
– И что мне ему сказать?
– Не тебе, а нам. Вместе кашу заварили, вместе ее и хлебать будем, – докурив, он метким броском отправил бычок в урну. – А говорить – правду. Папа не тот человек, которому можно или нужно врать.
– Я вчера с ним поругался… – нехотя признался Стас.
– Вот заодно и помиритесь, – отрезал Гранд. – Пошли, чего тянуть кота за… хвост.
Выслушав историю благотворительной деятельности двух юных заговорщиков, Вениамин Андреевич только головой покачал.
– Ну, Стас, умеешь ты удивить. Пожалел, значит, соперника, а сам остался с носом.
– Ему было нужнее, наверное, – вдохнул юноша. Гранд демонстративно поморщился. – Только я не знаю, что теперь делать.
– Для начала – выяснить, откуда всплыла эта странная льготная программа. В наших институтах уже лет тридцать как ничего подобного не бывает.
– Ну так Гранд же…
– Алькано позаботился о том, чтобы взяли Черканова. Не более. И я нахожу удивительным, что ни одному из вас в голову не пришло во время разговора с ректором уточнить, чтобы поступили оба.
– В принципе, я могу снова позвонить Витценко, – задумчиво проговорил Гранд. – Голосовая программа с настройкой голоса отца у меня сохранилась, так что…
– Даже не думайте, молодой человек, – строго оборвал его Вениамин Андреевич. – Если на первый раз вам повезло, это вовсе не означает, что такое ваше везение повторится. Не стоит считать Витценко идиотом. Повторный звонок с таким дополнительным требованием наверняка вызовет подозрения.
– Но ведь первый не вызвал!
– Я полагаю, ректор счел протеже господина Гильермо внебрачным сыном этого господина или что-то еще в том же духе. Тогда подобная просьба вполне логична и понятна. Но если объявится еще один такой же протеже, да еще и примерно того же возраста, и поступающий на тот же факультет – это не может не вызвать подозрений.