Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

– Когда? – нахмурился Альтен, припоминая. – У Картина написано, что во времена правления предпоследнего Ран-Каора.
– Ран-Каора, а не Ран-Дорта! – поучающе поднял палец Варток. – Как возник род Ран-Дорт?
– У Гироса IV не было законных детей, поэтому на трон взошел его признанный бастард, в молодости возведенный в дворянство под фамилией Ран-Дорт… – едва слышно ответил император. – Значит?..
– Именно! – подтвердил маг. – Вы – потомок рода Ран-Каор! Ваш настоящий отец, капитан гвардии Ран-Оварт, был последним в роду, сам того не ведая. Я тоже не знал, заподозрил неладное только после того, как заклинание подтвердило истинность крови ребенка, родившегося отнюдь не от беспутного Кариста – в этом я был полностью уверен. Сам не знаю, почему я промолчал о своем открытии. Жаль только…
– Что?
– Не успел спасти вашего отца, император приказал удавить его. Дело в том, что Карист застал свою жену с капитаном в совершенно недвусмысленной ситуации…
– Тут бы любой взбеленился, – вздохнул Альтен. – Но как моя принадлежность к Ран-Каорам объясняет все дальнейшее?
– Очень просто, – ответил маг. – Смерти Кариста и его детей и в самом деле были случайны. Но! Эти неблагоприятные случайности притягивало к ним проклятие. Вы же находились вне его действия, поэтому до самой коронации остались живы. Сперва вас не трогали, дожидаясь «случайной» смерти, только потом неприятности начали происходить и с вами – видимо, маг, оставивший проклятие, удивился, что оно не действует, и начал искать другие пути. Но все срывалось.
– А почему?
– Иногда мне кажется, что на вас лежит чье-то благословение… Как бы не самого Создателя. Уж слишком вам везет. Думаю, вашего неизвестного противника буквально колотит от ярости – все его усилия ни к чему не приводят.
– Почему вы никого не предупредили, раз знали о проклятии? – хмуро спросил император.
– Честно? – прищурился Варток.
– Естественно!
– Я был даже рад. Род Ран-Дорт уже четыре поколения губит нашу страну. Кто из них сделал хоть что-нибудь полезное? Восемь проигранных войн, голод, эпидемии, разруха. А императоры гуляли… Худших правителей свет не видывал! Поэтому я посчитал, что, раз кто-то неизвестный так упорно лезет на трон, сметая любые препятствия на своем пути, то он может и правителем оказаться неплохим. Хоть какая-то альтернатива.
– Эх, мэтр-мэтр… – укоризненно покачал головой Альтен. – А посмотреть на эту альтернативу в схеме пророчеств Заклинательного чертога вам в голову не приходило?
– Заклинательный чертог? – деланно удивился маг. – Что это?
– Мэтр, хватит! – раздраженно стукнул кулаком по столу император. – Все вы прекрасно знаете. Я нашел чертог еще шесть лет назад, и за это время разобрался во многих хранящихся там книгах. Читал и книгу пророчеств.
– Старый я дурак… – сокрушенно повторил маг. – Ну, чем я смотрел?! Мог бы догаться, что Ран-Каор – это вам не просто так…
– Ну что вы, – польщенно улыбнулся Альтен. – Я всего лишь развлекался в меру сил. Никогда не думал, что все это может мне пригодиться иначе, чем в умозрительном смысле – и не помышлял о короне.
– Что ж, идемте в Заклинательный чертог, – встал Варток. – Вы правы, я не смотрел на этого неизвестного с точки зрения пророчеств. Придется посмотреть. И лучше прямо сейчас.
Пожав плечами, его величество двинулся к дверям – сейчас, так сейчас. Не успел он выйти из покоев, как впереди и позади встали по пятеро гвардейцев, отобранных лично командующим гвардией, полковником Крадом Ран-Заором. Он куда раньше придворного мага разобрался в том, что представляет собой молодой император, и считал своим долгом сберечь жизнь Альтена любой ценой – другого такого поди найди. Отца его хоть вспомнить – бесполезный был человечишко, только и знающий, что пить, охотиться да задирать все попадающиеся навстречу юбки. Этот совсем не таков, все помыслы об одном – как страну из ямы вытащить.
Идти до нижних уровней, откуда начинался замаскированный спуск в Заклинательный чертог, пришлось довольно долго, около получаса. Никогда не бывавшие там гвардейцы нервно ежились при виде мрачных, заброшенных невесть когда помещений. Сюда даже вездесущие дети слуг не рисковали забираться – поговаривали о кровожадных духах, пожирающих заблудившихся внизу. Альтен никогда не верил в такую чушь, поэтому с детства исследовал заброшенные уровни, особенно подземные. Благодаря этому он знал дворец лучше кого бы ни было в стране. Даже обнаружил и постепенно изучил тайные ходы, по которым легко перемещался по всему дворцу незамеченным.
 
Император дотронулся до какого-то фрагмента в настенной росписи. В стене открылся проход, откуда потянуло затхлостью. Мэтр Варток удивленно посмотрел на него и в который раз вздохнул, мысленно проклиная себя за слепоту. Даже он не знал о короткой дороге к Заклинательному чертогу – если идти обычным путем, то понадобилось бы еще полчаса, как минимум. А так прошли через тоннель длиной около двухсот шагов и оказались перед медной дверью, изборожденной символами четырех стихий.
– Ваше величество, а как вы дверь открывали?.. – жалобно спросил маг. – На ней же такие заклинания висят, что…
– А зачем мне было ее открывать? – удивился Альтен. – Я еще не сошел с ума, чтобы соваться в дверь, такими символами украшенную. Тайный ход поискал. И нашел, конечно, хоть и не сразу, месяц на это ушел.
Мэтр пробормотал что-то о любопытных обормотах, которых нещадно драть надо, чтобы не совали свой длинный нос куда не просят, но не стал уточнять кого он имеет в виду, хотя, судя по смешкам гвардейцев, они это прекрасно поняли. Понял и император, но только улыбнулся и по очереди нажал каблуком на несколько камней в полу невдалеке от двери. Повеяло странными запахами, что-то заскрежетало, и стена раздвинулась.
– Прошу! – указал на проход его величество.
– А я-то, старый недоумок, полагал, что в чертог никто не проникнет, что он полностью защищен… – тяжело вздохнул Варток. – Вы больше никого сюда не водили?
– Нет, конечно. Я же почти ни с кем не общался. Кто обращал внимание на десятого принца, которого император на дух не выносит? Даже слуги только по делу говорили.
Маг покосился на грустное лицо Альтена – а ведь невеселая у паренька была жизнь… Изгой в родном доме. Не каждому дано вынести такое и не озлобиться. Хоть об этом стоило подумать, но не подумал, сам навесил себе шоры на глаза и считал свои измышления единственно верными. Так что позор на свои седины, господин придворный маг, ты заслужил. Обставил император тебя по всем статьям.
Ощутив присутствие людей, сторожевое заклинание чертога зажгло на стенах магические узоры, горящие фантастическими цветами. По лицам гвардейцев видно было, что необычное освещение не слишком им нравится, но ни один не подал виду. Наоборот, деловито рассредоточились по залу, чтобы просматривать все пространство вокруг и первыми заметить любую опасность. Куполообразный черный потолок, испещренный золотыми звездами и незнакомыми символами, давил на нервы. Колонны, изображающие неведомых чудовищ, заставляли ежиться – с таким искусством они были вырезаны. Во всем здесь ощущалась невероятная древность, да и неудивительно – не люди создавали этот чертог, они его просто нашли, когда строили дворец, и приспособили к своим целям. Немного постояв, император с магом двинулись к алтарю в центре зала.
За алтарем стояло несколько шкафов, забитых древними книгами и магическими артефактами. Варток последний раз бывал здесь лет двадцать назад, но даже несмотря на это, заметил, что в шкафах кто-то неоднократно рылся. Странно, почему сторожевое заклинание не тронуло Альтена? Любого другого человека оно сожгло бы на месте. Неужели он маг? Старик быстро просканировал императора и удивился еще больше – и следа магических способностей нет. Непонятно. Он растерянно смотрел, как его величество шагнул вперед и достал из шкафа «Ветер Звезд», книгу пророчеств, которую никто и никогда не рисковал выносить отсюда. Новые пророчества появлялись в ней сами по себе после очередного гадания в Звездном Озере. Только мало какой маг решался на такое гадание. Варток делал его один раз в жизни и больше не хотел испытывать это «удовольствие». Ощущение, что из тебя все нервы раскаленными щипцами медленно вытягивают. Но теперь придется. Старик поежился.