Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Не прошло и пяти минут, как что-то треснуло, и в комнату Ланики через окно ввалился Рави. Чумазый и совершенно счастливый. Крылья втянулись в его спину и исчезли. Он подхватил взвизгнувшую от неожиданности девушку на руки и закружил по комнате, покрывая ее лицо поцелуями. Она со смехом отбивалась, понимая, что все, попалась. Кем бы он там ни был – все. Они вместе. Навсегда.
Великий князь с любопытством наблюдал за ними, удобно устроившись на стуле, и почти незаметно улыбался. Слава Благим, все решилось, похоже. Пришлось немного подтолкнуть двух молодых дурачков, но ничего. Больше ценить друг друга станут.
– Так я и знал, деда, что это твоя работа, – покосился на него внук, продолжая держать свою драгоценность на руках и не собираясь отпускать. – Знаешь, ты все-таки зараза.
– Всегда говорил, что на том стоим, – согласился довольно улыбающийся старик. – Когда во дворце ждать? Пора к свадьбе готовиться. Шум, правда, будет преизрядный.
– А Проклятый с ними, пусть шумят, – отмахнулся наследник престола. – В гробу я их всех видал.
– Во! – поучающе поднял указательный палец вверх его величество, продолжая посмеиваться. – Очень здравая и своевременная мысль, малыш. Там им самое место. И мы им это место обеспечим!
* * *
Бесчисленные флоты постепенно занимали боевые позиции. Мета-корабли и авианосцы СПД, линкоры и крейсера Драголанда, дредноуты и супердредноуты Паутинников. Если перечислять все типы собравшихся здесь кораблей, то на одно это перечисление понадобилось бы несколько страниц текста. Нелегко было координировать такую армаду, каждый адмирал жаждал возглавить объединенный флот. Хорошо хоть, арахны не бузили, покорно выполняя приказы Великой Матери, переподчинившей флот на время войны Дарву ис Тормену. Паучиха за прошедшие годы успела убедиться в его исключительных деловых качествах и научилась уважать, несмотря на дикий для нее вид розового голокожего чудища.
Граф понимал, что долго тянуть не сможет, офицеры начали роптать, требуя немедленно атаковать. Пока их удавалось сдерживать, но кто знает, сколько еще времени протянется ожидание. Странно, неужели они не понимают, что войны одновременно с княжеством и орденом, к которым обязательно присоединятся Гнезда с Трирроуном, объединенному флоту не выиграть? Сколько можно объяснять, что спешить нельзя, поспешишь – проиграешь. Ударить необходимо в нужный момент, вычислив его с точностью до секунды. А тут еще неизвестный противник. После первого столкновения загадочные кораблики несколько раз уничтожали соединения мета-кораблей, что очень не нравилось Дарву. Связаться с ними удалось только однажды, враги ответили загадочной фразой по-трирроунски: «Мы ничего не забыли и ничего не простили!» Граф уже не один день ломал себе над ней голову, пытаясь понять, кому еще СПД успело наступить на хвост.
Дарв тяжело вздохнул, отмахиваясь от размышлений. Не время. Учения. Вполне возможно, последние перед реальным боем. Мара передала второй пакет информации через ринкангскую сеть, и эта информация насторожила графа куда сильнее прежней. Он даже Лоеха в нее не посвятил, не стоит лишний раз волновать полезного человека, пусть занимается спокойно своими делами. О том, что Илар ран Дар и Темный Мастер – одно и то же лицо, он знал давно. Но о том, что Командор одновременно еще и сам Проклятый, граф даже подумать не мог и не представлял, как можно использовать это знание.
Особенно нервничал он в последнее время. Как и каждый великий маг в последние недели, он ощущал невозможной силы колебания вероятностей, казалось, сама вселенная переворачивается. Не верил до сих пор, что такое вообще возможно. Получается, возможно. Почерк далеких колебаний был хорошо знаком, только один маг способен был действовать так нагло и прямо. Командор, конечно, больше просто некому.
Хотя, если разобраться, Касра Ла Онег давно под стать своему учителю. Эльфийка внушала графу ужас. Прелестное чудовище. Даже Кержака Черного он не боялся так, как эту милую и беззащитную на вид девушку. Урук-хай – существо опытное, трезвомыслящее, издавна руководствуется разумом, а не чувствами, с ним вполне можно будет договориться в случае чего. А вот с Касрой… Нет, с этой девицей не договоришься.
 
Еще сильно беспокоили Дарва четверо молодых орденских магов – Николай Шаронский, Михаил Борохов, Исраэль Штольц и Семин Т'а Карсан. Особенно последний, бывший ученик Мавеха ап Кама. Граф отчаянно им завидовал, отслеживая вероятностные перемещения по галактике. Корабли этим мерзавцам не нужны, гуляют себе, где хотят и как хотят. Очень хотелось такому научиться, но орден свои тайны хранить умел. Дарв подозревал, что маги-аарн вообще легко могут перейти в другую вселенную, что и сделал Командор. В том, что Илар ран Дар творил свои жутковатой мощи заклятия где-то за пределами мироздания, Дарв не сомневался ни минуты. Иначе здесь физические константы поменялись бы. И чем это, интересно, он занят?
Граф тяжело вздохнул, устало потерев виски. Сейчас глава СПД хотел только одного – отоспаться, за последние пять суток он спал едва ли три часа, времени не хватало катастрофически.
– Доброе утро, ваша светлость! – вошел в рубку флагмана Ренни.
– Рад тебя видеть, – устало улыбнулся Дарв. – Садись, налей себе чего-нибудь освежающего.
– Благодарю, – кивнул секретарь, последовав совету. – Новости есть.
– Какие?
– Объявлено об официальной помолвке наследника престола княжества с некоей девицей Ланикой Т'а Тевери. Инферы с ума сходят, пытаясь выяснить, кто она такая и откуда взялась. Император Сторна сильно обиделся, он рассчитывал выдать за светлейшего одну из своих худосочных дочерей. Теперь ему осталось разве что на Лартена зубы точить, да только паргианин очень себе на уме, вряд ли он станет связываться с уроженкой империи.
– Ты что-нибудь знаешь об этой самой Т'а Тевери?
– Только о ее семье удалось кое-что выяснить, но очень мало. Ирвин Т'а Тевери был последним отпрыском некогда известного и богатого рода, входящего в клан Ночных Всадников. Однако род давно обнищал. Молодой человек отказался следовать обычному пути небогатых князей, не пошел в армию, а поступил в университет, на филологический факультет. Быстро прославился своими работами по структурной и сравнительной лингвистике, и к тридцати годам стал профессором кафедры негуманоидных языков первого кельтанского университета. Это именно разработки Ирвина Т'а Тевери лежат в основе метода быстрого анализа незнакомых языков, которые использует в своей работе столь любимый вами лингвистический комп-анализатор.
– Да? – приподнял брови граф. – Жаль, что я раньше не знал, с удовольствием профинансировал бы его работы, чрезвычайно полезны.
– Согласен, – наклонил голову Ренни. – Однако когда господину профессору исполнилось тридцать пять, в благородном обществе столицы разразился грандиозный скандал. Т'а Тевери женился на женщине из самых низов общества, на беженке с голодающих миров. Перед ним закрылись двери всех благородных домов, аристократия вычеркнула из своих списков осмелившегося наплевать на родовую гордость светлого князя. Но он и раньше не особо посещал светские мероприятия, поэтому не обратил на обструкцию ни малейшего внимания. Следующие четыре года стали наиболее плодотворными для профессора, он опубликовал восемнадцать работ, получил звание почетного академика Пангалактической Академии Наук и был выдвинут на соискание премии Научного Собрания Аарн Сарт, которую ученые ордена присудили ему единогласно. Однако получить ее не успел. В тридцатидевятилетнем возрасте Ирвин Т'а Тевери погиб при взрыве флаера. Довольно странная история, очень похоже на то, что профессора убрали. Но кому мог помешать безобидный лингвист, чурающийся политики? Не знаю. О судьбе его вдовы и дочери не было ничего известно до сегодняшнего утра. Судя по всему, семья погибшего ученого бедствовала и едва ли не голодала.
– Паскудство какое! – недовольно скривился Дарв. – Ты сейчас, надеюсь, следишь за судьбой талантливых ученых? Помогаешь в случае необходимости? Не хочу больше повторений историй Бенсона или Т'а Тевери.