Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
— Что?
— Иногда у меня возникало ощущение, что она все прекрасно понимает и внутренне надо мной смеется. Это невозможно, понимаю, но избавиться от этого ощущения не могу.
— Ах вот оно что! — граф откинул голову назад и расхохотался. — Не прошло и двадцати лет! Ну надо же!
— Вы что-то поняли, ваша светлость? — насторожился секретарь.
— И ты поймешь, если дашь себе труд немного подумать, — фыркнул Дарв, успокоившись. — Ну же, Лоех, я ведь не зря тебя учил?
Ренни довольно долго смотрел на него, затем действительно задумался. Он анализировал поступки и слова Мары за последние дни и приходил к единственно возможному выводу.
— Умница вернулась и каким-то образом перехватила контроль?
— Ну вот, а говорил, что ничего не понимаешь! Но тут, думаю, ситуация немного сложнее. Скорее всего, Ведьма и Хитрюга наконец-то немного повзрослели, им надоели истерички Злюка с Убийцей и они дозвались до Умницы, чтобы вместе взять оных истеричек к ногтю. Что и было проделано.
— Но почему тогда она не противостоит перехвату власти? — хмуро спросил Ренни.
— Да потому, что поняла: этим занимаюсь я, — усмехнулся Дарв. — Для Умницы просчитать, кто за чем стоит и чего добивается — раз плюнуть, она аналитик от Благих. А все ее дальнейшее поведение — намек для меня. Ведь против меня она никогда не пойдет.
— Не пойдет, — подтвердил секретарь, задумчиво глядя на патрона. — Но тогда может стоит посвятить ее в происходящее?
— Нет, еще не созрела, — отрицательно покачал головой граф. — Но то, что она начала взрослеть, меня радует. Значит, не зря я ее все же учил. Что-то в ее памяти отложилось.
— Да, вот еще что, — вспомнил Ренни. — Я подметил, что Мара в течение одного разговора ведет себя по-разному, словно, теперь понимаю, постоянно переключается между субличностями.
— Тогда все еще интереснее… — хмыкнул Дарв, потерев пальцами левой руки щеку. — Это может значить, что основные субличности начали сливаться в единую личность. Беда в том, что без основы, ведущей субличности, то есть Ирны ран Сав, полное слияние невозможно. И остальные должны осознать это самостоятельно. Беда в том, что сами они объединиться не смогут, потребуется помощь. Ладно, я обсужу это с Кержаком и… еще кое-кем.
Немного помолчав, он добавил:
— Прошу тебя внимательно наблюдать за поведением Мары. И если она продолжит в том же духе, намекни, что я все понял и оценил.
— Хорошо, — кивнул секретарь. — Но вдруг она прямо спросит, не контактирую ли я с вами?
— Ответь, что иногда и только по моей инициативе. Еще скажи, что если она продолжит умнеть, переставая быть полубезумным зверем, то я с ней свяжусь. Со временем. А пока давай вернемся к нашим баранам. Что секторальные директора?
— Мечтают разбежаться по углам и тешиться своей, пусть куцей, но лично своей властью. Долгосрочных последствий собственных действий ни один не учитывает и не желает учитывать. Ничего удивительного, лучшие покинули организацию, остались худшие.
— Ты уже прижал их? — лениво поинтересовался Дарв.
— Не до конца, но дал понять, что все их счета, даже самые засекреченные, в одно мгновение могут быть обнулены, — почти незаметно улыбнулся Ренни. — Ох, как они перепугались! Сразу забегали, зашевелились, начали гонять средства туда-сюда, надеясь, что их не найдут. Я показал каждому, что зря они так беспокоятся, и все под контролем. Вот только под чьим они пока не понимают и все еще надеются, что ситуация разрешится сама собой.
— Намекни, что это я возвращаюсь, — попросил граф. — Но тонко, чтобы не обделались на месте. Такие личности, если их слишком напугать, могут утворить такое, что даже нам с тобой в головы не придет. Этого следует избегать. Перебрасываю тебе кое-какую информацию по каждому, покажи, что все их старые грехи известны, но если они будут вести себя правильно, то им ничего не будет. Если загнанной в угол крысе оставить выход, пусть даже ведущий в клетку, она туда пойдет, даже побежит, а вот если не оставлять, то может и на тебя кинуться. Этого нам не нужно.
— Я понял, ваша светлость, сделаю, — наклонил голову секретарь. — А… А можно задать пару вопросов?
— Задавай. Но обещать, что отвечу, не буду.
— Как вышло так, что вы стали работать вместе с… ними? Со старыми врагами. И чего вы вместе с ними добиваетесь?
— Так просто тут не ответишь, — вздохнул Дарв. — Кое-что скажу. А вот после войны я хотел бы опять видеть тебя в своей команде, тогда узнаешь больше.
Он довольно долго смотрел на напрягшегося Ренни, затем снова заговорил:
— Так вот, мне позволили ознакомиться с архивом древней цивилизации, давно перешедшей. Она отслеживала историю развития других народов в нескольких сотнях вселенных. Так вот, все цивилизации не солидарного типа всегда гибли. Исключений за многие миллионы лет не было, вообще. Ни одного! Ввывод отсюда следует такой. Любая конкурентная цивилизация обречена сначала на застой, затем на гибель. Тем или иным способом. А наши старые враги, пусть неумело и порой глупо, пытались создать в галактике именно солидарную цивилизацию. Но совершили слишком много ошибок, за что и пострадали. Ты ведь говорил со своим помощником… оттуда?
— Говорил, — подтвердил секретарь.
— Он должен был сказать тебе, что СПД всего лишь послужил инструментом для преподания ордену жестокого урока. И он свою роль выполнил. Мне довелось побывать с Сферах, как это ни удивительно, меня туда пустили и помогли многое понять. Не буду повторяться, ты уже знаешь о том, что мы вместе с Кержаком и остальными аарн исправляли разбалансировку эгрегоров разных стран. Но мы явно не все учли, против нас снова кто-то играет, причем на нашем с тобой уровне, если не выше, Лоех. И я не понимаю, кто это, не могу пока выяснить. Придется очень постараться, чтобы понять, кто, что, а главное — зачем. У всего есть своя причина, и нам эту причину нужно будет выяснить. Но опять же — после войны. По очень простой причине. Если не отобьемся от Юои, то нам уже ничего не понадобится.
— Да уж, страшненькая цивилизация… — поежился Ренни.
— Более чем, — скривился граф. — Чудная иллюстрация поговорки: «Благими намерениями устлана дорога в ад». Ведь именно благими намерениями у-юэи и руководствовались, творя все те мерзости, которые творят. Почему-то до очень многих не доходит, что цель НЕ оправдывает негодные средства. Как не доходило раньше до меня самого. Потребовалось многое испытать, чтобы задуматься и понять свою неправоту. Я не боюсь признавать свои ошибки, их было очень много, и теперь я их постепенно исправляю, стараясь искупить то, что исправить нельзя. Тебе тоже придется пройти этим путем, Лоех. Да ты уже начал идти по нему, я же не слепой, вижу.
— Начал… — с грустной улыбкой подтвердил секретарь. — Но идти еще очень долго. Спасибо за ответы, ваша светлость, они кое-что прояснили.
— Надеюсь, — тоже улыбнулся граф. — Ну что ж, за дело. Прощаюсь пока. Завтра жду отчет.
— Пришлю.
Дарв ис Тормен наклонил голову, прощаясь, и отключил связь, оставив Ренни обдумывать услышанное.
* * *Двадцать восьмая пограничная станция Драголанда ощетинилась во все стороны сотнями прицельных антенн гиперорудий и накопительными кристаллами мезонных. Больше пяти тысяч стартовых шахт гиперторпед и огромного калибра стволы кинетических пушек тоже внушали уважение. В общем, эта станция, чей экипаж неофициально называл ее «Пиком Даора», могла без особых проблем отбиться от целого флота, ожидая помощи. А ее долго ждать не пришлось бы — в нескольких световых годах располагались пространственные базы, на которых кораблей хватало, и постоянно появлялись новые — драконы больше не хотели оставаться беззащитными, и каждый год в строй вводились новые и новые военные верфи.
— Что думаешь, Л`Хад? — поинтересовался Н`Гар Тобер, темно-синий, почти черный дракон с серебристыми разводами на боках, повернувшись к своему темно-зеленому коллеге.
— О чем? — удивленно посмотрел на него тот.