Всё началось с дракона (СИ)

Я замерла, с удивлением наблюдая, как всё вокруг нас сминается, словно вдавленное ногой великана. Как синее пламя срывается с его рук, расходясь волнами, как ветви чернеют и рассыпаются пеплом, как он, наконец, поворачивается ко мне.
— Ирис, — скорее поняла по движению его губ, чем услышала я, — Любимая.
Сильные руки подхватывают меня, прижимают к груди, от которой так приятно пахнет. Я зарываюсь носом, чувствуя как весь страх уходит, растворяется в мерном биении сердца. Слышу, как сверху хлопают крылья, натужно меся воздух, как свет обрушивается уже сверху, когда мы взлетаем над кронами деревьев, а страшный лес остается внизу.
— Мал, — сами собой шепчут мои губы и растягиваются в счастливой улыбке, — Знаешь, мне приснился такой страшный сон….
— Это просто сон, — глухо доноситься из его груди и я киваю, а глаза сами закрываются, убаюканные его мерным дыханием.
— Люблю тебя, — прижимаюсь к нему я и краем уха ловлю слова «Одна на двоих», но я не знаю, что это значит, да и это уже не важно. Всё, что вокруг нас, уже не важно. Только его руки, только его губы, мягко коснувшиеся моих. Мал….
  
Глава. 28. Нивар и его страшные тайны
 
Зилам.
Я до сих пор леденел при мысли, что мог не успеть. Руки прижимали к себе такое кажущееся сейчас хрупким тело. Ирис спала, и во сне она улыбалась, по-детски цепляясь пальцами за мою одежду.
Я коснулся пальцами своих губ, буквально только что укравших поцелуй, который был предназначен не мне. Острая боль и зависть пронзили сердце, и я снова прошептал: «Одна на двоих» и снова почувствовал недовольство, исходящее от маленького синего камушка, холодно сверкавшего на груди Ирис. Я знаю брат, ты никогда не любил делиться. И точно, никогда не разделял эту мою идею.
Я осторожно опустился у озера, оставив лес Фанир по другую его сторону. Как я мог послать её сюда, зная, что дерево тут? О чем я думал?!
Липкий холодный пот снова стёк по позвоночнику, напоминая о том, что я мог потерять. И хоть я пытался притянуть сюда и свою цель, и принципы, и желание довести всё до конца, но дрожащие руки ясно показывали, что важно только то, что они сжимают. Что только это я и хотел сберечь.
Я порывисто втянул воздух и осторожно положил Ирис на траву. Она нахмурилась и сильнее сжала пальцы, не желая меня отпускать, и сердце снова кольнуло от зависти, потому что её губы снова прошептали имя брата.
Я впервые почувствовал себя лишним. Да так остро, словно получил удар под ребра. Я отошел на пару шагов, надеясь, что с расстоянием это притяжение ослабнет. Я напомнил себе, что именно я хочу сделать! Что именно это правильно! И что, сделав это, я смогу смыть всё то, что натворил.
Особо не помогло, но хотя бы стало не так остро. Противная, но не желающая отпускать мысль, оставить всё как есть, снова постучалась в голову, и я снова её прогнал.
— Нет! Я люблю брата! — сквозь зубы процедил я как мантру, — Никто не сможет мне его заменить! Всё что я делал, было только ради того, чтобы он вернулся. Остальное не имеет значения.
Это была ложь, но я повторил это два раза и это помогло. Нахлынувшее чувство отпустило, и не только то горячее и трепещущее, что охватило меня, когда я прижал к себе Ирис, но и то постыдное, когда так захотелось оставить это себе. Я осторожно перевел дух и отошел ещё на пару шагов.
— А ведь хорошая была мысль, — пробормотал я себе под нос и тихонько позвал, — Фир?
— Мур? — тут же раздалось рядом.
— Охраняй, — кивнул я на девушку и снова посмотрел в небо. Туда, откуда меня так внезапно сорвало и понесло вниз. Нет, я был рад, что успел, потому что без Ирис всё теряло смысл, но это снова всё и усложняло. Теперь надо было спешить, но и спешить было никак нельзя. Да, пора было лететь дальше, чтобы разобраться с этими контрактниками, и этой войной, как я и планировал, вот только дерево не разделяло мои порывы и не собиралось ждать, пока я со всем разберусь.
— Не пускай её в лес, — добавил я указаний своему питомцу, — Ни при каких обстоятельствах. Понял?
 
Фир презрительно фыркнул и, нервно дернув кончиком хвоста, лёг, прижавшись боком к девушке.
— Вот и хорошо, — удовлетворенно кивнул я и расправил крылья. Обращаться в дракона полностью мне сейчас не хотелось, бурлившие внутри эмоции нужно было переварить, и полет в холодном воздухе вполне мог этому поспособствовать.
Списывать всё на чужое тело было уже глупым, я сам загнал себя в эту ловушку, своим дурацким детским желанием. Он её любил, а значит и я тоже. И в тот момент, перед деревом, я это очень чётко осознал. И то, что мне нельзя вмешиваться тоже. И то, что мне страшно, что я не справлюсь, что предам… Последнее слово, было таким неприятным, что я быстро-быстро затряс головой, пытаясь его из себя вытряхнуть.
Я резко взмахнул крыльями, подкидывая себя в воздух. Я справлюсь. Должен справиться! Только это сейчас важно, а с остальным им уже придётся разбираться самим, без меня. Нивар ждет.
Воздух зашумел в ушах, запутал волосы, но с каждой милей между нами мне становилось легче, и в какой-то момент я снова убедил себя в том, что это лишь притяжение и следствия обряда.
Я справлюсь брат, я всё доведу до конца, по-своему и я знаю, что в этот раз прав именно я.
***
Нивар был намного больше, чем я его помнил. И, самое главное, мне негде тут было остановиться. Не в посольство же драконов идти, учитывая то, с какой целью я прибыл.
И вот да, собственно цель всё и определяла. Мне нужно было попасть в гильдию контрактников и способа это сделать было два: первый — со стороны одалживающего силу, или второй — выдать себя за контрактника.
По здравому размышлению первый был проще, но мне абсолютно не подходил. А второй…. Со вторым была загвоздка, да у меня есть пламя, да я могу скопировать круг и саму магию, вот только из моего круга никакой исполнитель никогда не появиться. Так-то я собирался выдать за него Фира, но тут случилось, что случилось. Не звать же его теперь обратно? Да и я хоть буду уверен, что за Ирис действительно присматривают.
Пока я думал над всем этим и бродил по улицам города, на глаза попалась мелкая гостиница, пошарпанная и явно переживающая не лучшие свои дни, но меня это как раз и устраивало. Натянув поглубже капюшон на глаза я осторожно зашел внутрь, с удовлетворением отмечая, что и тут наблюдается всё та же мрачная атмосфера.
— Есть? Пить? — вяло поинтересовалась бледная хозяйка гостиницы, с тяжелыми мешками под глазами. Серый, выцветший цвет волос, очень даже гармонировал с такого же цвета фартуком, а за стойкой, видимо некогда неплохого бара, было не слишком опрятно.
— Спать, — решился я, и женщина подняла на меня крайне удивленные глаза, — Комнату на ночь, может на две, — попросил я и бросил на стойку пару монет.
Не сразу, но в глазах хозяйки разгорелся алчный блеск. Монетки исчезли в её руке, а на лице появилось подобие улыбки.
— Если доплатите ещё столько же, то хоть весь этаж забирайте? — предложила она.
И я бы даже об этом задумался, в другой раз, но сейчас это было не к месту, так что я просто покачал головой.
— Жаль, — вздохнула она и махнула рукой, — Любую выбирай, все свободны.
Я только коротко кивнул и по скрипучей лестнице пошёл вверх, заглянул в комнаты по очереди и выбрал самую дальнюю и вроде как самую чистую. Со вздохом прикрыл за собой дверь и, сняв плащ, кинул его на кровать. Ну вот и «и»? Что делать-то?
Потирая руками виски, я перебрал кучу вариантов, но выходило, что вариантов нет и мне придется звать Фира обратно. Я резко сел и уже открыл было рот, как тут же его захлопнул и ничком упал на пол. Откатившись в угол, я послал веером от себя волну. Прокатившись, она с гулом ушла в стену, но никто в комнате не объявился. Показалось? Я нахмурился и настороженно встал. Огляделся, сделал вид, что успокоился, подошёл к кровати и наклонился за плащом, а сам снова накрыл комнату заклинанием, которое уже должно было притянуть ко мне всех, кто находился в радиусе его действия, и неважно где именно они скрывались.