Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Месяц шел за месяцем, год за годом, войска Нового Синклита постепенно становились все более профессиональными, ведь война не прекращалась ни на день, хотя и шла ни шатко, ни валко. У обеих сторон не хватало сил. Удалось, правда, очистить от фанатиков шесть планет, но это была капля в море. Остальные успели смонтировать комплексы орбитальной обороны, закупив их в Телли Стелл. После этого ни одна атака царских войск не увенчалась успехом. Чаще всего транспорты и конвои перехватывались на границах звездных систем, после чего приходилось убираться не солоно хлебавши. А фанатики времени не теряли – пользуясь преимуществом в числе кораблей, они атаковали планету за планетой, причем не стремясь захватить. Они всего лишь набивали трюмы транспортников будущими рабами. Судьба этих людей оставалась неизвестной, из них не вернулся никто. К сожалению, ни у царя, ни у Нового Синклита не имелось достаточно средств, чтобы закупить комплексы ПКО.
С внешней галактикой обновленный Аствэ Ин Раг почти не имел контактов. Просто потому, что ни одна страна не желала связываться с сумасшедшими. Даже о Великой Войне и уходе ордена Аарн с политической арены в Святой Иерархии узнали с опозданием на три месяца. Да и то это заинтересовало только царя и иерархов разведывательногог департамента. Простым инрагцам на происходящее во внешнем мире было плевать с высокого потолка, поскольку это никак не затрагивало их жизнь. Страна варилась в собственном соку. Царь, конечно, охотно приобрел бы кое-какие технологии и производственные комплексы, но не имел на это денег. Голода удалось избежать – и то благо.
Война съедала все доступные ресурсы. И постепенно до царя и иерархов Нового Синклита начало доходить, что эту войну они проигрывают – фанатики обладают куда большими ресурсами, да и пользуются бесплатным рабским трудом. Среди живущих в нищете людей самых густонкаселенных миров пошли слухи, что посланница Святого благословенного была фальшивой, и зря за ней последовали. Дело шло к откату к прежним верованиям…
Осознав, что иного выхода не остается, царь принял решение о массированной атаке планет фанатиков. Синклит призвал добровольцев на священную войну, и их набралось довольно много, больше сорока миллионов. Проблема в том, что не хватало транспортов для их переброски, пришлось перевозить войска по очереди.
Полк Азакии должен был атаковать наиболее близкую к Азалану планету фанатиков Тейман IV, поскольку являлся одним из лучших подразделений. Эта планета была не слишком освоена, очень засушлива, но почему-то имела впечатляющую планетарную оборону. Причину выяснить не удалось. Что-то там для фанатиков было важным, раз они решили защитить Тейман любой ценой.
Платформы орбитальной обороны уничтожили при помощи брандеров, и полк начал высадку. Вот тут-то и выяснилось, что разведку планеты толком не провели. Во всех ее горных массивах скрывались новейшие комплексы ПКО, которые начали сбивать десантные капсулы одну за другой. Сбили и ту, в которой находился Азакия. Наверное, ему повезло, что удар мезовещества пришелся вскользь, и задел капсулу только краем на небольшой высоте, после чего она рухнула посреди пустыни. Что было дальше, священник не помнил.
Сознание медленно возвращалось, вскоре Азакия пошевелился и застонал от раскалывающей голову на части боли. Он с трудом дотянулся до аптечки на поясе, непослушными пальцами нащупал инъектор с обезболивающим, и впрыснул лекарство себе прямо в мякоть ладони. Примерно через минуту боль стихла и в голове прояснилось. Азакия сел и ощупал себя, с удивлением обнаружив, что отделался синяками и ссадинами. Чудо, что он вообще выжил при падении капсулы! Обычно такого не случалось. Если уж капсула падала, то гибли все, находившиеся в ней. Стоп, а вдруг еще кто-то жив?
Азакия со стоном заставил себя подняться на колени и осмотрелся вокруг. Внутри капсулы было довольно светло, свет проникал через трещины в корпусе. Носовая часть оказалась полностью смята. Повезло, что находился в кормовой. Вокруг в причудливых позах валялось около десятка тел в пустынном камуфляже. Азакия подполз к ближайшему, перевернул, и на него уставились пустые глаза мертвеца. Он узнал парня – лейтенант Нойвия, совсем еще молодой. Бедняга собирался жениться после возвращения. Невеста его не дождется…
 
Священник переполз к следующему. Тоже мертв. Неужели никто, кроме него, не выжил? Он полз от одного неподвижного тела к другому, всхлипывал, не вытирая текущих по щекам слез, весь изгваздался в крови, тормошил и звал ребят по именам. Ни один не откликнулся. Все мертвы.
Осознав это, Азакия испытал чувство, которого не испытывал никогда в жизни – глухой гнев. Несправедливо! Несправедливо, что они погибли! Почему это произошло, Святой Благословенный?! В чем перед Тобой провинились эти молодые ребята, стремившиеся сделать мир чуть лучше, чуть добрее?! Неужели Тебе угодны фанатики? Или Отец Зла слишком силен? Азакия не знал, он просто плакал.
Святой Благословенный никогда не ответит, почему мир таков, внезапно осознал священник. Не дано человеку этого знать. Но что делать Азакии? Впервые после встречи с Тали он засомневался. В душе поселился холод, но одновременно и решимость.
Священник вынул из зажимов в стене неповрежденный плазмер, набил подсумок запасными батареями, нашел большую флягу с водой и несколько гранат. Затем отошел к корме, откинул зажимы и пинком вышиб аварийный люк. Выбравшись наружу, Азакия огляделся вокруг, но ничего, кроме бесконечных песчаных барханов, не увидел. Тогда он зло сплюнул и двинулся, куда глаза глядят. Человек, ни разу в жизни не причинивший вреда другому, шел убивать, и надеялся, что прежде, чем убьют его самого, он сумеет отплатить за товарищей, забрав с собой на тот свет как можно больше фанатиков.
Порыв сухого ветра швырнул в лицо горсть песка, и Азакия со стоном остановился, чтобы протереть глаза. Сил не осталось вовсе, но все равно нужно было идти. Он тяжело ступил вперед и двинулся дальше, с трудом переставляя ноги.
Сколько прошло времени, Азакия не знал, он просто плелся по раскаленному песку, то и дело падая и обжигая ладони. Однако упрямо вставал и продолжал идти. Что было вокруг, священник не видел, разве что изредка слышал над головой клекот пустынных стервятников, дожидающихся добычи. Им владела одна мысль – хоть до кого-то из фанатиков добраться, ухватить за горло и давить, пока из него не выйдет жизнь. Вот только ноги уже не хотели двигаться, и Азакия почти топтался на месте, сам не замечая того.
После очередного падения Азакия встать уже не смог. В вырвавшемся из его горла хрипе мало кто смог бы опознать сардонический смех, но это был именно он. Песок жег его тело через полевую форму. Однако вскоре в глазах священника слегка прояснилось, и до него дошло, что солнце вскоре сядет. Может, ночью станет хоть немного легче? Впрочем, Азакия иллюзий не питал и четко понимал, что жить ему осталось недолго, ночь там или не ночь. В пустыне в одиночку не выживают.
В этот момент и случилось то, что стало для Азакии новым рождением. Небо вдруг стало бездонным, из его глубины выплыло и приблизилось одухотворенное женское лицо, в глазах которого светились любовь и понимание. С немым изумлением Азакия узнал это лицо. Тали! Посланница Святого Благословенного! Что это?! Чудо?! Но ведь так не бывает!
– Я рада, что ты помнишь меня, – улыбнулась Тали. – Не скорби по своим друзьям, их души здесь, со мной.
Азакия обмер. Святой Благословенный не забыл о нем! И посланница Его не забыла! Губы сами собой растянулись в радостной улыбке. Он мгновенно забыл обо всех своих сомнениях.
– Не надо убивать, – мягко попросила Тали. – Ты не воин, ты – священник. Твое дело учить любви, а не жестокости.
– Я понял, – прошептал Азакия. – Прости меня, Святая…
– За что?
– За сомнения…
– Если бы ты не сомневался, ты был бы не человеком, а неразумным животным, – из глаз Тали смотрело понимание. – Тебе еще многое предстоит пройти. Я верю в тебя.
– Но как я выберусь отсюда? – с надеждой выдохнул священник.