Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

В горле стоял тяжелый комок обиды, который никак не получалось сглотнуть. В голове билась одна мысль: «Благие, что же мне делать?!». Ответа не было. Альдо лихорадочно начал прикидывать возможные варианты. Итак, что он может? В единственный на его родной планете, Асеййе, университет, расположенный в другом полушарии, с таким аттестатом поступать смысла нет – даже документы не примут. Только деньги зря на дорогу потратит, а их совсем немного. Если бы не конфликт с господином Бейтаном, то Альдо поступил бы, и не только поступил, а еще и получил бы стипендию. Но теперь это невозможно. Что еще остается? Другие планеты? Юноша горько рассмеялся.
В Кроуха Лхан, конечно, хватало университетов, особенно в метрополии. Во многие из них Альдо приняли бы без экзаменов, представь он туда свои работы, вот только сделать это он никак не мог. По очень простой причине: межзвездная связь обходилась слишком дорого, юноша не имел возможности оплатить выход в галактическую сеть. Благо, что хоть в местную инфосеть сумел купить доступ, подрабатывая вечерами в ремонтных мастерских, где всю жизнь проработал отец. К сожалению, платили там мало, что на планете-поселении, каковым являлась Асеййя, было обычным делом. Местные власти не раз пытались получить статус колонии, но имперская канцелярия им в этом отказывала – слишком далеко от основных торговых путей располагалась Асеййя, да и ничего не могла предложить другим планетам империи, кроме продовольствия. Единственным экспорным продуктом планеты являлось замороженное мясо, которое два раза в год вывозили гигантские контейнеровозы из метрополии. Эмигрировать в более развитые миры у людей возможности практически не было – опять же все упиралось в невозможность оплатить межзвездный перелет. Билет в третьем классе стоил как минимум восемьсот галактических кредитов, а очень неплохая по местным меркам зарплата составляла в пересчете всего тридцать. Отец Альдо, к примеру, зарабатывал восемнадцать. На жизнь этого хватало, но впритык, откладывать почти не получалось.
Получается, вариант остается один – идти работать. Его охотно возьмут техником в мастерские, успел там зарекомендовать себя, доказал, что руки растут откуда надо и голова на плечах есть. Даже зарплату обещали не меньше, чем у отца, что для семнадцатилетнего юнца – большая редкость. Да, завтра же придется пойти в мастерские и подписать контракт – совести не хватит сидеть на шее у отца с матерью, которые и так сутками надрываются, чтобы прокормить шестерых детей. Еще одна зарплата сильно облегчит положение.
Умом Альдо все это понимал, но душа корчилась от боли и отчаяния. Его с раннего детства заинтересовала математика. В мире формул, где все так красиво и логично, мальчику было куда уютней, чем в реальном. Альдо мало занимало все, что интересовало сверстников. Их помыслы и желания казались ему убогими и ничтожными. Зачем носиться, как угорелому, по оврагам и буеракам, если можно потратить это время с толком для получения и осмысления новой информации? Этого Альдо не понимал и понимать не хотел, и всегда оставался изгоем – хоть в детском саду, хоть в школе. Поэтому он замыкался в себе – все равно поговорить о том, что ему близко, было не с кем. А теперь предстояло стать изгоем среди взрослых. Если у юного изгоя еще есть надежда встретить подобного себе, то у взрослого ее почти не остается. Просто потому, что он, отвыкнув верить кому-либо, никого не подпускает к себе близко, боясь, что ему снова плюнут в душу.
Вспомнилась глупая детская мечта попасть в орден, и губы юноши искривила горькая улыбка. Впервые он узнал об Аарн совершенно случайно, зайдя на один из форумов городской инфосети. Орден там изо всех сил поливали грязью, только один человек пытался возражать всем остальным, приводя логически обоснованные аргументы. А они в ответ брызгали слюной от злобы. Альдо не стал вмешиваться в этот спор, однако внимательно отслеживал искрометные и остроумные комментарии защитника ордена. Они очень понравились мальчику, заставили задуматься, и через некоторое время он решил, что ему среди аарн – самое место.
 
Альдо с нетерпением ждал Поиска, которого на Асеййе не случалось больше двадцати лет, а его все не было и не было. А затем… Затем началась Великая Война. Ее затеяла организация под названием СПД, о которой Альдо знал только одно – там собрались самые отъявленные подонки галактики. И Ордена Аарн не стало – он ушел, лишив таких, как Альдо, последней надежды. Мальчик долго тайком плакал в своей спальне, а затем еще глубже погрузился в мир математики – в реальности ему было слишком тошно. Именно тогда он случайно обнаружил на файловой свалке университетского сервера поверхностное описание метода Касита, орденского математика. Юноша пришел в восторг и перешерстил всю доступную инфосеть в попытках найти еще хоть что-нибудь об этом методе, но не нашел. Пришлось дорабатывать метод самому. И Альдо сделал это, решив представить результат своих разработок на выпускном экзамене по алгебре. Это оказалось страшной ошибкой. Но кто мог подумать, что господин Бейтан, которого юноша считал столь же увлеченным математикой, как и он сам, окажется таким ретроградом?
Ему в голову не пришло, что старый учитель ненавидит орден и то, что с ним связано, всеми фибрами души, считая достижения ученых-аарн бредом. И ученик, осмелившийся использовать метод одного из проклятых Благими аарн, вызвал его праведный гнев. Если бы господин Бейтан мог, он бы вообще изолировал Альдо от общества, как вредного сумасшедшего, чтобы не смущал умы здоровых людей, но такой возможности не было, и он всего лишь влепил юноше максимально низкий балл. Поначалу хотел совсем завалить его, но в этом случае экзаменационную работу отправили бы на пересмотр в региональную комиссию по образованию, чтобы удостовериться в правильности оценки. А в этой комиссии подрабатывали университетские доценты с кафедры математики, которые не разделяли взглядов господина Бейтана. Поэтому он и поставил «62» – балл положительный, но самый низкий из возможных, перекрывающий Альдо возможность поступления в любое высшее учебное заведение. Юноша, конечно, мог бы подать аппеляцию, но для этого нужно было добраться до столицы региона, Арвакса, и лично предстать перед комиссией. Учитель прекрасно знал финансовое положение семьи Альдо, и ничуть не беспокоился, что тот решит отправиться туда.
Альдо снова попытался сглотнуть комок в горле, но ничего не вышло. Он не замечал, что из глаз одна за другой капают на аттестат тяжелые горькие слезы.
– Арн ил Аарн… – чуть слышно шептали сухие губы. – Ну где же вы?.. Ну почему вас нет?.. Я…
Он опустил голову на руки и всхлипнул.
– Не убивайся ты так, сынок… – положил Альдо руку на плечо незаметно подошедший отец. – Не смертельно это – живут же люди…
– Живут, – поднял голову юноша. – Только я не могу так. Мне другое нужно, папа! Я же ничего не хочу, только математикой всерьез заниматься!
– Ну и занимайся. В свободное время. У каждого хобби есть. Я вот по дереву вырезать люблю.
– Чтобы ею заниматься, ее нужно знать, а в инфосети слишком мало информации. По крайней мере, у нас, на Асеййе, мало. Да и подумай, папа, каким я буду приходить после работы? До математики ли мне будет?
– Никогда не понимал, чего же тебе нужно, сынок… – пожилой мужчина с мозолистыми руками опустился на табурет рядом.
– Вот именно, что не понимаешь, папа, – горько усмехнулся Альдо. – Я надеялся встретить в университете тех, кто поймет. Ты извини меня, я просто не умею объяснять… – он немного помолчал и добавил: – Ты не беспокойся, я возьму себя в руки. Понимаю, что жить как-то надо. Завтра уже выйду на работу. А сегодня… сегодня мне просто очень больно. Прости, но мне нужно побыть одному…
Отец, не говоря ни слова, встал, снова положил ему руку на плечо, с минуту постоял и вышел.
Альдо проводил его взглядом и вздохнул – редко он встречал настолько доброго и хорошего человека. Но интересы отца были очень просты, как, впрочем, и у братьев с сестрами, и у мамы. Он их всех очень любил, но поговорить с ними было не о чем. Все, что интересовало их, не интересовало его, и наоборот. Таким уж Альдо уродился.