Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
За менталом также наблюдало сто двадцать двархов, предупрежденных о происходящем, уж они-то никакого стороннего воздействия не пропустят. По крайней мере, хотелось на это надеяться. Вдвое больше их сородичей взяли под контроль все информационные сети планеты, отслеживая любые чужие следы.
— Ну что, пора? — спросил Кержак у рассевшихся вокруг него учеников. — Готовы?
Они дружно кивнули, начиная дышать особым образом, чтобы войти в транс. Старый орк кивнул и сел в центре круга, сам начав высшую медитацию. В ментал удалось попасть на удивление быстро, и Кержак впервые, наверное, за многие годы осмотрелся в нижних его пределах, а не двинулся сразу наверх. Наложенная заранее защита буквально гудела, отсекая местным тварям возможности напасть. Какие-то серые щупальца сунулись было, но тут же осыпались пеплом, а по ментальному пространству ударило чьей-то болью. Судя по эмоциям — тварь не была разумной. Обычный хищник, решивший полакомиться зазевавшимся простофилей, но нарвавшийся на высшего ментата.
«Все здесь?» — послал ученикам эмообраз Кержак.
«Да, учитель».
«Касра, что ты видела тогда? — спросил старый орк. — Сейчас ты видишь то же самое?»
«Вижу, одна из этих клякс и попыталась на вас напасть, — ответила эльфийка. — Вот, смотрите…»
Она бросила несколько небрежных плетений, и сливающиеся с остальными области ментала вдруг обрели цвет, показав десятки разного размера клякс, насаженных на пульсирующее, меняющее толщину, словно постоянно что-то сквозь себя проталкивающее, щупальце. Ему явно не понравилось то, что его выставили на всеобщее обозрение, и щупальце попыталось сдвинуться обратно в темноту, сбросив несколько клякса, тут же рассыпавшихся в пыль.
«Учитель, осторожнее! — вдруг вскинулась Касра. — Какая-то гадость пытается проникнуть сквозь вашу защиту. И успешно!»
«Где?» — изумился он, начав лихорадочно проверяться, но ничего не обнаружил.
«Проклятье! — выругалась эльфийка. — Вы не видите! Вот, смотрите!»
Она быстро выплела неизвестную Кержаку связку и рывком накинула ее на все окружающее пространство, одним движением словно вывернув его наизнанку. Это кто же ее такому выучил?! Стеверен, что ли? Больше некому. Надо же, ему самому таких плетений и в голову не приходило! А ведь насколько все просто! И облегчает работу с менталом в несколько раз.
Все пространство вокруг заполонили клубки тончайших, бешено бьющихся нитей, которые, окружив каждого мага, постепенно проникали сквозь их защиту, минуя слой за слоем. У Альмии, например, осталось всего около десяти слоев. Но почему он сам не уловил этого нападения?! Кержак сбросил информацию двархам, и те тут же сообщили, что эти нити не желают причинять вреда кому бы то ни было, потому защита на них и не отреагировала, они собираются всего лишь немного изменить направление мышления. Это говорило о том, что нужно срочно разрабатывать совершенно иного типа защиту. Но уж справиться с обнаруженной опасностью Кержак был в состоянии. Старый орк злобно оскалился и принялся выплетать сложнейшее многоуровневое плетение, способное обнаружить проклятые нити где угодно и выжечь их.
Казалось, само пространство вокруг полыхнуло белым светом, когда плетение оказалось завершено. Нити оторвались от магов, попытались скрыться, затрепетали, бросаясь со стороны в сторону, но это им не помогло — белое пламя настигло их и принялось жадно пожирать, причем везде, где находило. Это пламя разносилось по менталу, не трогая ничего, кроме нитей и всего имеющего с ними хоть какую-то связь. Кляксы на щупальце, которые еще в прошлый поход в Сферы заметила Касра, тоже сгорели. А затем где-то вдали раздался стон, словно кому-то причинили страшную боль. И магов накрыл ментальный образ, несущий вопрос: «За что-о-о?..»
«За попытку воздействия на наше сознание!» — отрезал Кержак.
Вот враг и проявился. Очень хорошо, теперь, по крайней мере, ясно, что он существует, что все это не срабатывание каких-то законов мироздания из-за изменения тех или иных условий, а действия разумных существ, добивающихся каких-то своих целей.
«Вас всего лишь отодвигали в сторону, чтобы вы не лезли не в свое лело и не мешали нам… — в новом образе неизвестных ощущался гнев. — Возвращайтесь, вам не место в Сферах, вы не должны знать то, что увидите там».
«А это уже не вам судить, — брезгливо бросил старый орк, поняв, что перед ним очередные считающие себя выше и правильнее всех. — Попытаетесь нас остановить? Пытайтесь. Вы объявили нам войну, что ж, это ваш выбор».
«Да как вы смеете?! Знайте свое место, ничтожные!»
«О, какие дивные речи пошли…» — протянул Кержак, одновременно считывая и передавая двархам для анализа данные, полученные от сканирующих плетений.
Дальше говорить с этими «сверхами», считающими себя вправе влиять на сознание других разумных, добиваясь чего-то своего, смысла не имело. Они ничего важного не скажут, будут только напирать на то, что лучше знают, что нужно делать, как и когда. И настаивать, чтобы им подчинились. Такие начинают думать только после того, как хорошо получат по голове. И именно это старый орк собирался им обеспечить. Причем ладно бы они делали что-то хорошее, но это они, судя по всему, рушат попытки ордена построить солидарное общество, расшатывая государства обитаемой галактики и создавая на их месте хаос.
Не думал, Кержак, что ему когда-либо придется применить это страшное плетение, способное уничтожить всех, кто причастен к определенным вещам. Но уничтожать неизвестных врагов все же рановато, для начала надо хорошенько проучить, поэтому плетение стоит ограничить. И старый орк, подключившись к двархам, принялся спешно переделывать убийственную связку Коана, когда-то по наитию выплетенную ради мести отчаявшимся магом, у которого ничего в жизни не осталось, и в момент своей казни он выпустил эту жуть на гордых собой победителей. От тех, кто был повинен в гибели его народа, никого и ничего не осталось, даже их города рассыпались в пыль, а имена забылись, словно никогда и не звучали под небесами. А сейчас надо преобразовать связку таким образом, чтобы «сверхи», а Кержак все-таки считал параметры их душ, невзирая на попытки скрыться, просто потеряли доступ в ментал, а при попытке сунуться в него их настигал бы сильный болевой откат. А особо настойчивых и смерть. Те, кто так действует по отношению к ничего плохого им не сделавшим разумным, не имеют права на милосердие.
«Получите то, что заслужили!» — бросил «сверхам» образ Кержак, разворачивая плетения и готовясь отпустить его.
«Стойте, не делайте этого! — в образе, рухнувшем на мага, буквально бился ужас. — Не делай…»
Поздно! Плетение сорвалось и накрыло собой ментал, мгновенно редуплицируясь и расширяясь, он начало накрывать слой за слоем, вплоть до самых высших. И везде кляксы и щупальца непонятного нечто исчезали, схлопывались с противными хлюпающими звуками. Не прошло и пяти минут, как ментал принял старый, знакомый вид, привнесенные извне элементы исчезли из него напрочь.
«Может стоило сначала выяснить, кто это и чего добиваются?» — спросила Альмия.
«Такие, пока не получат хорошо по дурным головам, ничего не скажут, они будут строить из себя полубогов и приказывать, не имея на это права, но при этом искренне возмущаясь, когда их приказам не подчиняются, — ответил вместо Кержака Михаил Борохов. — Так что учитель полностью прав».
«Давайте подниматься выше, — прервал начинающийся спор старый орк. — Мне вот это все очень и очень не нравится».
Ученики поняв, что он не в настроении, двинулись в следующий слой, затем все выше и выше, буквально везде встречая запустение — нигде не было ни следа обычных обитателей ментала. «Сверхи» их что, всех уничтожили? Никакого сочувствия к хищникам ментала никто не чувствовал, но это деяние многое говорило о самих «сверхах».
Врата Сфер, если это световое полотнище можно было назвать вратами, появились, как всегда, внезапно. И они были закрыты. Намертво. Причем не изнутри, а снаружи — их ограждала какая-то сущность, напоминающая клубок широких, усеянных присосками лент, которые ловили все, пытающееся проникнуть во врата, включая любые излучения и ментальные образы.