Всё началось с дракона (СИ)

— Хм, — я решил не в лоб, а как-нибудь помягче намекнуть, что мне такой расклад не по душе, — А не слишком сильный перевес в одну сторону?
— Нет, — пожала она плечами, — Меня устраивает. С женщинами всегда сложно.
Вот тут даже спорить не буду. Но всё равно! Поймав мой взгляд и сопоставив его с темой разговора, она даже есть перестала.
— Ревнуешь? — расплылась она в улыбке, и это я тоже отрицать не буду, хотя нет, не ревную, скорее просто неприятно.
— Да не волнуйся, — пожала она плечами, — тут чисто деловые отношения.
— Я и не волнуюсь, — тоже пожал я плечами, — Но мне всё равно это не нравиться.
— Вот не надо, — ткнула она в меня вилкой, — А сам? Эта Парми на тебя не только вешалась, но и намекала на что-то большее. И наверняка она там такая не одна! Поэтому ты меня тут и держишь. Я ж не ты, я сдерживаться не буду.
О как? Теперь и я непроизвольно расплылся в улыбке, ловя себя на том, что её ревность мне безумно приятна. Хоть и не обоснована.
— А что значит «застрял»? — перевел я тему, пока мы её до чего-нибудь неприятного не развили.
— Мм? — не сразу включилась Ирис, — А, ты про доспехи?
— Угу, — кивнул я, — Первый раз о таком слышу. Гномы весьма щепетильны в вопросах качества.
— Ну, это я постаралась, — пожала она плечами, — Заслужил!
— То есть сам он их теперь не снимет? — мои брови взлетели вверх. Доспехи, латные, тяжелые, гномские, это вам не хухры-мухры, их даже просто так носить не просто, — Сурово.
— Ему на пользу, — наконец она закончила есть и довольно потянулась, — И похудеет и подкачается.
— Если раньше не сдохнет, — заметил я, — И чем же он это заслужил? Ну, кроме беспорядка в твоем доме.
— Он толстый, — сказала она так, словно это и была его самая большая вина и, видя мое недоумение, пояснила, — А я люблю красивых! А он мало того, что постоянно в мужья просится, так еще и непристойную сцену мне устроил.
— Хм, — это было неожиданно, про «в мужья» — странно, и я даже боялся предположить, что же именно она может счесть непристойным. Но на этом всё не закончилось.
— Думаешь, с чего я так напилась тогда? Вот как раз пыталась всё забыть.
— Хм, — ещё раз. Лами мне подробно рассказывал, что отчасти забыть ей удалось, но не рассказывал что именно, и теперь я даже не знал, стоит уточнять или нет, поэтому снова сменил тему, — Так вот по какому критерию ты себе совет подбирала? Красивых?
— И снова не угадал, — она хохотнула, — Они как-то сами ко мне прибились, я их даже не приглашала.
А это уже было интересно. С Бейнами понятно, хоть старший и числиться наследником клана, но не основным, а тут такая возможность и себя показать и брата пристроить. Толстяк, ну скорее всего, просто попал сначала под руку, а потом остался. Значит не совсем олух, да и, судя по увиденному, шустрый малый, в меру наглый, изворотливый, такие бывают полезны.
Изольда? Дочь своего отца. Исходя из того, что Фабиас был в курсе цвета Ирис, то именно поэтому. Поделилась информацией с отцом, тот сделал верные выводы, сказал держаться поближе и в итоге выиграл, если бы не Ирис, то Изольды сейчас бы уже и не было, впрочем, как и многих других.
Рыжий, скорее всего Лавен, с какой ветки точно не скажу, но по яркости и заносчивости, ближе к верху. Тоже можно сказать и о блондинчике. Мирт или Вортис, впрочем, не важно. Эти наверняка напросились уже после того, как узнали обо мне. И наверняка захотят что-то получить от меня через неё. Хотя после сегодняшней сцены, могли уже и пожалеть о своем опрометчивом решении.
Но что есть, то есть, все красивые. Так что еще раз — Хм!
— А я красивый? — спросил я, и Ирис чуть чаем не подавилась, выплюнув его остатки изо рта и закашлявшись.
— Вот ты, блин! — выдохнула она и с укором посмотрела, — Даже будь ты толстым, думаю, это ничего бы не изменило. Природа, чтоб её!
— И всё же? — я хитро улыбнулся, пытаясь выставить всё в шутку, но мне и правда, было интересно.
— Да, — кивнула она, — Иначе я бы к тебе не приставала с самого начала.
Приятно. Собственно я в этом никогда и не сомневался, но вот факт, что я нравлюсь ей…. Действительно приятно.
 
— И? — попытался спровоцировать я на взаимный вопрос.
— Что «и»? — теперь уже она приподняла бровь, а потом просто махнула рукой, — Я и так знаю, я же не слепая, и вижу, как ты на меня смотришь.
Не выдержав, я громко расхохотался. Спровоцировать Ирис на такие вот игры сложно, да оно и понятно. Ей они не особо и нужны.
— Я решил, — отсмеявшись, заявил я, — Через пару дней едем во дворец.
— Зачем? — удивилась она, — За пару дней я ничего ещё не успею.
— Обряд проведем. Пусть уже все знают, а то у меня столько рук нет, чтобы каждому твоему воздыхателю промеж ушей стукнуть.
— Погоди, — совсем опешила она, — Так ты меня замуж зовешь?
— Только не говори, что ты против? Я тебе шанс давал, но ты им не воспользовалась, так что поздно уже.
— Да не, я не про это, — отмахнулась она, — Просто первый раз у меня вот так быстро и обыденно. Даже странно, а главное обидно.
— Обидно? — теперь опешил я. Что может быть обидного в моем предложении?
— Ну, да. Ни цветов, ни романтики. Как у зайчиков, блин.
— У зайчиков?
Охренеть, сравнила! Теперь уже мне в пору обижаться. Ну, ничего, устрою я и цветы, и романтику, и всё остальное. А то я, безусловно милый и в некоторых местах даже можно, с натяжкой, и пушистым назвать, но не зайчик же!
  
Глава. 17. Такая вот она, романтика
 
Ирис.
Обед вышел странным. Не прямо, но Мал явно меня допрашивал, хотя и так всё знает. Вопрос откуда меня давно интересовал. В своем окружении я была уверена, до некоторых пор они про Мала вообще ничего не знали. А подосланный шпион? Я бы заметила наверняка, если он, конечно, не призрак.
Но факт оставался фактом. Мал был далеко, но знал такие подробности, словно сам в щелочку подглядывал. Когда поймаю этого шпиона, то глаза ему на задницу натяну!
Встреча тоже вышла странной. В кабинете, вроде как моем, было слишком много лишних, а главное личных чужих вещей. И пока мой совет дружно заверял меня в своей преданности, я эти вещи с большим интересом рассматривала. Некая разноцветная субстанция в небольших баночках, оказалась весьма знакомой. И навела на мысль, что раз она тут есть, то должно быть и остальное.
Отчитавшись о состоянии дел и настроений в школе Фалем замолчал. Павлентию явно было не до этого, сквозь забрало он как-то излишне тяжело дышал. Я даже забеспокоилась, как бы Мал прав не оказался, и мальчишка не помер. Вздохнув, я отменила заклятие, и посоветовала снять шлем.
Опытный секретарь, мне сразу не поверил, ощутив буквально на себе тяжесть моего воспитания, но тут совсем видимо припекло, и он сдался. Поняв, что шлем снимается, он робко улыбнулся и попробовал стащить перчатку. Когда и этот фокус удался, его аж на стуле подбросило, а через… в общем, очень быстро, рядом с ним уже лежала гора железа, а мокрый, но счастливый толстяк довольно расплылся на диване.
— Завтра снова наденешь, — предупредила его я.
— Да ни за что! — тут же насторожился Пава.
— Это не обсуждается, — пожала я плечами, — Хотя знаешь…, — я смерила его взглядом, не забывая обыскивать стол на те предметы, которые ожидала найти. Ну, после баночек. И опаньки! В столе что-то тихонько щелкнуло и в, казалось бы, сплошной столешнице открылся ящик.
«Нехило!» — оценила я коллекцию, и стала вытаскивать содержимое на стол, а посмотреть там было на что. Наручники, пара кляпов, кнут, хм… деревянный член, и еще один. Последний я с интересом покрутила в руках и ткнула им в Павушку, тот странно вздрогнул.
— Что знаю? — очень осторожно поинтересовался он.
— Отказаться ты всё же можешь, но тогда, я тебе придумаю что-нибудь ещё.
В повисшей тишине, я услышала, как на окне жужжит муха, и обвела побледневшие, напряженные лица присутствующих озадаченным взглядом. Чего это они?